Пятая волшебница - Ньюкомб Роберт - Страница 73

Охваченный желанием, принц попытался притянуть девушку к себе, но она с улыбкой мягко оттолкнула его.

— У меня возникла мысль получше. — Она негромко засмеялась. — Давай искупаемся. По дороге я заметила ниже по течению небольшую заводь.

И, не дав ему возразить, Лилит развернулась и побежала по берегу реки, с разбега прыгнув в воду в полусотне ярдов от того места, где стоял принц.

Тот, мгновенно сбросив одежду, бросился следом и вошел в воду по пояс, отыскивая взглядом девушку.

Внезапно она вынырнула совсем рядом с Тристаном. Рассмеявшись как ребенок, которому удалось перехитрить кого-то, Лилит обхватила шею принца руками, прильнув грудью к его торсу. Прикосновение твердых и влажных сосков девушки истомой отдалось во всем теле Тристана, и он притянул к себе ее гибкий стан, ощущая, как страсть охватывает его все сильнее. Их губы нашли друг друга и слились в долгом поцелуе. Вдруг девушка выскользнула из объятий принца и вновь нырнула. Охваченный возбуждением, Тристан тоже нырнул, пытаясь под водой дотянуться до Лилит. Ему это удалось, и они одновременно вынырнули, жадно хватая ртом воздух. И вновь Лилит выскользнула из его объятий, а Тристан, безошибочно угадав направление ее движения, поймал девушку и притянул к себе… Их тела соприкасались в теплой глубине воды. На принца все это действовало в высшей степени возбуждающе; его желание нарастало с каждым мгновением.

В конце концов они вышли из воды и рука об руку направились вдоль берега туда, где догорал костер. Лилит подняла с земли одежду, разложила ее на росистой траве и посмотрела на Тристана так, что у него бешено заколотилось сердце. Девушка подошла вплотную к принцу и, положив руки ему на плечи, сказала шепотом:

— Я никогда не была с мужчиной. Когда хозяин постоялого двора сказал, что овладеет мной, я перепугалась до смерти. А потом появились вы с Вигом. Я знаю, завтра утром мы расстанемся, но хочу верить, что ты будешь иногда вспоминать обо мне.

Не дожидаясь ответа, Лилит прильнула к Тристану всем телом, заставив его задрожать от желания.

— Я рада, что ты будешь у меня первым, — еле слышно произнесла она. — Ты красивый, сильный и не сделаешь мне больно, я чувствую это. Возьми меня, Тристан, и оставь мне кое-что на память о себе.

Лилит мягко повалила принца на лежащую на траве одежду, а затем легко, словно бабочка, опустилась сверху, дав ему возможность на мгновение ощутить прикосновение теплого и влажного лона.

— Закрой глаза, любовь моя, — прошептала она, обхватив его бедра своими. Тристан полностью отдался охватившей его страсти. Теплый ночной воздух окутывал влюбленных, словно коконом, и казалось, во всем мире существуют лишь они двое. Через некоторое время принц перестал ощущать свои руки и ноги. Он словно весь превратился в одну струну, которую девушка сначала настроила, добиваясь совершенства звучания, а затем сперва медленно, а потом все быстрее и быстрее принялась исполнять на ней мелодию любви.

Вдруг сквозь заглушающий все звуки стук крови в висках принц уловил донесшийся непонятно откуда голос.

— На самом деле ты у меня далеко не первый, так что я прекрасно знаю, что делать. Если у меня родится девочка, я научу ее всему, что знаю сама. Но если окажется, что это мальчишка, мой ненаглядный принц, я придушу его собственными руками.

Голос определенно принадлежал не Лилит, но казался смутно знакомым. Тристан с трудом приподнял отяжелевшие веки. Лицо Лилит исчезло.

На него смотрели карие глаза Наташи, герцогини Эфиры.

Госпожи Шабаша.

Желание мгновенно сменилось ненавистью. Принц попытался высвободиться из объятий оборотня, но не смог этого сделать.

— Где Лилит? — спросил Тристан, все еще не до конца понимая, что произошло.

Даже попытка отвернуться от волшебницы окончилась для него неудачей.

Та язвительно улыбнулась.

— Не было никакой Лилит, жалкий глупец. — Она рассмеялась. — Но, так и быть, можешь взглянуть на нее в последний раз — прежде чем умрешь.

Лицо Наташи как бы подернулось волнами и стало таять. Миг — и перед ним возникло нежное, любящее лицо Лилит, ее блестящие зеленые глаза и рыжие волосы.

«Это немыслимо, — мелькнуло в голове принца. — Я, наверное, сошел с ума…»

Внезапно он вспомнил. Ведь Виг говорил, что Наташа умеет по своему желанию изменять внешность. Потеряв дар речи, Тристан смотрел в лицо Лилит, девушки, которую, как ему казалось, он полюбил; внезапно сквозь черты этого милого лица снова медленно начали проступать карие глаза и каштановые волосы госпожи Шабаша.

— Мерзкая тварь! — взорвался он. — Где моя сестра? Наташа размахнулась и влепила ему пощечину, ее бедра снова начали волнообразно двигаться.

— Выкинь из головы всякие мысли о своей сестре, — небрежно произнесла она. — Ты никогда ее больше не увидишь. Она — одна из нас и, скорее всего, сейчас уже далеко отсюда. Не волнуйся, о ней прекрасно позаботятся. Кстати, должна заметить — твой маг устроил в тот день неплохой фокус. Но мне, как видишь, все же удалось вас найти. А сейчас можешь и не пытаться его позвать — я позаботилась о том, чтобы нас никто не услышал, даже старик.

— Ты нашла нас еще на постоялом дворе, — прошептал Тристан, обращаясь, скорее, к себе самому. — Ты была с нами последние два дня!

— Ну, сообразил наконец. — В тоне волшебницы послышалась злая насмешка. — Разумеется, мы предполагали, что вы первым делом попытаетесь добраться до Призрачного леса. А что еще вам оставалось после того, как Верховный маг узнал, что его старый друг жив? Поэтому, пока вы проливали слезы над дорогими вашим сердцам трупами — у нас не было никаких сомнений, что вы так и поступите, — я преспокойно дожидалась вас на постоялом дворе. — Наташа посмотрела на принца, прикрыв глаза от удовольствия. — Мы, конечно, рассчитывали еще и на виктара, но тебе каким-то образом удалось его убить. Похоже, ты первый, кто сумел с ним справиться. — В голосе волшебницы зазвучало что-то похожее на уважение. — Хотя вас это, как видишь, не спасло. А виктар, между прочим, на самом деле живехонек.

— Мне доставило огромную радость убить его, — прохрипел Тристан. — И с такой же радостью я прикончу тебя.

— Ты переоцениваешь себя, мой ненаглядный. — Наташа провела длинным красным ногтем по его лицу, груди, после чего принялась описывать им круги вокруг напрягшихся сосков принца. — Но я хочу поблагодарить тебя за то, что ты вел себя на постоялом дворе как настоящий мужчина, хотя, сам понимаешь, я не нуждалась ни в чьей помощи. Мне ничего не стоило уничтожить всех этих забулдыг одной лишь силой мысли. — Волшебница наклонилась ниже, касаясь Тристана упругой грудью, и принялась сладострастно облизывать его лицо и шею. — Вообще-то я не надеялась, что ты сам предложишь взять меня с собой.

Тристана терзала ярость, но сейчас в нем вспыхнул еще и стыд. «Виг предупреждал меня, чтобы я ни во что не вмешивался, — подумал он. — Но я не послушал его, и теперь это погубит нас обоих!»

— Если ты решила убить меня, почему не делаешь этого? — с презрением спросил он, надеясь вывести Наташу из себя. — Только болтать умеешь, как и ваша Сакку, а толку чуть.

В карих глазах волшебницы вспыхнуло бешенство. «Убить меня ей мало, — внезапно понял он, — да она и не скрывает, чего хочет от меня добиться. Но я сделаю все, чтобы мерзавка этого не получила, пусть даже мне суждено погибнуть».

— Ты умрешь, не сомневайся, и старик тоже. Но прежде мы завершим начатое. Сегодняшняя ночь принесет мне три чудесных подарка. Головы принца Евтракии и Верховного мага Синклита я залью воском, чтобы они не пострадали во время путешествия на мою новую родину через море Шорохов.

— А третий? — спросил Тристан.

Он не сомневался в ее ответе, но почему-то ему хотелось услышать это собственными ушами.

— Наш ребенок, конечно. — Глаза волшебницы вспыхнули. — Ребенок, которым ты вот-вот наградишь меня. Он будет расти во мне во время путешествия по морю, когда я выполню здесь все, что намечала. Только представь себе: твоя кровь смешается с моей, и на свет появится первое дитя Избранного, выношенное не кем-нибудь, а мной!