Пятая волшебница - Ньюкомб Роберт - Страница 117

Озабоченно нахмурившись, принц повернулся к магу. Близость к Цитадели заставляла кипеть его кровь, и он был не слишком расположен к беседам.

— Ты слышал, что сказал Гелдон? — напомнил он старику. — У нас нет времени на болтовню!..

Виг не обратил на его выпад никакого внимания; слишком многое было поставлено на карту, чтобы начинать еще одну словесную дуэль.

— Выслушай меня внимательно, Тристан. То, что я тебе сейчас скажу, необыкновенно важно. Когда начнется «причастие кровью», мы должны оказаться в Святилище. Как нам удастся это сделать, я пока не представляю. Но важно другое — то, о чем говорил Феган. На всем протяжении «причастия» существует только один момент, когда волшебницы станут уязвимыми.

— Все это мне уже известно, — буркнул принц.

— Но зато тебе не известно следующее: если я погибну или хотя бы буду ранен, ты непременно должен взять у меня ладанку.

В первый момент Тристан не понял, о чем идет речь, но потом вспомнил, как маг-отступник вручал ее Вигу.

— Что в ней? — спросил он.

— Пока я не могу тебе этого сказать.

Принц прищурился.

— К чему тогда этот разговор?

— Потому что ты должен знать, что делать, если я погибну. Когда откроешь ее — все поймешь. Мы должны соблюдать крайнюю осторожность. Человек не может проговориться о том, чего не знает. Еще раз прошу: отнесись к тому, что я говорю, со всей серьезностью. Вспомни, к чему привело твое ослушание тогда, во дворце.

Это был жестокий, но справедливый удар. Тристан понимал, что старик прав. Если бы той страшной ночью он внимательнее отнесся к его словам, Шайлиха, возможно, не стала бы волшебницей. Почувствовав раскаяние, принц теперь готов был слушать Вига с должным вниманием.

Маг понял, что отношение Тристана к его словам изменилось.

— Помнишь тот момент, когда ты смог увидеть мост над ущельем, окружающим Призрачный лес?

— Да.

— Понятно тебе это или нет, но тогда ты впервые в жизни прибег к магии, причем без всякого предварительного обучения. Когда Феган услышал об этом, он был поражен. По его мнению, если ты как следует сосредоточишься, то сможешь использовать магию даже тогда, когда и я, и волшебницы утратим свое могущество. Все дело в удивительном качестве твоей крови. Конечно, многого ты сделать не сможешь, поскольку не прошел соответствующую подготовку, и все же кое-что будет тебе по силам. Не исключено, что даже такие простые действия, как зажигание огня или перемещение предметов, смогут оказать нам в нужный момент неоценимую помощь.

Свет понимания озарил сознание принца. «Вот почему моя кровь все время взывает ко мне, — подумал он. — Она жаждет, чтобы я ее использовал!»

— Но как я смогу сделать это? — уже более заинтересованно спросил он.

— Точно так же, как сумел увидеть мост, с одним лишь отличием. Чтобы увидеть мост, тебе сначала пришлось прекратить попытки добиться этого, дать ему возможность самому открыться тебе. Помнишь? И как только это произошло, ты услышал стук собственного сердца, — продолжал Виг. Вернувшись мысленно в тот день, Тристан как будто услышал этот стук снова. Вспомнил, как ветер овевал лицо, как он сидел на траве, а рядом спокойно стоял Озорник. — Услышав стук своего сердца, ты должен сосредоточиться на том, чего хочешь добиться. Помни, большее тебе пока не по силам, но что-то столь же несложное — вполне, хотя и это потребует невероятных усилий. — Маг помолчал, на мгновение заколебавшись. — Может быть, на это даже уйдут все твои силы.

Тон, которым были сказаны последние слова, вызвал беспокойство в душе принца.

— Не тяни, договаривай! — потребовал он.

«Я был его учителем с того дня, как он появился на свет, — подумал старик. — Но как советовать что-то, если сам ты не слишком в этом уверен?

— Использование магии без предварительного обучения может сопровождаться побочными эффектами. Даже Феган не знает точно, что может произойти. Просто будь настороже. — Виг знаменитым движением вскинул бровь.

— Ты сказал, что впервые я прибег к магии у моста к Призрачному лесу. Тогда почему это никак на меня не повлияло?

— Потому что собственно магии там было совсем немного, — отозвался старик. — Ты просто должен был увидеть предмет, который уже существовал, не оказывая на него никакого воздействия. Чтобы совершить более сложные действия, тебе понадобится гораздо больше усилий. Даже Феган не уверен, способен ли ты на подобное. Но если у тебя получится, это, возможно, изменит тебя навсегда и попытка увидеть мост покажется тебе просто детской игрой.

— Что еще?

— Если я не смогу помешать «причастию», приложи все силы к тому, чтобы вначале убить Фейли. Первая госпожа Шабаша владеет самым значительным запасом магических знаний, и с ее смертью большая их часть станет недоступной для остальных волшебниц. — В голосе мага зазвучали печальные нотки. — И если ни у тебя, ни у меня ничего не получится, ты знаешь, в чем состоит твой долг.

Сердце Тристана сжалось от невыносимой боли. «Он напоминает мне, что я должен убить Шайлиху!» Принц посмотрел в глаза верного старого друга и взял его узловатые ладони в свои.

— Да, я знаю, в чем состоит мой долг. — Тристан стиснул зубы. — Но, клянусь Вечностью, я постараюсь найти иной выход.

— И последнее, — произнес Верховный маг. — Если я погибну, а ты вернешься в Евтракию, призови на помощь Фегана. Он единственный, кто сможет должным образом обучить тебя нашему искусству.

Не давая принцу возможности ответить, Виг перевел взгляд на Гелдона и жестом дал ему понять, что они готовы продолжить путь. Карлик вернулся к спутникам, ведя лошадей. Как только Тристан и маг уселись в седла, Гелдон надел им на запястья оковы с цепями и надвинул пониже капюшоны их плащей. В таком виде процессия, возглавляемая карликом, вступила на мост, ведущий в Цитадель.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

На подступах к Цитадели принцу, старательно изображавшему пьяного седока, отчаянно хотелось скинуть капюшон, чтобы иметь возможность видеть, что творится вокруг. Мысль о том, что среди охранников моста и Цитадели были воины, которые напали на Таммерланд и принимали участие в глумлении над его родными, заставляла закипать кровь Тристана. Когда спутники проезжали по мосту, охранявшие его Фавориты смеялись и выкрикивали оскорбления в их адрес вперемежку с грязными намеками на то, что ждет пленников Гелдона в Цитадели. Карлик отзывался на их шутки хихиканьем, но не останавливался и не замедлял движения. В какой-то момент уголком глаза принц увидел темные кожистые крылья и мгновенно ощутил тяжесть висящих за спиной дреггана и колчана с ножами. «Сохраняй спокойствие, пока все идет как надо», — убеждал он себя.

Когда они достигли внешней крепостной стены, из сторожевой башни, стуча подошвами сапог по деревянному настилу, появились пятеро вооруженных воинов. Вперед нетвердым шагом выступил их командир с кувшином красного вина в руке.

— Стой! — приказал он.

Гелдон послушно остановил коня.

Фаворит улыбнулся. Ростом он лишь слегка уступал Клюге. Со злобной усмешкой глядя на карлика, он спросил:

— Значит, охота была удачная? Госпожа Сакку будет довольна. А мы уж думали, что ты не вернешься — уж больно долго отсутствовал. — Он громко рыгнул и вытер рот тыльной стороной ладони. — Надеюсь, эта парочка стоит таких трудов.

Пошатываясь, командир стражников обошел лошадей, на которых сидели Тристан и маг, свободной рукой сжимая рукоятку меча и разглядывая их укутанные в плащи фигуры, словно они были выставлены на продажу. Когда Фаворит остановился рядом с принцем, тот напрягся. «Он пьян, — встревоженно подумал Тристан. — Это может плохо обернуться».

Потом принц услышал протяжный чистый звон вынимаемого из ножен дреггана.

Фаворит неловким движением поднял меч и резко ткнул Тристана под ребра. Тот почувствовал, как по телу заструилась кровь, но лишь качнулся, старательно продолжая изображать пьяного, которому море по колено. Не отводя меча, командир стражников воззрился на карлика.