Скиппи умирает - Мюррей Пол - Страница 147

Куда мы едем? — спрашивает Барри.

Это недалеко, говорит Марк.

Все жуют что-то пустыми ртами. Чтобы развлечь их, Дино спрашивает: если бы они могли выбрать себе телку, то кто был бы у них на первом месте? Я сам сначала отвечу. Анджелина Джоли, вот так, блин! Марк называет Скарлетт. Ноксер говорит — Бетани. Э, да она хоть совершеннолетняя? — спрашивает Дино. Ну, раз у нее месячные есть, отвечает Ноксер. Барри говорит — Бейонсе. Да она же черная! — говорит Сти, и все смеются.

Ну а ты что скажешь, парень? — говорит Дино.

Карлу хочется назвать Лори — просто чтобы произнести ее имя. Но ему не хочется произносить его в этой машине. Теперь она словно песок, волшебный песок, у него осталось совсем немножко, и если он зачерпнет еще, то остатки унесет ветром.

Ну?

ЛОРИЛОРИЛОРИ, звучит у него в мозгу. Ему хочется плакать. Тоже Бейонсе, говорит он вслух.

Ноксер фыркает — твою мать!

Стивен? — обращается Дино к Сти. Сти долго молчит. А потом говорит: Елена Троянская.

Что? Кто?

Кто, хрен подери, эта Елена Троянская?

Она была гречанка, говорит Сти. Из-за нее воевали. Во Вьетнаме? — спрашивает Карл. Нет, придурок, отвечает Сти. Это было тыщу лет назад, в Греции.

Чушь, говорит Дино.

Почему это чушь?

Да потому, что ты даже не знаешь, как она выглядела.

Блин, да из-за нее же войну затеяли! Ясно же, что она была суперсекси, а?

Да, но надо выбирать кого-то живого, возражает Дино.

Почему это? — спрашивает Сти.

Ну как ты с ней будешь трахаться, если она давным-давно умерла, мать твою?

Ну даешь, блин! Сти начинает злиться. Это же игра, тупица! Какая разница, кого мы выберем? Думаешь, Анжелина, блин, Джоли станет трахаться с тобой только потому, что ты ее выбрал? Да если бы Анжелина Джоли оказалась в этой самой гребаной машине, то, могу с тобой поспорить на миллион фунтов, она бы скорее переспала с мультяшными кретинами из “Луни-тьюнс”, чем с тобой!

Дино плотно сжимает губы и смотрит в окно.

Я просто говорю, продолжает Сти, вы там выбираете разных смазливых телок, типа всех этих Бейонсе, Анжелин и так далее, а какая-нибудь старушонка, которая плетется играть в бинго, — вот она, может, лет пятьдесят назад была гораздо смазливее их всех! Может, она была самой сексапильной красоткой на свете! А кроме нее, вдобавок, еще было множество красоток, которые давно умерли. Ну, за всю-то историю было, наверное, несколько миллионов потрясных девиц! А мы уже никогда не узнаем, как они выглядели.

Ты вообще что такое несешь-то, а, чудило?

Да сам не знаю, говорит Сти. Просто как-то нечестно получается.

Может, кто-нибудь когда-нибудь придумает машину времени, и ты отправишься в прошлое, и сможешь там переспать со всеми мертвыми телками, говорит Дино.

Ну, парни, вы все такие странные, ворчит Ноксер. Потом машина останавливается, и все умолкают.

При-е-ха-ли, сообщает Марк протяжным потусторонним голосом.

Они остановились на обыкновенной дороге, застроенной обыкновенными домами. Однако прямо напротив машины, прямо между обычных домов торчат эти ворота. Они напоминают Карлу ворота перед домом Лори, только это не Фоксрок, непонятно, что за место. Стена — слишком высокая, чтобы через нее перелезть, — тянется от ворот.

Минуту они сидят в машине, как будто чего-то ждут, но Карл не знает, чего все ждут. Я не умею это делать без шума, говорит Марк и лезет через ногу Сти в бардачок. Внутри какой-то сверток в коричневой бумаге и футлярчик для фотопленки, набитый кокаином. Марк берет большую щепоть, потом передает Сти, затем Дино и Ноксер тоже нюхают. Но Ноксер передает щепоть обратно Сти, не предложив понюхать Карлу и Барри. Он даже не смотрит на них, он как будто вообще забыл об их присутствии. Ладно, говорит Марк. Он выходит из машины и направляется к переговорному устройству. Карлу не слышно, о чем он говорит. Потом он возвращается в машину. Никто больше не разговаривает, кокаин искрится в воздухе как электричество. Ворота открываются. Марк заезжает внутрь. Ворота закрываются. Он останавливает машину возле небольшого дома, который кажется пустым. Остальные выходят, кто-то отпирает багажник. Свет нигде не горит, уже давно стемнело, и видны только тени вместо людей. Ну и ну, как странно! Еще секунду назад, по ту сторону стены, казалось, что они в городе. А теперь — будто в деревне. Идем, говорит Марк, у которого в руке тот сверток, и мгновенно исчезает в темноте, как будто в дыру провалился.

Почва уходит из-под ног Карла — словно он идет по болоту. Ему приходится поторопиться, чтобы не отстать от остальных, он даже собственную руку в темноте не видит, а там что-то есть, что-то движется, топочет навстречу им, Дино лезет в свою спортивную сумку…

Лошади. Они подбегают довольно близко — Карл видит очертания их ушей. Потом они останавливаются и ждут, выпуская пар из ноздрей. Лошади наблюдают, как гости проходят, как будто что-то знают. Они знают, кто там ждет Карла.

Внезапно делается страшно холодно. Остальные стоят под деревьями, слышно, как журчит вода. Карл подходит ближе и видит их лица — они похожи на привидений с кладбища. Неужели они тоже знают? Через ручей переброшено скользкое бревно. Дино усмехается. Дамы, пожалуйста, проходите первыми, говорит он. Карл на четвереньках переходит по бревну на другой берег.

Где этот придурок? — слышит он голос Ноксера.

Он обещал зажечь для нас свет, говорит Марк.

Они говорят о Друиде, Карл! Они ничего не знают про Мертвого Мальчика, они не собираются вести тебя к нему!

Теперь они оказываются в лесу, Карла хлещут по лицу ветки деревьев.

А что, если Мертвый Мальчик сидит и у них в головах — и своими прозрачными руками направляет их мысли? А что, если все это ему просто мерещится? Может, Карлу снится кошмар, может, он накурился травы и уснул? Проснись, Карл! Проснись, пробудись!

Но потом, будто это вспышка зажигалки, он видит крошечный оранжевый огонь где-то в темноте. Глядите! — кричит он. Не дожидаясь остальных, он, спотыкаясь, идет туда, не обращая внимания на ветки, хлещущие его по лицу, и на колючки, цепляющиеся за его лодыжки, пока наконец лес не расступается, переходя в поляну, а далекая искорка не превращается в костер.

У костра стоят двое. У одного длинные волосы и борода по грудь. На нем плащ с узором из солнц и лун, он опирается на рукоятку огромного меча. Второй — косоглазый коротышка, с виду слегка чокнутый, одна рука у него засунута под кожаную куртку.

Огнем пылала голова, говорит высокий бородач, когда в орешник я вступил…[38]

Все в порядке? — Марк и остальные добираются до костра.

Как нельзя лучше, говорит бородач. Я вижу, вы привели с собой друзей? Он кивает на Карла и Барри.

Это просто два паренька, которые помогают нам, говорит Марк. Они сами захотели прийти.

Ну что ж, ну что ж, продолжает кивать Друид. Чем больше народу, тем веселей. Подходите греться. Он машет, и все приближаются к костру. А потом происходит какая-то вспышка — невидимая вспышка в воздухе. Внезапно меч Друида оказывается приставленным самым концом к горлу Дино.

Мгновение никто не шевелится, как будто весь мир застыл намертво на этом кончике меча. А потом косоглазый коротышка нагибается и выбивает из руки Дино спортивную сумку.

Позаботимся об этом прямо сейчас, говорит Друид. Косоглазый вытаскивает из сумки обрез, раскрывает его ударом о колено и с треском высыпает патроны. Друид опускает меч. Дино оседает на землю, будто сдувшийся шарик. Ну, вот теперь дружба, говорит Друид. Сперва дело, потом развлечения. Проследуем ко мне в кабинет.

Он поворачивается и идет вверх по склону холма. Остальные идут за ним, замыкает шествие косоглазый. С той секунды, когда Друид обнажил меч, никто так и не проронил ни слова. Страх потрескивает в облаках, в высокой траве, огни города вдруг поднимаются вокруг них, словно собрались посмотреть на какое-то зрелище. И вот на вершине холма прорисовываются очертания черной скалы, похожей на череп.