Авантюристка - Нэвилл Кэтрин - Страница 67

— И все же боюсь, что там что-то не в порядке, — настойчиво продолжала я. — Наша система приняла для транзита деньги по электронному обмену, но каким-то образом из блока памяти исчезли данные об адресате. Твои парни не могли переключить на нас чью-то чужую линию?

— Никто не смеет и носа сунуть в эту систему, — уверенно отвечал Мартинелли, похлопав по крышке ближайшего к нему процессора. — Вот как раз через него данные об электронных обменах проходят на основной контур, а это самая современная техника с черт знает какой гарантией надёжности из всего, чем мы располагаем.

— Пока у кого-то не начнут чесаться руки, — упрямо возразила я. — Послушай, раз уж все равно мы платим этому инженеру за вызов, пусть хотя бы отработает свои деньги. Давай врубим главный детектор и позволим ему подключиться к супервизору — а там посмотрим.

Главным детектором мы называли диагностическую программу, которая работала вроде некоего компьютерного врача: беспрепятственно шаря по всей машине и проверяя программы одну за другой на прочность, не мешая работе всех остальных программ. Если при этом подключён и супервизор, то есть руководящая программа для всей системы в целом, то с его помощью можно вклиниться и внести изменения в любую из программ, которая покажется «больной», — и при этом никто ничего не заметит. Тор предупредил меня, что ему необходимо иметь в распоряжении эти две вещи, а там уж он сам разберётся, что к чему.

Мартинелли, бубня себе под нос что-то про жечшин на корабле, сдёрнул с ближайшего стеллажа какую-то ленту и вставил её в приёмное устройство, поддерживая плотный рулончик, пока тот не скрылся в недрах машины. Затем он открыл стеклянную дверь операторской, поднялся на консоль перед главным пультом и нажал несколько кнопок.

— Вы подключены, — сообщил он Тору и спустился обратно.

— У тебя найдётся для меня пара окурков? — спросила я Мартинелли, зная, какой он заядлый курильщик и как страдает от того, что не может дымить в строго контролируемой здешней атмосфере. — Пусть этот ма-лый отработает сам своё космическое-жалованье, ты не против? — предложила я, кивнув на Тора.

И мы с Мартинелли, прошли по пандусу к тесной комнате отдыха, находившейся за стеклянными дверями информационного центра. Краем глаза я заметила, что Тор уже взобрался на консоль и его ловкие пальцы вовсю бегают по клавиатуре. Я предпочла не думать о том, что случится, если произойдёт что-то непредвиденное и он совершит хотя бы малейший промах.

Я постаралась как можно дольше продержать Мартинелли в комнате отдыха, восторженно цепляясь к каждой фразе, произнесённой им по поводу успехов его команды курильщиков, выступавшей на соревнованиях в межбанковской лиге. Кофе из автомата, как; это ни странно, был хуже того, который он выдавал нам обычно днём.

Когда мы наконец вернулись в операторскую, Тор все ещё сидел за предложенным ему Мартинелли пультом и нажимал кнопки.

— Ну, Абеляр? — похлопала: я его по плечу. — Как делишки?

Скоро закончу, Хелози, — отвечал он, нетерпеливо дёргая плечом, чтобы сбросить мою руку. Его лицо показалось ещё бледнее, чем обычно, а лоб покрылся мелкими, едва заметными капельками испарины. Я мысленно молилась о том, чтобы у него все получилось как надо.

Я с беспокойством взглянула на лежащие перед ним распечатки, ведь он видел их в первые в жизни, Тавиш дал их ему пару часов назад. Записи были сделаны шестнадцатеричным кодом, и для меня были совершенно непонятны. Но Тавиш уже успел нацарапать красными чернилами на полях какие-то дополнительные цифры, сразу бросавшиеся в глаза. И хотя для любого нормального человека эти записи являлись полной галиматьёй, я знала, что моя жизнь, да и судьба нас обоих, зависит от того, будут ли они верны на все сто процентов. Одно неверное движение пальца, и нам ничего не останется, как попросту сделать харакири прямо здесь, в информационном центре.

— Вам удалось разобраться, что же это было? — поинтересовался Мартинелли, приближаясь к Тору с парой парней из своей команды. — Мы проверили весь корабль и не заметили ничего подозрительного. Что вы сделали, чтобы разыскать неполадку?

— Да нет ничего проще, мой милый мальчик, — отвечал Тор, к моему огромному облегчению отключив систему. — Я исправил неверную вводную и вклинил её обратно.

— Не может быть, — ахнул Мартинелли. — Вы хотите сказать, что ввели её прямо в программу — в тот момент, когда программа работала?!

— Естественно, а как же иначе, — подтвердил Тор. — Так что приглашайте нас почаще, ребята.

Мы прошли через последний пропускник к лифту. Выйдя из лифта в гараже, я едва доковыляла до машины: ноги дрожали и подгибались. Я обливалась холодным потом, меня тошнило от страха. Каждую секунду я ожидала, что вот-вот завоет сигнал тревоги, отрезая нас в здании банка от окружающего мира, если вдруг компьютер даст сбой от предложенных ему Тором кодов. Но мы уселись в машину и выехали из гаража, а сирены все не было.

Во время нашего бегства с места преступления на Тора напала странная молчаливость. Мне оставалось лишь гадать, о чем он задумался и испытывает ли такой же панический страх, как и я.

— Будем надеяться, что у проклятой системы не случится выкидыш часам к трём утра, — наконец решилась я нарушить молчание, старательно высматривая дорогу в плотном тумане.

— Какая трогательная, горячая благодарность, — прокомментировал он. — Воистину, стоило мчаться сломя голову за три тысячи миль на ночь глядя, чтобы подхватить тебя на краю пропасти.

— : Когда мы приедем ко мне домой, я куплю тебе самое лучшее бренди, — пообещала я.

— Мы не едем к тебе домой, в эту белоснежную мышеловку, — сообщил он. — Если ты жаждешь раньше времени оказаться завёрнутой в саван, можешь просто остановить машину и встать на первом попавшемся углу. Ты по-прежнему принадлежишь Нью-Йорку.

— Надеюсь, ты не собираешься лететь туда со мною прямо сейчас? — осведомилась я, с утроенным вниманием стараясь не пропустить поворот к дому.

— Я непременно поступил бы именно так, но увы, в эту самую минуту оторвался от земли последний самолёт, — признался он. — Поезжай прямо, пока не окажешься возле залива — я был вынужден изучить карту твоего ужасного города, коль скоро собрался посетить тебя. Мы направляемся к месту, именуемому Рыбачьим Молом.