Авантюристка - Нэвилл Кэтрин - Страница 24

— Ну скажем так: мне чирикнула на ухо маленькая птичка, — отвечал он, изучая карту вин с таким видом, будто знал её наизусть. Наконец он оторвал от, неё взгляд. — Мне позвонил приятель, по имени Маркус.

— Маркус? Маркус Селларс?!

Маркус Селларс был председателем правления «Монолит корпорейшн». Я, конечно же, предполагала, что Тор — важная шишка, но не знала, насколько важная.

— Маркус позвонил мне, потому что ему позвонил Бен Джексон, ваш новый клиент, и ему захотелось узнать, откуда в списке поставляемого Бену оборудования могли взяться процессоры, которые ещё только предполагается выпускать. Поскольку в разговоре с Беном шла речь о продукции, которую мы не успели анонсировать, даже в узком кругу, Маркусу было небезразлично, откуда вы сподобились добыть такую информацию. Видимо, моё вмешательство не могло пройти незамеченным, а Маркус отнюдь не дурак.

— Вы хотите сказать, что предоставили мне в распоряжение аппаратуру, которая ещё даже не производится? — встревожилась я. — Что же тогда сделал Маркус?

— Прежде всего, он взял свою шикарную ручку и подписал приказ, а потом позвонил мне. Он был очень доволен, узнав, что я опять стал активно участвовать в бизнесе. Маркс давно уже гадал, каким способом можно простимулировать меня. Я давно забросил многих наших богатых клиентов. Он говорит, что они соскучились по мне.

— А что вы сами по этому поводу думаете?

— Я думаю, что нам лучше заняться обсуждением вина, — сказал Тор. — Какое вы предпочитаете?

— Я слышала про одно, под названием «Ланцерс»…

— Я сам закажу, — перебил он, взмахнув рукой… Официант по винам мгновенно материализовался у него за спиной, и после краткой консультации Тор выбрал вино с каким-то длинным маловразумительным названием. Когда вино было доставлено, опробовано и одобрено Тором, он снова вернулся к теме нашей беседы.

— Вы знаете, а это весьма забавно, что, по вашим словам, Луи с Альфи намерены использовать вас в качестве отмычки. Я начинаю думать, что мы могли бы воспользоваться этим обстоятельством, извлекая для вас пользу, — согласны со мною?

— Мне на пользу? Но я и так чувствую себя достаточно неловко, — напомнила я. — Они собираются добывать через меня всю необходимую информацию. И если я откажусь, Альфи постарается использовать это против меня.

— А зачем вообще вам нужен Альфи? — с интересом спросил он.

— Что вы хотите сказать? Он же мой босс!

— Ага, но почему он стал вашим боссом? Да потому, что вы это ему позволили!

— Он платит мне зарплату, — сказала я. Трудно было понять, чего же Тор от меня добивается.

— Зарплату вам платит фирма — никогда не забывайте об этом, — отчеканил он. — И они прекратят платить вам в тот момент, когда вы перестанете ковать для них монету. А теперь я снова задаю вопрос: зачем вам нужен Альфи?

Я задумалась и вдруг почувствовала, будто рассеялось облако, доселе затемнявшее мой рассудок. Действительно, ведь все это время Альфи только и делал, что ставил мне палки в колёса. А нынешним утром он из-за своих происков чуть не потерял клиента.

— Наверное, без его вмешательства я могла бы работать намного лучше, — призналась я, возможно, не без влияния выпитого шампанского. Но предпочла не брать во внимание последнее обстоятельство и даже пригубила ещё вина.

— Ну, наконец-то вы до этого додумались. Вам нужно избавиться от него, — сказал Тор, облегчённо откинувшись на спинку стула. — Вам нужно всего-то пойти к Луи и сказать, что вы отныне не нуждаетесь в опеке Альфи, что он только портит вам всю картину.

Мне и в голову не могло прийти, что все так просто.

В этот момент явился наш официант с первой переменой блюд.

— А вот и ваши устрицы, — заметил Тор, — пища влюблённых. Их надо высасывать из раковины и, не жуя, глотать. Вот так, чтобы они проскальзывали прямо в горло… Скажите на милость, чем вы недовольны?!

— Они же сырые! — воскликнула я.

— Конечно, сырые. Ради всего святого, ну что прикажете с вами делать?

— Не беспокойтесь — я постараюсь съесть их все до одной. Матушка учила меня, что людей, которые боятся пробовать новые кушанья, никогда не приглашают в рестораны.

— Мудрая женщина ваша матушка. Хотел бы я, чтобы она оказалась сейчас здесь: у меня недостаточно опыта в вытирании носов малолетним детям.

— Я не дитя, — возразила я.

— Моя милая, у вас эмоции трехгодовалого, мозги — девятилетнего младенца, грация мальчишки-подростка, а фигура недозрелой нимфетки. Правда, и не глядите на меня так грозно, ешьте лучше устрицы. В один прекрасный день вы станете взрослой женщиной. Интересно было бы на вас посмотреть.

— Меня больше устроило бы стать мужчиной, — вдруг заявила я.

— О, это я давно заметил, — ответил он с улыбкой, — но, увы, сие невозможно. Признайтесь себе в том, что вы — женщина, и, обещаю, это сразу же начнёт приносить вам максимум пользы.

Стюардесса попросила пассажиров пристегнуть ремни, так как самолёт заходил на посадку в аэропорт Кеннеди. От нечего делать принялась подсчитывать в уме, насколько бы стала богаче, если бы я изобрела эти самые ремни, и каждый пассажир, летевший коммерческим рейсом, платил бы мне за пользование ими по одному доллару. Я вообще-то люблю развлекаться подобными подсчётами…

Кроме тех замечательных перспектив, которые, как уверял Тор, открывались передо мною в качестве женщины, у меня возникли и серьёзные осложнения. В частности, всего через пару месяцев после того, как он убедил меня взбунтоваться против моего босса, Альфи, Тор покинул «Монолит корпорейшн», оставив меня в этом гадючнике совершенно одну.

— Ты сама знаешь, что надо делать, — заверил он меня, похлопав по плечу. — Тебе нужно лишь увязать одно с другим.

И в конце концов я сумела воздать Альфи по заслугам, однако далось мне это нелегко. Да и не принесло большой пользы: в «Монолит корпорейшн» мне все равно не светило значительное продвижение по службе. Привыкшие всегда находиться у руля, технари-мужчины по доброй воле не отдали бы руководство женщине, они скорее развалили бы свою фирму, или съели бы свои шапки, или сделали ещё что-нибудь в том же духе. Но когда я попыталась пожаловаться Тору на то, что расплата за бунт была слишком болезненной, он лишь рассмеялся: