Солнце мертвых - Атеев Алексей Григорьевич Аркадий Бутырский - Страница 128

Иностранцы о чем-то оживленно болтали и бурно жестикулировали.

«Они, – сразу же понял Каковенко, – точно, заявились…» Он с мстительной радостью вспомнил своих недавних соратников. Дураки, не захотели довести дело до конца, а он таки доведет! И еще как доведет! Разоблачит эту свору, да не только в родном городе. Вся страна узнает, что американская банда сатанистов снюхалась с местными последователями дьявола. Правду говорят, преступность не знает границ. Так то обыкновенные бандиты. А тут!.. Однако интересно, что они делают там, внутри?

Каковенко снова заворочался и закряхтел, как раненый вепрь, потом решился и высунул голову из зарослей. Все тихо. Он крадучись выбрался из своего укрытия. Впрочем, опасаться, что его заметят, не приходилось. Было уже совсем темно, и лишь запад горел дымным отсветом заката.

Каковенко сплюнул и, слегка покачиваясь, пошел вперед, словно ни в чем не бывало. Он решил изобразить пьяного, прекрасно зная, что к этой категории граждан население относится относительно с добродушным пониманием.

«С пьяного взятки гладки, – размышлял он, – даже если и обратят внимание, то вряд ли что заподозрят».

Но обращать внимание на странную фигуру было некому. Улица, и в обычное-то время пустынная, словно вымерла.

Каковенко, раскачиваясь словно корабль в шторм, приблизился к злополучным воротам с железным кольцом и в задумчивости остановился, присел на скамеечку возле ворот и стал кумекать о дальнейшем. Но как ни ломал мозги, ничего лучшего, как проникнуть внутрь, он не надумал.

– В случае чего скажусь выпившим, – рассуждал простодушный сантехник, – мол, забрел по ошибке. Могут надавать по шее, так что ж? Риск – благородное дело. – Так, подбадривая себя, Каковенко толкнул калитку.

Последние отблески зари пропали с сумрачных небес. Выплыл, точно нарисованный, только что народившийся месяц. Его сиротливые остренькие рожки печально сверкали в беспредельной вышине. Скоро месяц пропал, запутавшись в тучах. Запахло дождем. Вдали блеснули зарницы. С болот пополз туман. Комары куда-то пропали, но появились летучие мыши. Они проносились прямо над головой Каковенко, и он ежился от резкого писка.

Во дворе дома тоже было пусто. Это обрадовало водопроводчика. Пригибаясь, он обогнул дом и замер у стены. Из раскрытого окна доносились голоса. Тогда он лег на землю и по-пластунски пополз вдоль стены. Под окном он прилег на бок и навострил уши.

По долетающим обрывкам он никак не мог ухватить нить разговора. Похоже было, что беседа шла на повышенных тонах.

«Ага, – злорадно подумал сообразительный водопроводчик, – договориться не могут. Так я и думал». Восхищаясь собственной прозорливостью, он отвлекся и представил, что бы сказал о его героическом поступке Казаков. Может быть, одобрил, а может, и нет.

В этот момент ярчайшая вспышка света высветила, словно на негативном изображении, кусты сирени под окном, кусок забора, старую бочку. Каковенко машинально закрыл глаза. Он решил, что в комнате разорвалась граната. Однако звука взрыва не было. Какое-то время сохранялась тишина, потом перепалка между гостями и хозяином возобновилась.

Водопроводчик, потеряв всякую осторожность, встал с земли и на корточках уселся прямо под окном. Голова его почти касалась резного наличника. Услышанное чрезвычайно заинтересовало его. Речь шла о мертвецах. Завтра, как понял водопроводчик, состоится оживление. Отлично! Теперь нужно потихоньку выбираться отсюда. Не дослушав, чем кончилась встреча, Каковенко ползком стал пробираться к выходу, попав по дороге в колючие заросли малины. Чертыхаясь и проклиная свою нелегкую долю, он наконец выбрался на волю и поспешно устремился домой, по дороге обдумывая план действий на завтра. Он решил ни за что не отступать, вывести мерзавцев на чистую воду, а главное, посрамить заносчивых милиционеров. Будут тогда знать, как издеваться над стариком.

К величайшему сожалению, Каковенко слишком поспешно ретировался, не дослушав, о чем говорили обитатели дома номер шесть после ухода визитеров. Дослушай он их беседу до конца, возможно, у него пропало бы желание продолжать изыскания. И события, возможно, приняли бы другой оборот.

– Этот господин, можно сказать, не ошибся, назвав меня Хозяином кладбища, – начал Стас, искоса посмотрев на краеведа. Он замолчал, задумался. Потом неожиданно поднялся и оглядел комнату. Надо сказать, что после ухода американцев обиталище молодого химика-производственника Станислава Александровича Недоспаса снова приобрело вполне обычный вид. Исчезли люстры, канделябры, вычурные кресла и зеркала в причудливых рамах. Пропали экзотические наряды, и два молодых человека выглядели словно обычные советские люди. Впрочем, советских людей уже нет. Последний из них – Леня Голубков доверчиво смотрит в глаза своей благоверной и мечтает о домике в Париже.

– Чудак ты, Леня! Нет никакого Парижа. Выдумала его нечистая сила. Есть только город Светлый. Нет у него границ, нет числа его жителям. Он повсюду. Сверху серые дома-близнецы, а под ними старое кладбище. И вроде бы заасфальтировали все, что возможно, ан пробивается, зараза! Лезет из-под земли, настойчиво проникает в любую щель, дурманит головы, застилает глаза. И кругом мечется, мечется нежить, почуявшая свой час.

– Но что это за понятие «Хозяин кладбища»? – робко спросил Володя.

– Погоди, – сказал Стас, – все расскажу, не торопи. Подумай. Еще совсем недавно эта комната выглядела как гостиная в каком-нибудь дворце, а теперь? Так вот и в жизни: в обычной жизни, – поправился он. – Облепят вещь пестрыми этикетками, обзовут понепонятнее, и смотришь, из сущей чепухи получается, получается… – Стас запнулся, подбирая подходящее слово, щелкнул перед носом пальцами, – получается икона! Одни на нее молятся, другие проклинают, втайне, однако, мечтая о том же. А чепуха чепухой и остается, как бы там ее ни называли.

Он махнул рукой.

– Заморочил я тебе голову. Да ладно. Вернемся к нашим баранам…

Секта некронитов, к которой принадлежат наши новые друзья, существует с незапамятных времен. Где и как она возникла, никто толком не знает. Одни говорят, что в Древнем Египте, другие называют Индию, Тибет… Некрониты всегда были немногочисленны и о деятельности своей предпочитали не распространяться. Они меняли названия, меняли символику, но суть всегда оставалась неизменной. Главной целью некронитов, только ты не смейся, была власть над миром. Действительно смешно. Каждый политик, каждый завоеватель мечтает о том же. Но одно дело – мечтать, другое – добиваться. И они, надо сказать, преуспели, – Стас хмыкнул. – Не все, однако, стремились в коридоры власти, в королевские покои, президентские резиденции. Еще в начале четырнадцатого века сразу после крестовых походов секта раскололась. Группа некронитов отказалась влиять на судьбы мира, так сказать, отвергла мирские соблазны и удалилась в тихие заповедные места. Но при этом унесла с собой часть древних знаний. Надо сказать, раздел был произведен полюбовно: без споров и драк. Взаимные контакты продолжались, но принцип невмешательства в дела другого соблюдается строго.

Основой мировоззрения некронитов была идея, что человек после смерти не прекращает своего существования, большинство религий тоже так считают, но в отличие от веры в то, что после смерти душа человека в зависимости от его земных деяний или от кармы переходит в новое качество, некрониты верили в то, что и материальная сущность человека, то есть тела, при определенных условиях продолжает существовать.

Конечно, тело не каждого человека. Для того чтобы реанимировать плоть, нужно проделать ряд манипуляций и ритуалов. Как физических, так и магических. Проще говоря, можно оживить труп. Особых успехов в этом искусстве добились в Египте. Каждый слышал о мумиях, но мало кто знает, что в храмах существовал особый обряд оживления мумий. Это было связано с фазами Луны и разливами Нила.

В литературе описано происшествие в Британском музее, случившееся в середине прошлого века.