Приди, полюби незнакомца (Где ты, мой незнакомец?) (др. перевод) - Вудивисс Кэтлин - Страница 78

— Не надо думать, что вы можете так быстро сделать ее вдовой, мой друг.

Он надеялся, что хотя бы в такой же мере, как тогда, на берегу, Эштон испугается, но тот только улыбался. Может, у него, неопределенно подумал Малкольм, в жилах не кровь, а вода из северных рек? Такое безмятежное спокойствие было ему не менее ненавистно, чем сам этот человек.

— Попробуйте только пошевелиться, и я снесу вам голову. Я бы не прочь отправить вас на корм рыбам.

— У вас есть свидетель, — спокойно напомнил Эштон. — Разве только вы и с ней собираетесь разделаться тем же способом.

— Я уверен, что она будет счастлива избавиться от вас, — злобно оскалился Малкольм.

— Малкольм, немедленно прекрати! Прошу тебя! И спрячь эту штуку, пока ты никого не задел! — Видя, что он не обращает на нее никакого внимания, Ленора не на шутку перепугалась, и это заставило ее перейти в наступление.

— Убери эту штуку, Малкольм, или, клянусь тебе, я немедленно иду в каюту к Эштону и нашим с тобой отношениям конец.

Эштон высоко поднял брови и насмешливо улыбнулся:

— Итак, что прикажете этой даме делать?

— Эштон! — воскликнула Ленора, напуганная его равнодушием к угрозе. — Он же убьет тебя!

Малкольм судорожно обхватил перламутровую ручку пистолета и уперся дулом в горло Эштону. Чего бы он только ни дал, чтобы избавиться от этого врага, но Малкольму было что терять, а когда дело доходило до вещей серьезных, дураком он отнюдь не был. И тем не менее он весь дрожал от искушения покончить с этим делом… как вдруг раздалось громкое «клак» и в живот ему уперлось что-то маленькое и жесткое. Малкольм быстро посмотрел вниз, и глаза у него расширились от страха: в руке у Эштона он увидел пистолет.

— Мне надоели ваши угрозы. Теперь моя очередь.

Слова Эштона впечатывались в Малкольма, как мощные удары. Или, может, это сердце так громко стучало в груди?

— Я начинаю считать, — сказал Эштон, — и, если до счета «три» вы меня не убьете, другого шанса у вас не будет. — Свободной рукой он мягко оттолкнул Ленору, не обращая внимания на ее мольбы и призывы к разуму. — Раз… — Пистолет Малкольма еще теснее вдавился Эштону в горло, и глаза у Малкольма заблестели. — Два…

Громко выругавшись, Малкольм рывком убрал пистолет и, встретив насмешливый взгляд соперника, заскрежетал зубами. Отступив, Эштон сунул свой пистолет обратно в карман, а взамен вытащил длинную сигару и с наслаждением закурил.

— На вашем месте я был бы поаккуратнее с угрозами, Малкольм, — сказал он. — Я ведь ненароком могу оскорбиться и расколотить вашу пустую башку.

Малкольм не воспользовался советом.

— Посмотрим, чем все это кончится, мистер Уингейт. — Взяв Ленору под руку, он быстро зашагал по палубе. Эштон остался стоять на месте.

Некоторое время спустя он медленно тронулся вслед за ними. Вот если бы Лирин позволила избавить ее от Малкольма. Без такого согласия ему ничего не остается, как издали наблюдать за ним, а это неблагодарное и трудное занятие.

У входа в игорный зал Малкольм остановился и; приводя в порядок одежду, взглянул на жену.

— Ваш галстук куда-то делся, — спокойно сказала она вдруг и резко спросила: — Ну как, Марелде понравилась лепка на потолке? Или за такое короткое время она успела не слишком много увидеть? Похоже, вы установили рекорд по части быстроты соблазнения.

— Ха-ха-ха! — громко засмеялся Малкольм. — Как раз в тот самый момент… — Он поискал подходящее слово, но так и не нашел ничего, что можно было бы произнести в присутствии жены. — И тут меня как обухом по голове ударило, и я увидел тебя с ним… и ничего больше… вы хорошо проводили время…

— Марелда, наверное, была разочарована, что вы не смогли кончить того, что начали. — Ленора презрительно подняла брови. — Право, мне жаль, Малкольм, что я не дала вам насладиться мигом победы. Насколько я понимаю, все дело в том, что вы не могли примириться с тем, что я занимаюсь тем же, чем и вы? Я нахожу это довольно забавным. — Малкольм довольно грубо подхватил ее под руку и, кисло улыбаясь, вошел в танцевальный зал. Они закружились в вальсе, двигаясь, впрочем, довольно скованно, раздраженные друг другом. Малкольма выводило из себя то, что не было в их танце той легкой грации, которую он наблюдал, когда Ленора в тот памятный день танцевала с Уингейтом в павильоне. Не слышно было и восхищенного шепота, хотя незамеченным их появление не осталось.

— По-моему, я не говорил еще, как божественно вы сегодня выглядите, мадам, — начал Малкольм, стараясь разбить лед. — Вы здесь первая красавица.

Боковым зрением Ленора заметила, что в зал вошла Марелда, и по ее раскрасневшемуся лицу и взгляду, который она бросила на Малкольма, поняла, что происходящее доставляет ей мало удовольствия.

— Марелда вернулась, — спокойно сообщила она. — И она вроде чем-то недовольна. Может, хотите продолжить то, что не удалось довести до конца?

— Да наплевать мне на нее, — проворчал Малкольм. — Просто надо было отвести душу, пока ты наконец не соблаговолишь уступить мне.

Ленора посмотрела на него с удивлением.

— Неужели вы думаете, что я уступлю вам, если вы ведете себя, как мартовский кот? А уж после этой истории с Марелдой тем более.

— Ты что, ревнуешь? — Это предположение явно позабавило Малкольма.

— Да нет, скорее боюсь ложиться с вами в одну постель. Подхватишь еще чего-нибудь.

— Вы холодная женщина, Ленора Синклер. — Мужское самолюбие Малкольма было оскорблено.

Она отвернулась, вспомнив, как затеяла однажды любовную игру с Эштоном, когда он пустился за ней вдогонку в хозяйских покоях Бель Шен. Смеясь и сбрасывая одежды, она убегала от него, а он, казалось, нарочно не спешил поймать, пока на ней еще что-то оставалось. Наконец он вытянул руку и привлек ее к себе. Обняв Эштона, она дразнила его легкими поцелуями, а затем отстранилась и пустилась в танец, какой и Саломее присниться не мог. Неужели она действительно холодна? Или тут дело в партнере?

Почувствовав, что Малкольм крепче прижимает ее к себе, Ленора напряглась. Тут в зал вошел Эштон, и, заметив это, Малкольм наклонился и прикоснулся губами к плечу Леноры. Он знал, что Эштон не сводит с них глаз, и со сладострастием думал, как тот, должно быть, сейчас мучается.

— Если твой мистер Уингейт решил преследовать тебя по пятам, дорогая, что ж, придется ему пострадать, — прошептал он ей прямо в ухо, обдавая теплым дыханием.

— Что вы хотите сказать? — Было видно, что Ленора не на шутку перепугалась.

Малкольм немного ослабил хватку, и Леноре удалось слегка отстраниться. Ведя ее по кругу, Малкольм выглядел на редкость самодовольным.

— Совершенно очевидно, что этот мерзавец хочет затащить тебя в постель, но ты — моя, и придется напомнить ему об этом.

Он слегка надавил пальцами ей на поясницу и взглянул угрожающе, заставив Ленору внутренне содрогнуться.

— Смотри, любовь моя. Если ты вздумаешь сопротивляться, я дорого заставлю тебя заплатить.

— Заплатить? — тревожно повторила она. — О чем вы, собственно, говорите?

Он кивнул в сторону Эштона.

— Я хочу, чтобы этот шут наконец понял, чья ты жена, и я сделаю так, что он пожалеет о том, что затеял всю эту игру. Уже здесь, на «Русалке», тебе придется позволить мне все.

— Вы, кажется, угрожаете мне? — саркастически бросила Ленора.

— Вы достаточно долго, мадам, держали меня на расстоянии, и мне это надоело, — договорил Малкольм. Выглядел он при этом в точности как избалованный кот. — С раздельными спальнями пора кончать, и скоро я восстановлю наш брачный статус… хотя бы чтобы ты вспомнила, как это у нас было раньше. — Опустив взгляд, он жадно посмотрел на ее грудь. — Доныне я заботился о твоем здоровье, но, похоже, ты уже вполне поправилась, чтобы принимать знаки внимания от него. Так чем я хуже? В конце концов, я твой муж.

Поймав сладострастный взгляд, который Малкольм устремил на полуобнаженную грудь Леноры, Эштон напрягся и, остановив проходящего мимо официанта, взял с подноса рюмку коньяка. Он ненавидел губы, прикасавшиеся к ее плечам, и руки, обнимавшие ее за талию. Может, напрасно он затеял все это преследование? Пока, похоже, удовольствие от него получает один только Малкольм.