Паучий замок (СИ) - Юрьев Валентин Леонидович - Страница 20

— Но ты же видишь, что по камням их тащить очень трудно, а идти ещё далеко, какую тропу мы можем сделать?

— Если срезать длинные стебли, по которым мы спускались, и связать их пучками, а потом положить на камни, то коврики будут двигаться гораздо легче, мы сможем тащить их так же, как и раньше, ведь наш путь всё ещё идёт вниз.

Кто-то из вождей аж взбеленился весь, злясь, что его учит слабое яйцо, которое падает в обморок при виде врага:

— Но мы не можем сделать такую длинную тропу, на это уйдёт много дней, да и стеблей на всей горе не хватит! Разве это не так?

Он победно и обиженно осмотрел всех остальных вождей, и они согласно закивали головами. Не кивал только мой отец и Большой Вождь, уже зная по опыту, что я просто так ничего не говорю.

— Нам не надо делать такую длинную, тропа может двигаться вместе с грузом.

Тут наступила полная тишина, как будто каждый проглотил по живой лягушке. Ну, правильно, у них же не преподавали предмет РНЗ в математической школе (решение нестандартных задач) и они не знают, что любое мнение надо сначала внимательно выслушать. Даже то, которое кажется идиотским!

Первым отошел от немоты отец. Он начинал уже сердиться на несмышлёного сына, высмеивающего целый Совет и злиться от стыда за него:

— То есть ты сделаешь тропу с маленькими ножками? И она побежит впереди нас? А не убежит далеко?

Вожди дружно заржали.

Какие молодцы! Ну, видимо, все отцы одинаковы, мой земной отец тоже не сразу старался понимать, сначала пытался давить на нервы, повышал голос, и только потом каялся.

— Почему, 'с маленькими'? С обыкновенными. С твоими, например, или с моими. Всё же так просто! Когда все циновки протащим, надо взять стебли сзади и перенести их вперёд. И положить впереди самых передних. А все ириты должны сделать шаг назад, чтобы прибежавшему можно было взяться за петлю. И так много раз.

Вожди ошалели, офигели и обалдели. Решение было таким простым и очевидным, что казалось невыполнимым. Достойные мэтры разом прекратили ржать, замолчали и уставились в землю, видимо, воображая себе, как они перебегают туда-сюда с кусками тропы в руках. Все, кроме колдуна, который смотрел на меня гордо, как на чемпиона мира, которого он сам лично воспитал.

Теперь уже первым опомнился Большой Вождь:

— Так чего вы ждёте? Разве у нас много времени? Вы все поняли, что нужно сделать? — вожди важно закивали — Каждый отряд делает столько пучков, сколько надо для их плетенок с двух сторон и еще два в запас. Да поможет нам Сияющий!

От дифирамбов Вождя пришлось удирать. Мне, было даже немного стыдно, потому что я попросту украл старое изобретение. Вспомнил, что на Руси в старину целые корабли тащили волоком по брёвнам, только смазывали их салом, а у нас вес не такой уж и большой, да и то под гору. То есть, я не сам этот способ придумал, он же древний.

А ещё я вспомнил, что когда Спартак спасался от римлян, его армию загнали в горах на высоченные обрывы, как в мышеловку, и он придумал сделать длинные лестницы из ивовых прутьев, которые там росли и по ним в глубокую пропасть спустилось несколько тысяч восставших рабов, которые неожиданно напали и разбили армию рабовладельцев вдребезги!

Собственно, у нас так всё и получилось, как хотелось. Конечно, сначала была путаница. Стебли лиан сплетали в косу, а потом три косы ещё в одну, получалась толстая сосиска, которую несли двое. Циновки не слушались, сползали в сторону, а сдвигать всю ленту приходилось целой толпой. Потом воины приладились и зелёная Змея опять поплыла по долине.

Особенно сложного ничего не оказалось. Двое разведчиков бежали немного впереди и определяли, где пройдёт путь, чтобы избежать непроходимых участков, а их было немало. Остальные бурлаки только успевали подкладывать сзади вперед, но одновременно бежали не по двое, не одна пара, а целых двадцать и это очень походило на догонялки, те, кто нёсли груз, весело подбадривали бегущих, а сами потом играли в 'третий лишний', сменяясь у грузовых лямок.

Некогда было смотреть по сторонам. Под ногами прятались в траве каменюки, каждую 'сосиску' несли двое и если один спотыкался, то падали оба. Подбежав и положив часть 'тропы' надо было тут же впрягаться в лямку, вытесняя переднего назад, а уже через несколько мгновений назад сдвигали тебя самого и мы все напоминали гигантскую тысяченожку.

Река надвинулась неожиданно, обдав нас холодным воздухом, грохотом воды и запахом прели и свежести, но караван остановился не сразу, а только после того, как мы прибыли к большой галечной отмели и в длину заняли её целиком.

Здесь русло расширилось, течение стало спокойнее, только я пока что не понял, какие же здесь могут проплыть судна, если глубина по колено. Однако, страшное оказалось не в этом. Никаких суден на воде не было вообще. Разведчики побежали в обе стороны, пока мы развязывались и освобождали свой груз, и вернулись с неприятным известием о том, что вартаки уже видны сзади. Этот слух тяжело резанул под корень наше бодрое настроение, потому что теперь мы окончательно оказывались в западне.

Враг мог занять позиции с обеих сторон реки и начать планомерный изматывающий обстрел. Правда, и у нас были преимущества, теперь не надо было больше спешить, от этого места клан должен плыть, так что сейчас мы могли занять круговую оборону и только защищаться. А камней на отмели хватало.

Что мы и сделали. Сослужившие и уже сильно потёртые грузом плетенки освободили от шкур и устроили из них забор, огородивший всю отмель. Со стороны реки решили не защищаться, потому что произвести нападение через реку гораздо труднее, чем на суше, и вряд ли разбойники бросят сюда основные силы. Забор усилили 'сосисками' тропы, которые смогли пригодиться во второй раз и получилась маленькая крепостная стена, не мешающая кидать камни.

Внутри забора из принесённых корзин с барахлом была построена защитная башня, в которой могли прятаться женщины, дети и раненые. Но пока что все они, пользуясь передышкой, бегали, собирали на отмели камни для пращей и помогали укреплять ограду. Когда первые группы врагов с мерзким воем вылетели на возвышающуюся над нами террасу берега, все были готовы.

Я хотел видеть, что происходит спереди, но отец, рыкнув, отогнал меня к женщинам. Хорошо, хоть не к маленьким детям, которых загнали в корзины. Правда, и всех остальных мальчишек тоже отправили в центр, даже Пашку, который воинственно размахивал своей пращей. Шутки кончились.

БИТВА У РЕКИ

Первые ряды нападающих были сбиты мгновенно, как бы настырно не лезли в атаку. Камни оказались быстрее. Но это были ещё не основные отряды, а только застрельщики, закоренелые авантюристы, не признающие никаких тормозов, особенно командиров и дисциплины. Так жадно хотели они первыми кусануть от пирога, но, получив в лоб, откатились назад, оставив валяться раненых.

Остальные подошли более спокойно и организованно, и встали на границе досягаемости, осмотрелись, а затем начали планомерно охватывать границы отмели, а часть полезла на более высокий выступ берега, чтобы оттуда получить преимущество в дистанции обстрела.

Самые задиристые вартаки орали гадости, от чего настроение у наших воинов портилось, показывали все части своих немытых тел, радуясь тому, что вот она, добыча! Не уплыла! Теперь уж никуда не убежит и рано или поздно достанется атакующим.

Мишка судорожно ворочал мозгами, понимая, что ничего особенного он своим колдовством не добьётся. Обидно, но он не знал даже, в каком направлении надо действовать. Пока что стороны проводили разведку боем и перестановку сил.

Время от времени, камни с той и другой стороны взлетали вверх и иногда на излёте даже попадали в щиты, практически, не принося сильного вреда. Эта пристрелка имела, скорее, психологический характер, её целью было правильное расположение воинов.

Мишка, наконец, надумав что-то, начал "уговаривать" голыш, взятый из реки и затем отдал Пашке, около которого сгрудились мальчишки, чувствующие в нём боевого вожака, готовые ринуться в бой и чувствующие, что здесь им может перепасть кусок интересного, несмотря на запреты взрослых.