Как совершить кругосветку. Советы и инструкции для осуществления мечты - Ердег Элизабетта - Страница 55

Туалет просто великолепен, сквозное отверстие с приподнятым бортиком, закрываемое доской, в одном из двух крыльев, соединяющих центральный корпус с боковыми поплавками. Если поднять доску, видно море. Таким образом всё попадает прямиком в море, без всяких клапанов, которые надо открывать и закрывать, без насоса, который нужно качать, без прокладок и без туалетных запахов. Просто чудо. Одно но… сидящий на таком горшке во время плавания, омывается снизу волнами и брызгами. Другое но, у туалета нет двери, из экономии веса, и нужно быть уж совсем незастенчивым, чтобы справлять нужду так, на виду, в нескольких сантиметрах от места где готовят или в полуметре от прилёгшего отдохнуть на диванчике!

Их лодка может показаться абсолютно неудобной, но они ею очень довольны. На вопрос:

— Если бы была возможность, вы поменяли бы свою лодку? — отвечают. — Да, на чуть более длинный тримаран, с большим объёмом поплавков и просторным кокпитом, где можно было бы вытянуться в рост.

Мы вышли раз на про гулку с ними. Море было почти спокойное, ветер, обычный бриз в десять узлов, но тримаран нёсся, словно под мотором, прошиваяпоплавками гребни волн и поднимая тучи брызг. Бешенная скорость, с нашей точки зрения, несчастных, плавающих на однокорпуснике.

Мишель

Мишель имя французское, но он итальянец из Робекко сул Навильо, в нескольких километрах от Милана. В его альбоме на фотографиях он с длинными светлыми волосами, собранными в хвост. Сейчас у него бритая голова, и ему ещё нет сорока. Бывший выпускник престижного университета Боккони, пытавшийся стать дипломатом, чтобы иметь возможность путешествовать по свету, но ставший мореплавателем одиночкой.

Его лодка девять метров на три, осадка чуть больше метра, весит три с полвиной тонны. Арпэж, построенный на верфи Дюфур тридцать пять лет назад. Лодка, несмотря на свой возраст, может считаться одним из самых достойных девятиметровиков, для тех, кто ценит надёжность и мореходность.

— Ты доволен своей лодкой?

— Более чем. И ни за что не поменял бы на другую. Или уж поменял бы на Арпэж чуть больше размером, но такого не существует.

Мишель спокоен и всегда улыбается. Получив диплом он сразу устроился на работу в офис, но вскоре почувствовал, что там ему тесно. Попробовал поменять работу и офис, но там было то же самое. Тогда он откликнулся на объявление итальянца, владельца двадцатиметровой лодки во Флориде, ищущего матроса. Мишель сразу же забросил деловую карьеру и переехал в Америку. Очень скоро он убедился, что отношения в море чувствует себя хорошо, с владельцем установилось полное взаимопонимание и, главное, он обрёл душевный покой. Прошло два года, когда, совершенно неожиданно, (наверное это всё-таки судьба) ему вдруг досталось наследство, вы не поверите, от дядюшки.

Наследство было небольшое, но оно могло означать начало новой жизни. Что лучше, лодка длинной двадцать метров с владельцем и регулярной зарплатой, или маленькая лодочка, спартанская жизнь, когда и помощи ждать не от кого. Ответ очевиден. Мишель возвращается домой, немного присматривается и во Франции, под английским флагом, находит свою лодку — Карлотту.

Сначало было бродяжничество по Средиземному морю, потом большой переход, Гибралтар и океаны. В первый раз мы встретили его на одном из удалённых островов Тихого океана.

У Мишеля нет холодильника, зато есть машинка, с помощью которой он раз в неделю изготавливает на лодке пасту. Есть у неготакже швейная машинка, с помощью которой он шьёт всё, что только возможно для уаюты и кокпита., начиная от тента со сборниеом воды, заканчивая цветной обивкой внутренних матрасов. На лодке есть компьютер, радио, музыка. Но на технические детали он совсем не обращает вниманая. Поднимаясь на борт его лодки, замечаю, что талреп на горме погнутый.

— Не беспокойтесь, он уже много лет такой, и никогда не ломался.

Ходовые огни закреплены на топе мачты пластиковым хомутиком и болтаются. Якорь выбирается руками, краска корпуса пожелтела от времени. Но когда Мишель берётся за румпель, управляет своей лодочкой, словно моделью. Хотя рулит он не часто, в этом ему помогает ветровой рулевой. А вот автопилот он на борту больше видеть не хочет. Его друг чуть не лишился жизни из за автопилота. Он шёл с попутным ветром, когда ветер зошёл, автопилот же, естественно, продолжал рулить прямо. Паруса перелетели на другой галс, удар гиком, и друг оказался в воде, а лодка пошла своей дорогой. Нечеловеческими усилиями ему удалось выбраться на берег, а лодка закончила своё существование на рифах, лежавших в пяти милях прямо по курсу.

В то время, как другие стараются забраться в самые отдалённые углы, Мишель ищет общества. Месяцами он стоит в портах, смешивается с людьми, заводит множество знакомых и даженевесту… Потом, когда кажется, что он уже пустил корни, в одно прекрасное утро, поднимает на палубу Калоттино, свой микроскопический тузик, поднимает грот и уходит.

Андрэ

Лодка Андрэ, двенадцатиметровый Sun Fizz, построенный восемнадцать лет назад. Банальная серийная лодка, сотни точно таких же в Средиземноморье выходят в круиз только в летние месяцы. Но сам Андрэ совсем не банален. Шестьдесят пять лет, бодрый и подтянутый, чистый, пронзительный взгляд. В плавании он уже семь лет, первые годы с подругой, потом один, в одиночку обошёл пол света. Лодка его демонстрирует приметы своего возраста: гелькоут в трещинках, ржавые потёки по бортам от талрепов. Сам же Андрэ кажется неутомимым. Он постоянно в движении, управляет своей лодкой, словно это швертбот, постоянно перемещается, из одной бухты в другую, с якорной стоянки к причалу, от причала, на другую якорную стоянку, даже если просто собрался порыбачить.

Внутри, в каюте, стол, полы, койки, всё старое, лак на дереве потрескался. Спёртый, застойный запах. Но это даже не безалаберность. Эта запущенность, не то чтобы выбор, афилософское восприятие того факта, что все вещи изнашиваются, и пока в процессе износа они не потеряли своих качеств, не стоит о них беспокоиться, почти философия жизни. Навигационные инструменты, карты, радиостанция, компьютер, передающий е-мейл и получающий метеокарты через радио, все эти вещи у него в идеальном состоянии.

— Своей лодкой я вполне доволен, мне лишь хотелось бы, чтобы нос у неё не был таким плоским и широким, — заявляет он. — когда мы идём в бейдевинд на большой волне, он сильно стучит о волны, мне даже страшновато становится.

Говоря это, он широко улыбается, и понятно, что он готов и далее испытывать эти страхи.

— В остальном в лодке всё хорошо, никогда ничего не ломалось. — чего ещё можно пожелать? — В лавировку она так себе ходит, но на попутных курсах очень быстрая. Первые годы, на полных курсах в сильный ветер, трудно было удерживать её на курсе, но с тех пор, как установил ветровой рулевой (модели Mustafa), больше такого не случается. Основной руль блокируется в диаметральной плоскости и работает как шверт, лодка становится устойчивой и податливой.

Его лодка, «Самоа», серийная модель, построенная без особых претензий. Одна из тех лодок, которые многим кажутся слишком лёгкими для серьёзных плаваний, и я такую никогда бы не посоветовал. Однако, вот она, стоит на якоре во фиорде полном мангровых зарослей, на Фиджи, в центре Тихого океана, доказательством того, что миль она прошла немало, и ничего не случилось, и что моя оценка, возможно, была слишком пессимистичной.

В отличии от других французов Андрэ не ограничивает свои путешествия лишь странами, где говорят по французски. Он любопытен, и его, как и нас, притягивают наименее известные места, те, в которые другие лодки не заходят. В каждом месте он погружается в местную культуру, становится другом для всех, выходит в море с рыбаками и регулярно заводит невест. Когда мы познакомились с ним в Новой Каледонии, у него была подруга canaca, путешествовавшая с ним, пока он бродяжил между островами, но когда он покинул страну, она за ним не последовала.