Заколдованная принцесса (+12) - Быков Ролан Анатольевич - Страница 5

– Дай! – прохрипел он. – Дай хоть понюхать!

Дион протянул лилии. Бритоголовый понюхал, сразу обмяк и сказал, обливаясь слезами:

– Горе мне, неизвестный путник. Надо мною висит заклятие: я – жаба, но каждую ночь превращаюсь в человека! Голод терзает меня, но чем больше я ем – тем больше мне хочется. Мои детки бегут от меня – боятся, что я их съем! Я и сам боюсь этого. Когда превращаешься в человека, ты способен на все! Понюхай лилии – они пахнут маленькими лягушатами…

Бритоголовый жадно засунул лилии в рот и стал жевать их, глядя на Диона виноватыми глазами, полными муки.

– Есть ли спасение от заклятия?

– Может быть, и есть. За морем живет царь-колдун, – ответил бритоголовый, не переставая жевать. – Но мне не добраться, убьют по дороге. Любой мальчишка норовит прибить жабу камнем. А ночью голод терзает меня: полночи я ворую еду, полночи ем…

– Буду у колдуна – спрошу о тебе! – на ходу крикнул Дион и быстро поднялся по винтовой лестнице, унося на плече сундук.

– Захочешь меня увидеть, подуй в стебель лилии. Я тут же явлюсь к тебе, где бы ты ни был! – донеслось вслед…

Седой правитель томился в ожидании. Дион спрыгнул со стены:

– Вот ваш сундук, – сказал он.

– Спаси вас Бог! Спаси вас Бог! – со слезами повторял седой правитель.

– У нас нет времени, – оглядываясь, сказал Дион. – Если я доставлю вас на корабль, обещаете выполнить две мои просьбы?

– Клянусь.

– Первая – мне может понадобится немного золота, вторая…

В темноте послышались тяжелые шаги.

– Я не могу рисковать своей жизнью, – тихо сказал юноша. – Она сейчас принадлежит не мне.

Дион быстро спрятал сундук в пустую бочку, валявшуюся у стены. В тот же миг из темноты выступил черный рыцарь в железной маске с белым султаном на голове.

– Нгыда-дза гульбу аз-тага? – спросил черный рыцарь гортанным голосом и поднял огромный меч.

Дион неожиданно бросил под ноги рыцаря бочку, в которой был сундук, и рыцарь растянулся. Он вскочил и бросился на Диона, но юноша тут же исчез в темноте, куда, грохоча и подпрыгивая, покатилась бочка. Рыцарь бросился в погоню, седой правитель последовал за ними.

В темноте слышались тяжелое дыхание, топот ног, лязг и грохот. Гортанный голос черного рыцаря издал победный клич, на фоне горящего огнем неба молнией взвилось лассо, и все стихло.

Пушки парусника палили по берегу.

Кочевники и черные рыцари готовили лодки для захвата корабля, но ядра разбивали их в щепы.

Неожиданно из дыма и пламени возникла фигура черного рыцаря в железной маске с белым султаном на голове. Рядом с ним в накинутом на голову мешке стоял человек со связанными руками:

– Ату-нгу-ду-куарра мэй! – закричал рыцарь гортанным голосом.

– Куарра! – с восторгом отозвались черные рыцари.

– Эйя-я-яааа! – воинственно откликнулись кочевники.

– Нгуарра-дыгы куарра мэйдог! Ндиндо-ра майгур! – крикнул рыцарь с белым султаном.

– Ийяйя ду майгур! – дружно ответили воины.

Пушки с парусника продолжали палить, но черный рыцарь стоял как заговоренный. Кочевники перестали обращать внимание на ядра, подчиняясь властному голосу черного рыцаря, говорившего на их языке. В несколько секунд погрузили они на остроносую лодку бочонки с порохом.

– Атуя нгу ндрге тиго куарра! – крикнул черный рыцарь и сорвал мешок с головы стоящего рядом человека – под мешком оказался связанный седовласый правитель.

– Ийяй-яяааааа! – раздался радостный клич.

Черный рыцарь воткнул горящий факел в бочку с порохом, поднял ее над головой, столкнул старика в лодку и прыгнул вслед за ним. Десяток воинов подтолкнули ее, двое налегли на весла, и остроносая лодка стрелой полетела к паруснику.

– Геюнь гу-гу-гмэй! – крикнул рыцарь.

– Геюнь! Геюнь! Ияйяаа! – завопили кочевники и полезли в лодки. Черный рыцарь мчался к паруснику, высоко над головой держа пороховую бочку с торчащим в ней пылающим факелом.

– Стреляй, сынок, стреляй! – кричал правитель, но пушки на паруснике молчали – сын не мог стрелять в отца.

Факел в бочке с порохом разгорался.

За лодкой рыцаря, все прибавляя скорость, плыли с десяток быстрых лодчонок – воины запели песню смерти:

– Гу уй-юю а-э-э-э!

– Стреляй! Мне уже не поможешь! – кричал старик.

– Гуй-юю а-э-э-э! Гуй-юю а-а-э-э-э!

– А-ээээ! А-эээээ! Аа-ээээээ! – быстрые остроносые лодки кочевников мчались к паруснику, песня смерти слышалась все ближе.

– Огонь! – голосом полным отчаянья скомандовал седовласый правитель. – Отомсти за меня, сынок!

Пушки парусника выпалили разом – на корабле поднимали якорь.

Черный рыцарь поджег факелом фитили остальных бочонков с порохом. Фитили шипели, разгораясь и разбрасывая огонь.

– Нгеда тур-мейг! – коротко скомандовал рыцарь, гребцы послушно прыгнули в воду и поплыли к берегу. Лодка приближалась к паруснику со стороны кормы, прямо к поднимающейся якорной цепи.

Черный рыцарь, собрав все силы, забросил горящую бочку на парусник, и она покатилась по палубе. Следом он бросил конец веревки, к которой был привязан старик. После этого все три бочонка с порохом полетели за борт. Но оказалось, что летят они не в сторону корабля, а прямо на кочевников. Грохнули три взрыва. Взлетели на воздух вместе со столбами воды лодки кочевников. Их охватил ужас, захлебываясь в бурлящей воде, ничего не понимая, смуглолицые воины пытались добраться до берега.

Рыцарь в какой-то момент успел ухватиться за якорную цепь, влез на палубу и одним ударом уложил сына правителя, бросившегося на него с мечом. Он помог жене и дочери втащить на борт связанного старика и кинулся к пылающей бочке с порохом, вокруг которой, ожидая взрыва, ничком лежала перепуганная команда.

Черный рыцарь перевернул бочку вверх дном и, убедившись, что огонь погас, бросил ее за борт. На палубе остался закопченный серебряный сундук.

– Я сказал, что не могу рисковать жизнью! – в сердцах сказал Дион, срывая с головы железную маску с белым султаном. Он зашвырнул ее далеко в море, крутанул штурвал, и корабль крутой дугой понесся по заливу в открытое море.

Команда, правитель, его жена, дочь и сын, постепенно приходившие в себя, смотрели на юношу и не могли сдержать своих чувств – они плакали и смеялись.

– Вы герой! Герой! – кричал седовласый правитель.

– Надо верить в счастливый случай! – серьезно сказал Дион. – Только бы успеть до первого луча солнца.

– Куда мы едем? – спросила Джоан, рыжеволосая дочь правителя, она смотрела только на Диона, и ее глаза пылали.

– К берегу! – ответил Дион.

Свита Тура во главе с молодым хозяином скакала вдоль моря. Тур осадил коня, сделал знак, и все остановились у ручья, который вытекал из грота.

– Напоите коней, – скомандовал Тур. – Да пройдите выше по ручью, там вода чище.

Воины пошли вверх по ручью.

Тур сел у костра и закрыл лицо руками. Вдруг он услышал, как зафыркали и заржали кони – они вставали на дыбы и не желали идти в ручей.

– Хозяин, кони боятся – там кто-то есть.

Тур вскочил, обнажил саблю, кинулся к ручью и скрылся в гроте. Воины, подняв факелы, последовали за ним. Это было именно то место, где Дион оставил Дионеллу.

– Если ты здесь, Дион, – крикнул Тур, – выходи!.. Мы сразимся с тобой, как равные.

Дионелла-жаба затаилась, слилась с камнями, и Тур не заметил бы ее, но при его приближении она невольно шевельнулась, плеснула водой и обнаружила себя.

– Здесь прячется отвратительная жаба! – крикнул Тур и добавил: – Прибейте ее!