Россия и Ближний Восток. Котел с неприятностями - Сатановский Евгений Янович - Страница 40

Сотрудничество стран региона с НАТО определяется их историей, приоритетами лидеров, политикой самого блока и отдельных стран, входящих в альянс. Единственной ближневосточной страной – членом НАТО является Турция, что дает ей возможность влиять на его политику (в рамках противостояния с Францией, давления на Германию и дистанцирования от США). Именно Турция выступила за проведение операции против Ливии в формате коалиции «НАТО + арабские страны», поддержав операцию при условии, что она не окончится оккупацией Ливии. Сотрудничество с НАТО Израиля делает его единственной страной региона, вооруженные силы которой достигли полной оперативной и технологической совместимости с альянсом. Это можно сказать только об отдельных подразделениях Иордании, Марокко и стран ССАГПЗ.

Прочные связи с НАТО в арабском мире поддерживают Иордания, Ирак, страны ССАГПЗ, Египет, Тунис, Марокко, Мавритания и Джибути. Великобритания строит базу радиоэлектронной разведки в Сомалиленде, несмотря на непризнание анклава мировым сообществом. Франция сокращает контингент Иностранного легиона в Джибути и Чаде. Расширяет контакты с альянсом Алжир. Сотрудничество с НАТО Ливана и Йемена под вопросом из-за дестабилизации внутриполитической ситуации в этих странах, а Ливии было прервано после начала операции против Каддафи, хотя имеет шансы на восстановление. Одна из форм сотрудничества стран БСВ с НАТО – Средиземноморский диалог с участием Алжира, Египта, Израиля, Иордании, Мавритании, Марокко и Туниса, в рамках которого проводится обмен информацией в сфере борьбы с терроризмом. Другая – Стамбульская инициатива, принятая в 2004 г. с ориентацией на страны ССАГПЗ для содействия им в борьбе с терроризмом и распространением оружия массового уничтожения, проведения учений и помощи в подготовке погранохраны, участниками которой являются Бахрейн, Катар, Кувейт и ОАЭ, при возможном присоединении к ним в будущем Саудовской Аравии.

В числе учений НАТО с армиями арабских государств выделяются «Брайт стар», которые раз в 2 года проводятся на территории Египта, «Безопасность и бдительность на море» и – с 2008 г. при участии военно-морских сил Алжира, Мавритании, Марокко и Туниса – «Феникс экспресс» на Средиземном море. Среди совместных антитеррористических учений и операций выделяется американская «Транссахарская контртеррористическая инициатива» со странами Сахеля. Алжир, Израиль и Марокко участвуют в операции НАТО «Активные усилия», патрулируя Средиземное море. Страны Магриба участвуют в мероприятиях группы «5 + 5» (государства Магриба + Испания, Италия, Франция, Португалия и Мальта). С рядом арабских стран НАТО обменивается разведывательной информацией, а Кувейт и Бахрейн подписали соглашения с НАТО об обмене информацией в сфере борьбы с терроризмом.

НАТО содействует странам БСВ в подготовке национальных военных кадров. В Ираке блок обучает местных силовиков, предоставляет вооружения и военную технику, снаряжение и экипировку: в Багдаде во взаимодействии с командованием вооруженных сил США и правительством Ирака под контролем Совета НАТО работает «Миссия по реализации обучения». В Великобритании учатся иорданские офицеры, а на основе программ военного колледжа в Сандхерсте, на территории Иордании, организуется по стандартам НАТО офицерское военное училище. С 2007 г. офицеры Катара обучаются на ближневосточном факультете военного колледжа НАТО в Риме, а в Дохе планируется открытие филиала французского военного колледжа Сен-Сир, в котором будут учиться курсанты из стран ССАГПЗ. В школе НАТО в Германии и колледже в Италии обучаются представители стран БСВ – членов программы по вопросам миротворчества, экологии, контроля над вооружениями, безопасности в Европе и планирования предотвращения чрезвычайных ситуаций. Часть подразделений вооруженных сил Марокко, включая офицеров, проходит подготовку во Франции, а в Марокко в военных училищах и академии ряд дисциплин преподают французы. Французские офицеры выполняют при королевской Академии генштаба функции советников.

В последние годы страны БСВ увеличили импорт вооружений и военной техники, активизировав военные связи с альянсом. Крупнейшим импортером военной продукции в Магрибе является Алжир, подписавший в 2006–2009 годах соглашения на приобретение за рубежом вооружений и военной техники на $ 6,8 млрд, а в 2010 г. на $ 2,16 млрд. Особое развитие получили военные связи АНДР с Великобританией, Италией и Францией. Марокко пытается поддерживать баланс сил с Алжиром. В 1998–2005 годах оно подписало соглашения на закупку за рубежом вооружений и военной техники на $ 900 млн, а в 2006–2009 годах – на $ 4,7 млрд. Помимо США и Франции, поставщиками вооружений и военной техники для королевства являются Нидерланды, Испания, Италия и Бельгия. Тунис приобретает вооружение и технику для своей армии у США и Франции, а в 2009 г. подписал с НАТО соглашение о сотрудничестве в военной сфере. В 2009 г. возобновилось сотрудничество с блоком Мавритании, прерванное в 2008 г., после военного переворота – поставщиком вооружений и военной техники для этой страны выступили Испания и Германия. В 2002–2005 годах Ливия подписала соглашения на приобретение вооружений и военной техники на $ 900 млн, в 2006–2009 годах – на $ 1,6 млрд с Францией, Италией, Германией и Великобританией. Поставки вооружений в Египет в 2008–2010 годах вели США, Норвегия и Германия. Израиль в 2010 г. реализовал крупные контракты по военно-техническому сотрудничеству со странами НАТО, среди которых выделялись США и Германия. Поставки военной техники в Ирак вели США, Италия, Германия.

Страны ССАГПЗ намерены израсходовать в ближайшие 5 лет на закупки одной лишь военно-морской техники до $ 8 млрд. Основными поставщиками вооружений и военной техники для Бахрейна выступают США и Германия. Ряд кораблей будет построен на верфях компании ADSB из Абу-Даби. Поставки вооружений в Катар осуществляют США, Германия, Франция и Нидерланды – с верфи голландской компании Damen в катарском порту Рас Лаффан. Кувейт закупает вооружения и военную технику у США, Германии и Великобритании. ОАЭ – в Италии, Германии, Франции и Турции, а также у компании Abu-Dhabi Shipbuilding. Оман сотрудничает с Великобританией, Германией и США. Крупнейшие военные расходы в регионе осуществляет Саудовская Аравия, военный бюджет которой составляет 35–40 % госрасходов, или 12–15 % валового внутреннего продукта. Большая часть ее военного импорта приходится на США, Великобританию и Германию. На долю Омана, Саудовской Аравии и ОАЭ приходится около 80 % немецкого экспорта в секторе «Наиболее востребованные виды вооружения». В число импортеров немецкой военной техники входят Иордания, Сирия, Йемен, Пакистан и Турция.

Следует отметить, что современные вооружения, приобретенные странами ССАГПЗ, не осваиваются национальными вооруженными силами, боеспособность которых, за исключением отдельных подразделений, невысока. Следствием этого стало решение ОАЭ о формировании профессионального наемного контингента для подавления возможных волнений на территории страны. Его спровоцировало самоустранение Запада от вмешательства в «арабские революции» в Тунисе и Египте, а также волнения на Бахрейне. Монархии Залива активно стремятся к участию в акционерном капитале производителей вооружений из числа стран НАТО, ограничиваемому в США, но возможному в Европе, в том числе в Германии. Так, поддержав приобретение госфондом IPIC из Абу-Даби 30 % акций предприятия MAN (город Эссен), руководство Ferrostaal пригласило инвестора участвовать и в оборонных проектах. Это же касается слияния концерна Thyssen-Krupp с крупнейшим в ФРГ судостроителем Blohm+Voss (город Гамбург) при поддержке судостроительной компании Abu Dhabi Mar (ОАЭ).

Организацию Объединенных Наций, основанную 26 июня и начавшую работу 24 октября 1945 г. – преемницу Лиги Наций, общественное мнение рассматривает как мировой парламент. Судя по результатам деятельности ООН, нет ничего более далекого от действительности, чем такое восприятие этой малоэффективной бюрократической структуры, живущей по своим, далеким от реальной жизни законам. Дорогостоящие миротворческие структуры ООН никого ни от чего не защищают. Комиссии и комитеты занимаются не осмысленной деятельностью, а интригами, выбиванием и осваиванием бюджетов. Организация коррумпирована, чиновники торпедируют самые серьезные и неотложные задачи, политкорректность доведена до абсурда. ООН, пережив эпоху противостояния военно-политических блоков, когда она служила полем битвы идеологических систем и платформой для диалога сверхдержав, когда их противостояние заходило в тупик, во многом – раритет мироустройства, сложившегося после завершения Второй мировой войны. Совет Безопасности и Генеральная Ассамблея выпускают резолюции, которые никто не выполняет и на которые мало кто, помимо участников процесса, обращает внимание. Для нескольких тысяч бюрократов, дипломатов, журналистов, политиков и политологов Организация Объединенных Наций – серьезная структура. Для тех, кто использует ее в своих интересах, будь это Лига арабских государств, ищущая обоснование для атаки НАТО на Ливию и Сирию, или противники Государства Израиль, готовящие очередную антиизраильскую резолюцию, – полезный инструмент. Для десятков тысяч разбросанных по миру мелких чиновников – рабочее место. Присутствие ООН на БСВ на протяжении десятилетий не разрешило ни одного регионального конфликта, однако государства региона чрезвычайно активны в ее структурах. Это в первую очередь характерно для противостояния исламского мира с Израилем, делегитимация которого в ООН дошла до пика в ходе проведения Дурбанской и Женевской конференций против расизма. Характерным примером отношения ООН к Израилю стала «комиссия Голдстоуна», обвинившая Иерусалим в военных преступлениях по результатам расследования операции «Литой свинец» в Газе, от выводов которой сам руководитель комиссии отказался весной 2011 г., хотя ООН оставила их в силе.