Звезда надежды - Норамли Гленда - Страница 105

Когда он вернулся, ведя в поводу коня, Галбар уже сидел на своем скакуне — чудовищном меченом звере. Он жестом велел Даврону оседлать коня и следовать за собой.

— Есть… — заскулил Подручный, глядя на Даврона голодными глазами. Пока пленник седлал коня, тварь точила торчащий из середины лба рог о камень. — Хозяин, Согол хочет съесть человека! Сейчас съесть! — Голос его звучал капризно, как у избалованного ребенка.

Галбар не обратил на это никакого внимания.

— Следуй за мной, — бросил он Даврону и развернул своего коня, даже не побеспокоившись удостовериться, что пленник едет за ним. Багровый луч все так же тянулся из сгустка леу, который держал Приспешник, к амулету на руке Даврона, невероятным образом огибая препятствия, — совсем как поводок. Даврон хотел было рвануться и выхватить у врага сверкающий шар, — но только в мыслях он и был на что-то способен. Возможности действовать он лишился.

Ехали они молча. Галбар пустил своего скакуна быстрым галопом, и Даврону не оставалось ничего другого, кроме как следовать за ним. У него по-прежнему оставались и ножи, и кнут, но они только напоминали Даврону о его беспомощности. Галбар был так уверен в своей полной власти над пленником, что даже не потрудился его разоружить.

Единственное, что Даврон мог сделать, — это попытаться изгнать из души бесконечное отчаяние, лишающее воли и сил.

На границе Звезды Надежды, образованной Каналом, Хелдисс Цапля первым заметил приближение Приспешников — что было неудивительно, учитывая его рост: на два фута больше, чем у всех остальных, из-за длинных и тонких ног. Хелдисс, одно время присматривавший за веревочным мостом в Неустойчивости, стал теперь стражем и жил в Звезде Надежды вместе со своими двумя сыновьями. Один из них держал пекарню в Шилде; другой, как и отец, охранял границу и стоял сейчас рядом, глядя на приближающихся Приспешников. Ряды нападающих казались бесконечными; страшнее самих Приспешников были сопровождающие их Подручные: от похожих на людей рогатых фавнов и сатиров до огромных чудовищ, напоминающих ползущие по земле амбары. Они обладали таким изобилием клыков, бивней, когтей, клешней, что могли бы снабдить острыми инструментами все ремесленные мастерские в Постоянствах.

— Вот дерьмо! — пробормотал Хелдисс. — Нам не жить, если только маркграф не придумает чего-нибудь новенького.

Он со своими людьми прятался за земляным валом, перед которым струился Канал, полный леу и воды. Канал, конечно, в определенной мере окажется ловушкой для нападающих, — особенно потому, что они не ожидают водной преграды: Приспешники сочтут, что видят перед собой просто небольшой поток леу. К тому же дно усеяно шарами с острыми шипами — совсем недавно усеяно, так что, если повезет, они причинят ущерб врагу прежде, чем исчезнут под действием леу.

Хелдисс оглядел врагов и сам себе удивился: как это он послушался маркграфа, когда слепой старик велел всем защитникам вернуться в Звезду Надежды. В то время его отряд находился рядом с каньоном, по которому протекает Глубокий, — как раз тогда на девушку и напал скат, — и звучный голос Мелдора оказал на слушателей обычное гипнотическое действие, так что Цапле и в голову не пришло ослушаться. А вот теперь он стоит тут, на границе, и его вот-вот прикончат Приспешники. Хелдисс взглянул на сына. Что ж, по крайней мере одна хорошая сторона в его возвращении есть: Звезда Надежды стала домом для его сыновей и внуков, она обещала им безопасное будущее, и ради этого можно и расстаться с жизнью, если такой ценой удастся отразить нападение этих мерзких выродков.

— Передай всем, — сказал он сыну, — чтобы не тратили стрел, пока не будет уверенности, что попадут в цель, а тогда уж пусть каждый выбирает себе врага по вкусу. — Пока команда передавалась по цепи, Хелдисс гадал: как же это случилось, что он теперь отдает приказы? У него возникло подозрение, что своим офицерским статусом он обязан высокому росту: ведь о сражениях и оружии Цапля знал мало, не был ни леувидцем, ни метателем леу, как большинство командиров. Вот и выходило, будь оно все проклято, что чин он получил за внушительную внешность.

— Клянусь Хаосом, папаша, — присвистнул его сын, глядя на приближающихся врагов, — разве можем мы надеяться выстоять против такой-то прорвы?

— Спокойно, парень. Не забывай: стрелы поражают на большем расстоянии, чем леу. А эти подонки так привыкли полагаться на Подручных и леу, что забыли: точно посланная стрела может отправить тебя на тот свет, и выругаться не успеешь. И вот еще что: ихняя леу рано или поздно иссякает, им нужно обновлять запас. Так что надежда у нас есть, — заключил Цапля. — Надежда, но не более.

Его сын еще раз взглянул на наступающих, поднял лук и послал первую стрелу…

Битва началась.

— Позади Приспешники! — крикнул Скоу. — Скачите что есть мочи!

Керис, не раздумывая и не оглядываясь назад, послала Туссон галопом. Когда кто-то кричит таким голосом, как Скоу, нужно сначала действовать, а потом смотреть. Девушка крепко ухватилась за луку седла, прежде чем обернуться, и это сослужило ей хорошую службу: то, что она увидела, поразило ее как удар молнии. Из долины, которую они только что миновали, выливался целый поток Приспешников с Подручными. Они мчались так, словно хотели растоптать троих беглецов бесчисленными копытами.

Рядом с Керис выругался Квирк:

— Вот дерьмо! Похоже, тут все Приспешники, кого только Карасма совратил за последние триста лет! — Он пригнулся в седле и скакал, как никогда в жизни, благословляя тот факт, что под ним переправная вьючная лошадь Керис.

Керис тоже пригнулась, и дюжина мыслей разом пронеслась у нее в голове: «Вот и началось наконец вторжение! Мне недолго осталось жить — да и какое это имеет значение, раз Даврона нет (о небеса, неужели он исчез только сегодня утром?); Даврон, должно быть, уже выполняет приказ Карасмы. Когда, Хаос его побери, собирается Мелдор жечь карты тромплери и поджаривать этих подлых тварей? О Создатель, что будет с нами, если он начнет делать это сейчас?»

Керис оглянулась на Скоу. Меченый сосредоточился на том, чтобы заставить коней своих спутников бежать как можно быстрее: стоило одному из них начать отставать, как Скоу направлял в его сторону Стоквуда: близости рогов чудовищного скакуна оказывалось достаточно, чтобы заставить любую лошадь удвоить усилия.

До границы Звезды Надежды оставалось еще полчаса скачки. Если повезет, они успеют добраться прежде, чем Приспешники нагонят их. Керис снова оглянулась и решила, что вряд ли им так повезет. Хотя те Приспешники, у кого были лошади, и не приближались, многие имели меченых скакунов, а несколько Подручных бежали еще быстрее. Керис тихо застонала. Удар леу в спину, может быть, и был неплохим способом умереть, но мысль о том, что ее растерзают звери с клыками острыми, как кинжалы, и когтями, похожими на кривые обойные гвозди, приводила ее в ужас.

Когда преследователи оказались уже совсем близко, Керис знаком велела Квирку и Скоу скакать вперед. Квирку не требовалось второе приглашение; Скоу заколебался, но сообразил, что она собирается сделать, кивнул и сделал в ее сторону кинезис: большой и указательный пальцы образовали кольцо и коснулись щеки; это означало: «Да дарует Создатель победу!» Девушка решила, что Скоу вкладывает в жест более личное значение: «Удачи, Керис!» Керис махнула ему рукой и повернулась к полудюжине самых упорных преследователей. Дождавшись, когда они окажутся уже совсем близко, она швырнула в них заряд леу, позволив дикой энергии вырваться на свободу из кончиков пальцев. Разноцветный взрыв отшвырнул первого Подручного, на него налетел второй; они завертелись в вихре мелькающих ног и клочьев плоти. Третьему луч леу угодил в глаз, и он с визгом свернулся в клубок. Остальные твари попятились, сразу став более осмотрительными.

Керис подхлестнула коня. Впереди нее Квирк все еще скакал к Извилистому — он был безоружен и явно решил, что бегство лучше каких-либо героических жестов; Скоу же развернул Стоквуда и пустил две стрелы в нагоняющих Подручных, внеся в их ряды переполох. Потом, когда Керис проскакала мимо, он последовал за ней.