Мошка в зенице Господней - Нивен Ларри - Страница 68

– А кофе? Все они пьют кофе. Кофе изменяется в зависимости от его генетики, почвы, климата, способа жарки. Я знаю, что это так. Я видел ваши запасы.

– На борту «Мак-Артура» у меня гораздо больше разновидностей. К тому же есть различия и между пьющими кофе. Культурные различия. На мирах, восходящих к Америке – вроде Тэйблтопа – могут даже не прикоснуться к маслянистому напитку, предпочитаемому на Новом Париже, а там считают напиток Леванта слишком крепким и сладким.

– Вот как?

– Вы слышали о Голубой Горе Ямайки? Этот сорт растет на самой Земле, на большом острове. Этот остров никогда не бомбили, и мутации исчезли за века, последовавшие за развалом СоВладения. Его невозможно купить. Военные корабли перевозят его в Имперский дворец на Спарте.

– И каков его вкус?

– Я же сказал, что его хранят для Императора… – Бари заколебался. – Ну, хорошо. Вы знаете меня слишком хорошо. Я не смогу заплатить такую цену еще раз, но я не жалею об этом.

– Флот недооценивает вас, потому что вам не хватает знания вин, – мошкит Бари вовсе не выглядел улыбающимся. Его бесстрастное лицо было лицом торговца – это выражение он перенял от самого Бари. – Конечно, это довольно глупо с их стороны. Если бы они знали, как много можно узнать о кофе…

– Что вы предлагаете?

– У вас на борту есть запасы. Научите их пить кофе. Используйте для этой цели свои собственные запасы.

– Для офицеров линейного крейсера моих запасов не хватит и на неделю!

– Вы должны показать им сходство между вашей и их культурами. Или вам не нравится эта идея? Нет, Бари, я не читаю ваши мысли. Вам не нравится Военный Флот, и вы стремитесь преувеличивать различия между ними и вами. Может, они думают также?

«Я не читаю ваши мысли». Бари сдерживал ярость, растущую в нем, – и в этот момент он понял. Теперь он знал, почему чужак повторял эту фразу. Она поддерживала его в неустойчивом состоянии в торговых делах.

Бари широко улыбнулся.

– Добрая воля недельной продолжительности. Хорошо, я воспользуюсь вашим предложением, когда вернусь на орбиту и буду обедать на «Мак-Артуре». Аллах знает, как много они смогут узнать о кофе. Возможно, я даже сумею научить их правильно пользоваться кофейником.

KAFFEE KLATSCH

Род и Сэлли сидели вдвоем в патрульной кабине капитана. Экраны интеркома были выключены, и контрольная таблица над столом Рода демонстрировала лаконичный рисунок зеленых огоньков. Род вытянул свои длинные ноги и потягивал напиток.

– Вы знаете, с тех пор, как мы покинули Новую Каледонию, это первый раз, когда мы остались вдвоем… И это прекрасно.

Сэлли неуверенно улыбнулась.

– Но это ненадолго… Мошкиты ждут нашего возвращения, и мне предписано… Род, сколько мы еще будем в системе Мошки?

– Спросите у адмирала. Вице-Король Меррилл ждет нас обратно по возможности скорее, но доктор Хорват хочет побольше изучить. Что я и делаю. Сэлли, у нас еще нет ничего значительного для доклада! Мы не знаем, представляют ли мошкиты угрозу для Империи или нет.

– Род Блейн, когда вы перестанете поступать как кадровый офицер Флота и станете самим собой? Нет ни малейшего следа доказательств того, что мошкиты враждебны нам. Мы не видели никаких признаков оружия, войн или чего-нибудь подобного…

– Я знаю, – мрачно сказал Род. – И это меня беспокоит. Сэлли, вы когда-нибудь слышали о человеческой цивилизации, которая не имела бы солдат?

– Нет. Но мошкиты – не люди.

– Муравьи – тоже не люди, но солдаты у них есть… Может, вы и правы, и я перенял это от Кутузова. Он требует более частых докладов. Вы знаете, что каждый обрывок информации передается прямо на «Ленин» в течение часа? Мы также посылаем туда образцы продукции мошкитов и некоторые из модификаций, сделанных Коричневыми…

Сэлли засмеялась. На мгновение Род скривился, потом присоединился к ней.

– Простите, Род. Я знаю, что вам было очень трудно сказать Царю, что у нас на борту были Домовые… но это было так забавно!

– Ну, да, забавно. В любом случае, мы посылаем все, что можем, на «Ленин». Вы думаете, что я параноик? Кутузов осматривает каждую вещь в пространстве, затем запаковывает в контейнеры, наполненные цитогеном, и складирует вне корабля! Думаю, он боится заражения, – зажужжал интерком. – Проклятье! – Род повернулся к экрану. – Капитан слушает.

– Священник Харди хочет видеть вас, капитан, – объявил часовой – звездный пехотинец. – С мистером Реннером и учеными.

Род вздохнул и беспомощно взглянул на Сэлли.

– Пришлите их сюда вместе с моим стюардом. Полагаю, все они захотят выпить.

Они захотели. Когда все расселись, кабина оказалась переполнена. Род приветствовал членов экспедиции на Мошку лично, затем взял со стола пачку бумаг.

– Первый вопрос: нужны ли вам служащие Флота? Как я понял, им нечего делать.

– Ну, в общем-то, никакого вреда от их пребывания там нет, – сказал доктор Хорват, – но они занимают место, которое могли бы занимать ученые.

– Другими словами, нет, – сказал Род. – Отлично. Оставляю на ваше усмотрение, кто из ваших людей заменит их, доктор Хорват. Следующий пункт: нужны ли вам звездные пехотинцы?

– О, небеса, конечно, нет, – запротестовала Сэлли. Она быстро взглянула на Хорвата, и тот кивнул. – Капитан, эти мошкиты далеки от враждебных намерений, они построили для нас Замок. Он просто великолепен! Почему бы вам не спуститься вниз и не посмотреть его?

Род горько рассмеялся.

– Приказ адмирала. Он гласит, что я не могу послать вниз ни одного офицера, знающего, как сделать Поле Лэнгстона, – он кивнул сам себе. – Адмирал и я согласны в одном: если вам нужна помощь, двое звездных пехотинцев не будут никуда задействованы… это должно дать мошкитам понять, что финч'клик' для пары солдат вовсе не такая уж хорошая мысль. И это подводит нас к следующему вопросу. Доктор Хорват, мистер Реннер удовлетворяет вас? Если хотите, я попрошу его выйти из комнаты, пока вы будете отвечать.

– Ерунда. Мистер Реннер очень помог нам. Скажите, капитан, касаются ли ваши ограничения моих людей? Запрещено ли мне брать на Мошку-1 физиков?

– Да.

– Но доктор Бакмен считает, что должен ехать. Мошкиты изучали Глаз Мурчисона и Угольный Мешок уже очень долго… Сколько, мистер Поттер?

Гардемарин как-то съежился перед тем, как ответить.

– Тысячи лет, сэр, – сказал он, наконец. – Только…

– Только что? – тут же спросил Род. Поттер был чересчур застенчив, и с этим следовало бороться. – Говорите громко и четко.

– Да, сэр. У них есть расхождения в их наблюдениях, капитан. Мошкиты никогда не упоминали этого факта, но доктор Бакмен говорит, что это очевидно. Я сказал, что иногда они теряли интерес к астрономии, но доктор Бакмен не смог этого понять.

– И не поймет, – рассмеялся Род. – А насколько важны эти наблюдения, мистер Поттер?

– Для астрофизиков они, возможно, очень важны, капитан. Они наблюдают этот супергигант всю свою историю, пока он идет через Угольный Мешок. Он должен стать сверхновой, а потом превратиться в черную дыру, и мошкиты говорят, что знают, когда это произойдет.

Гардемарин Уайтбрид рассмеялся, и все повернулись к нему. Уайтбрид с трудом взял себя в руки.

– Простите, сэр, но я был там, когда Гэвин говорил об этом Бакмену. Глаз должен взорваться в 2774020 году н.э., 27 апреля, между четырьмя и четырьмя тридцатью утра, говорят они. Сначала мне показалось, что доктор Бакмен задушит сам себя. Затем он решил провести проверку лично. Это заняло у него тридцать часов…

Сэлли усмехнулась.

– Он почти прикончил финч'клик', делавшую это, – добавила она. – Мошкита доктора Хорвата объяснила ему, когда распадется их собственное солнце.

– Да, и он обнаружил, что они были правы, – сказал Уайтбрид. Гардемарин откашлялся и изобразил сухой голос Бакмена. – Чертовски скоро, мистер Поттер. Я получил математические данные, доказывающие это.

– Вы развиваете свой талант актера, мистер Уайтбрид, – сказал первый лейтенант Каргилл. – К сожалению, в астронавигации вы не демонстрируете подобного улучшения. Капитан, мне кажется, доктор Бакмен может получить все, необходимое ему, здесь. Поэтому нет причин отправлять его на планету.