Молот Люцифера - Нивен Ларри - Страница 152

— Теперь что касается того, что осталось от всей планеты. Южная Африка и Австралия пострадали, вероятно, лишь в малой степени. О Латинской Америке мы ничего не знаем. Никто из нас не владеет в достаточной степени испанским, а когда нам удавалось наладить связь с кем-нибудь из жителей Латинской Америки, контакт продолжался недолго. Мы поймали несколько коммерческих радиопередач. И, насколько мы могли разобрать, через неделю после Падения Молота в Венесуэле произошла революция. Да и весь континент столкнулся с острыми политическими проблемами.

Джеллисон кивнул:

— Это неудивительно. И, разумеется, их имеющие наибольшее значение города, были расположены на побережьях. Вам, видимо неизвестно, какой высоты достигали цунами в Южном полушарии?

— Нет, сэр, но, полагаю, они были высокими, — ответил Джонни Бейкер. — Та цунами, которая обрушилась на Северную Африку, достигала более пятисот метров в высоту. Нам удалось это увидеть — как раз перед тем, как тучи окутали всю землю. Волна воды высотой в пятьсот метров прокатилась по Марокко… — он содрогнулся. — Европа погибла. Полностью. Ах да, еще ожили все вулканы в Южной и Центральной Америке. Дым пробивался сквозь тучи. Извержения начались по всему огненному кольцу. Сейчас вулканы должны находиться к востоку отсюда, где-нибудь в Неваде. И к северу, я думаю: горы Маунт Лассен, Маунт Худ и, может быть, Грейнайр. Множество вулканов должно образоваться в Северной Калифорнии, Орегоне и Вашингтоне.

Он продолжал говорить, и по мере его рассказа присутствующие все яснее понимали, в каком одиночестве они оказались. Императорская долина в Калифорнии: уничтожена — когда обломок Молота ударил в море Кортеса. Образовались — не могла не образоваться! — гигантские волны, уничтожившие все вплоть до Национального монумента Джошуа, то есть вплоть до гор, расположенных к западу от Лос-Анджелеса. Вычеркните из памяти Палм Спрингз, Палм Дезет, Индио, Твентинайн Палмз. Забудьте о долине реки Колорадо.

— А какой-то обломок наверняка ударил в Озеро Гурон, — продолжал Бейкер. — Как раз перед тем, видимость полностью исчезла, мы наблюдали типичный для таких случаев рисунок: туча спиралевидной формы и чистым участком в центре.

— Что-нибудь осталось от страны за пределами Колорадо? — спросил Эл Харди.

— Опять-таки не знаю, — ответил Бейкер. — Учитывая, какие шли ливни, думаю, что погиб весь средний запад: урожая нет, транспорта — нет, люди, массами умирающие голодной смертью…

— И убивающие друг друга, чтобы завладеть тем, что еще сохранилось, — добавил Эл Харди. Поочередно провел взглядом собравшихся, и все кивнули, соглашаясь: да, Твердыне повезло. Более, чем повезло — потому что у них был сенатор, и здесь царил порядок. Крошечный островок безопасности в мире, стоящем на краю гибели.

Почему так повезло именно нам? — подумал Гарви Рэнделл. Сообщение Джонни Бейкера не удивило его. Вернее, не очень удивило. Он размышлял на эту тему уже немало. Дело в том, что фактически не было никаких радиосообщений. Конечно, из-за беспрерывных атмосферных помех трудно ожидать, что услышишь чью-либо передачу, но должно же было бы быть хоть что-то, хоть один раз за все время. А практически ничего не было, что означало, что никто не ведет передачу, ни у кого нет для этого сколько-нибудь постоянных возможностей.

Но одно дело предполагать, а другое знать, что здесь — всего лишь один из очень и очень немногих клочков, где остается возможность выжить.

Что происходит в мире? Революции в Латинской Америке. Может быть это и является ответом, так происходит повсюду. Что не доделали Молот и Русско-Китайская война, старательно завершают те, кто выжил.

Эл Харди нарушил молчание:

— Не похоже, чтобы из-за гор выехала кавалерия Соединенных Штатов, направленная спасать нас.

Дик Вильсон горько рассмеялся:

— Армия превратилась в орду людоедов. Вот это мы, во всяком случае видели сами.

— Нам придется сражаться, — сказал Джордж Кристофер. — Этот проклятый Монтроз…

— Джордж, у вас не может быть уверенности, что во главе их стоит именно он, — сказал Эл Харди.

— Какая разница? Если командует не он, это еще хуже, значит верховодят эти траханые каннибалы. Раньше или позже, а нам придется сражаться. Так лучше драться пока люди Дика еще на нашей стороне.

— Я и явился сюда за этим, — сказал Дик Вильсон. — Если только…

— Если только — что? — спросил Кристофер. Голос его был полон внезапно прорвавшегося подозрения.

Вильсон развел руками. И Гарви не мог не заметить: хотя Вильсон был высокого роста мужчиной, на деле он был маленьким — в два раза меньше, чем полагалось бы по его одежде и росту. Слишком уж он был испуган.

— Если только вы не оставите нас одних, — сказал Вильсон. — Если вы не пустите нас к себе. Мы тогда сможем отбить нападение этой банды. У вас здесь холмы и горы, их удобно оборонять. На моей земле никаких гор и холмов нет. Все, что у меня есть — это то, что я смог создать, построить, но нет ни гор, ни естественных укреплений на границах, нет ничего. Но здесь мы сможем отбиваться от этих ублюдков, пока они не передохнут с голода. Может быть, нам кстати, удастся этому способствовать. Пошлем диверсионную группу, чтобы она сожгла их припасы.

— Мерзость, — сказал Гарви Рэнделл. — Разве и без того, чтобы сжигать посевы и запасы пищи, недостаточно людей умирает голодной смертью?! Господи! По всему миру одно и то же: то, что не довершил Молот, мы заканчиваем своими собственными руками! Здесь это тоже должно произойти, да?

— Дик, мы не сможем прокормить всех ваших людей, всю зиму, — сказал Эл Харди. — Простите меня, но я это точно знаю. Наши запасы слишком скудны. Мы не можем пойти на это.

— У нас пока еще слишком мало информации, — заговорил сенатор Джеллисон. — Может быть с этим Новым братством можно прийти к соглашению.

— Ерунда, — сказал Джордж Кристофер.

— Нет, не ерунда, — ответил ему Гарви Рэнделл. — Я знал Монтроза, и, черт побери, он не сумасшедший, он не людоед, и он не злодей — даже если он приходил к вам на ферму, пытаясь помочь рабочим организовать профсоюз…

— Сделаем так, — сказал Джеллисон. И сказал он это очень твердо. — Джордж, я предлагаю подождать возвращения Гарри. Нам необходимо узнать побольше о том, какая складывается обстановка. Я пришел к выводу, что помимо того, что нам рассказал Дик, он ничего не знает. Гарви, вы еще располагаете свободным временем, или у вас есть иные неотложные дела? — тон Джеллисона не оставлял сомнений, что присутствие Гарви Рэнделла в библиотеке не является обязательным.

— Если вы отпускаете меня, то есть кое-что, что мне надо бы доделать… — Гарви встал и пошел к выходу. И едва не рассмеялся, услышав, как вслед за ним пошел Джордж Кристофер.

— Я посмотрю карты, когда они будут готовы, — сказал Кристофер. — Меня тоже ждут кое-какие дела. Рад был встретиться с вами, генерал Бейкер, — и вслед за Гарви вышел из библиотеки. — Подождите минутку.

Гарви шел медленным шагом, гадая, что сейчас должно произойти. Сенатору явно не понравилась вспышка, которую позволил себе Гарви. Он здорово разозлился, думал Гарви. Он пытался развести нас в разные стороны, но это не удалось…

— Так что мы будем делать? — сказал Кристофер.

Гарви пожал плечами.

— Мы просто знаем пока слишком мало. Кроме того, у нас есть еще несколько дней. Может быть, если бы мы решились на совместную вылазку вместе с людьми Дика, удалось бы добыть достаточно удобрений и материала для теплиц, чтобы все люди Дика могли, переселившись к нам, пережить эту зиму…

— Я хотел поговорить не об этом, — сказал Кристофер. — Нам нужно вступить в бой с этими проклятыми людоедами, и следует это сделать не откладывая — до того, как они станут еще сильнее. Взять на вооружение каждое ружье, каждого мужчину, достаточно взрослого, чтобы поднять это ружье. Выйти и задать им жару. Я не намерен провести всю зиму в оглядку. Когда кто-то внушает тебе страх, есть лишь один путь: сбить его с ног и топтать, пока не убедишься, что он уже не сможет причинить тебе вреда. Не сможет никогда.