Лираэль - Никс Гарт - Страница 51

Глава двадцать шестая. ПИСЬМО ОТ НИКА

Сэм вышел из Хранилища, когда уже наступил вечер, с пустым кувшином из-под вина и с колокольчиками. На сердце у него было тяжело. Эллимер вышла вместе с братом. Сабриэль осталась, чтобы провести ночь в центре круга Великих Камней Хартии и этим ускорить свое выздоровление. Тачстоун остался с ней. Наверняка они будут обсуждать недостатки своего сына, думал Сэм, медленно поднимаясь по лестнице с пакетом в руках.

У двери в свою комнату Эллимер почти дружелюбно пожелала ему спокойной ночи, но Сэм не пошел спать. Вместо этого он забрался по винтовой лестнице в свою мастерскую и вызвал несколько светящихся знаков Хартии. Сэмет положил колокольчики в шкаф, но не в тот, где уже лежала книга. Он спрятал их с глаз долой, но не мог выкинуть из своих мыслей. Потом Сэм равнодушно поковырялся в пружинках механического крикетного поля. Он подумывал о том, чтобы изготовить обе команды и заставить их играть, но ни механизм, ни магия не работали так, как ему бы хотелось.

Кто-то постучал в дверь. Сэм не двинулся с места. Если бы это был слуга, он бы уже обратился к Принцу. Если бы это была Эллимер, она бы ворвалась без стука.

Стук повторился, и на этот раз послышался какой-то приглушенный оклик. Что-то будто стукнуло об пол, и затем послышались удаляющиеся шаги на лестнице. Сэм открыл дверь и увидел, что на полу в коридоре стоит серебряный поднос с чудовищно изодранным письмом. Судя по состоянию письма, оно наверняка было из Анселстьерры, от Ника.

Сэм вздохнул, надел пару хлопковых перчаток и приготовил пинцет. Чтение писем Николаса напоминало медицинскую процедуру. Сэмет поставил поднос на скамью, чтобы знаки Хартии лучше освещали его, и начал снимать с письма шелуху, отделяя сгнившие фрагменты.

Через полчаса, когда часы на Серой башне пробили двенадцать раз, письмо уже можно было прочитать.

Дорогой Сэм!

Спасибо за визу в Старое Королевство. Я не понимаю, почему ваш консул в Бэйне так долго тянул с тем, чтобы выдать ее мне. Хорошо, что ты Принц, иначе в жизни бы мне ее не видать. С моей стороны нет никаких препятствий. Папа позвонил дяде Эдварду, и тот нажал на нужные кнопки. На самом деле никто в Корвере не знал, что ты можешь достать разрешение пересечь границу. В любом случае хотя бы в этом Анселстьерра и Старое Королевство очень похожи. Все сводится к вопросу, с кем ты знаком и к кому можешь обратиться.

Я хочу выехать из Эвена завтра утром, и если поезд будет идти по расписанию, то в субботу буду уже в Бэйне и перейду Стену пятнадцатого числа. Я знаю, это раньше, чем мы планировали, но я буду не один, я нанял проводника — бывшего офицера Пункта Перехода, мы столкнулись с ним в Бэйне. Столкнулись — это буквально. Он перебегал дорогу, чтобы увернуться от толпы демонстрантов этой партии «Наша Страна», наткнулся на меня и чуть не сбил с ног. Но это оказалась счастливая встреча, потому что он хорошо знает Старое Королевство. Он, кстати, подтвердил то, что я читал о феномене под названием «ловушка молний». Он ее даже видел, и ты знаешь, ее необходимо изучить. Дело того стоит.

Так что я думаю, что по пути в твою столицу Билайзер я взгляну на эту ловушку молний. Мой проводник, кажется, не сильно удивился, что мы с тобой знакомы. Похоже, он совершенно равнодушен ко всему королевскому, как и наши школьные друзья!

Во всяком случае, ловушка молний находится неподалеку от городка под названием Эдж, который, насколько я понимаю, расположен по пути к тебе. Если бы вы поверили, наконец, в нормальные карты в вашем Королевстве, насколько было бы проще!

Я с нетерпением жду, когда, наконец, смогу увидеть тебя в твоей естественной среде обитания, почти так же, как хочу исследовать любопытные аномалии вашего Старого Королевства. Странно, но об этом так мало написано. В школьной библиотеке нашлось всего лишь несколько старых и весьма подозрительных текстов, а в Рэдфорде и того меньше. Королевство никогда не упоминается в газетах, разве что когда Королини бредит в Парламенте и желает посылать туда «нежелательных элементов и южан». И называет он Королевство «крайним Севером».

Все, что связано с Королевством, покрыто заговором молчания. Так что я уверен, у вас найдется много такого, что честолюбивый молодой ученый может открыть миру.

Меня все время мучает какой-то бронхит. Очень странно, но чем дальше на юг я уезжаю, тем хуже мне становится. А ужаснее всего мне было в Корвере, может, из-за того, что там воздух чрезвычайно загрязнен. Последний месяц я провел в Бэйне и тут чувствовал себя просто великолепно. Я надеюсь, что в твоем Старом Королевстве поправлюсь окончательно, потому что воздух у вас наверняка первобытно чист. В любом случае с нетерпением жду встречи с тобой.

Твой верный друг Николас Сэйр.

P. S. Я не верю, что Эллимер действительно под два метра ростом и весит сто тридцать килограммов. Если бы это было правдой, ты бы сказал мне об этом раньше.

Сэмет осторожно отложил письмо. Затем перечитал его еще раз, надеясь, что с первого раза не так понял. Неужели Ник вознамерился преодолевать Стену в сопровождении единственного проводника, к тому же, может быть, и весьма ненадежного? Что он, не соображает, как опасна территория у Стены? А особенно для анселстьеррца, у которого не было знаков Хартии и никакого понятия о магии. Ник не сможет даже проверить, настоящий его проводник, или испорченный носитель Хартии, или вообще создание Свободной магии, достаточно сильное для того, чтобы пересечь границу и не быть обнаруженным.

Сэм закусил губу. Вдруг, сам не осознавая зачем, он бросился к календарю. В соответствии с ним пятнадцатое число было три дня назад, так что Ник уже должен был преодолеть Стену. Бежать туда было уже поздно, даже на Бумажных Крыльях поздно лететь. Почтовые соколы тоже не помогут. Что теперь толку посылать их на границу с сообщениями стражникам. У Ника была виза для него самого и для слуги, так что пост в Бархедрине наверняка не задержал их. Наверное, сейчас Ник где-то в Бордерлендсе, идет к Эджу.

Эдж! Сэм чуть не прокусил губу при мысли об этом городе. Это слишком близко к Красному озеру, и это тот самый район, где Клорр Маски разрушила Камни. И ведь именно сейчас враг замышляет что-то против Королевства. Самое неподходящее место для Ника!

Стук в дверь прервал его мысли, и Сэм нервно вскочил:

— Да! Кто там?

— Я, — сказала Эллимер, входя. — Надеюсь, я не помешала твоим творческим занятиям?

— Нет, — вяло ответил Сэмет.

Эллимер оглядывала комнату с интересом, а Сэм ждал, когда она уйдет. Эту маленькую комнату Сэму подарили на шестнадцатилетие, и с тех пор он проводил здесь много времени. У стены стояли две рабочие скамьи, на них — инструменты и драгоценные камни. Там же Эллимер разглядела маленькие фигурки крикетных игроков, небольшие слитки золота и серебра, кусочки бронзовой проволоки, горку сапфиров и крошечный кузнечный горн, встроенный в бывший камин.

И повсюду здесь была магия Хартии. Увядающие знаки Хартии поблескивали в воздухе, лениво ползли по стенам и потолку, теснились на дымовой трубе. Совершенно ясно, что Сэмет в данный момент занимался не изготовлением обещанных теннисных ракеток.

— Что это ты делаешь? — с любопытством спросила Эллимер. Она заметила, что некоторые знаки необычайно сильны.

— Да так, разное. Тебе не интересно.

— Откуда ты знаешь? — спросила Эллимер. Начиналась обычная ссора.

— Это игрушки, — буркнул Сэм. Он схватил маленького подающего и так резко махнул им в сторону Эллимер, что с фигурки слетела кепка. — Я делаю игрушки. Я знаю, что это неподходящее для Принца занятие, и я должен выспаться перед репетицией балета Малого двора, но я не могу спать.

— Я тоже не могу, — сказала Эллимер примирительно. — Я так беспокоюсь за маму.

— Она же сказала, что поправится. Великие Камни исцелят ее.

— Да, исцелят на этот раз. Но ей необходим помощник, Сэм, и только ты можешь им стать.