Аборсен - Никс Гарт - Страница 54

Глава двадцать пятая. ДЕВЯТЫЕ ВОРОТА

Лираэль и Собака бегом перебежали через Седьмой Предел, не останавливаясь даже на то мгновение, когда Лираэль произносила заклинание на открытие Седьмых Ворот. Линия огня перед ними задрожала и, внезапно поднявшись вверх, образовала огненную арку для прохода.

Низко нагнувшись под аркой, Лираэль оглянулась назад и увидела фигуру, очертаниями напоминающую человека. Фигура быстро двигалась к ним. Это существо само было огнем и тьмою, оно держало меч, с которого капало красное пламя, такое же, как пламя Седьмых Ворот.

Затем Лираэль и Собака прошли через Восьмой Предел, и Лираэль быстро выдохнула заклинание на создание дорожки в огне, который встал на дыбы прямо из воды перед ними. Эта огненная стихия была здесь главной, на реке время от времени вспыхивали язычки пламени, которые двигались в соответствии с причудами течения или исчезали в никуда.

Лираэль почувствовала, как задергалось у нее веко, это было признаком нервного напряжения и страха, поскольку повсюду, куда ни глянь, бушевал огонь, а сзади неумолимо приближался Хедж.

Собака громко залаяла, и огромный язык огня качнулся в сторону. Лираэль этого даже не заметила, потому что все ее мысли были заняты только угрозой, надвигавшейся сзади.

— Спокойно, госпожа, — тихо сказала Собака. — Мы скоро все это минуем.

— Хедж! — выкрикнула Лираэль и тут же произнесла два магических слова, чтобы послать назад два змееподобных языка пламени, которые сплелись друг с другом в каком-то удивительном танце. Как живые, подумала Лираэль, заметив при этом, что пламя не дает дыма. — Я видела Хеджа, — повторила Лираэль, — позади нас.

— Знаю, — ответила Собака. — Когда мы пройдем Восьмые Ворота, я останусь и остановлю его, пока ты пойдешь дальше.

— Нет! — воскликнула Лираэль. — Ты должна идти со мной! Я не боюсь его… это… это просто меня немного нервирует!

— Осторожно! — выкрикнула Собака, и они едва успели отпрыгнуть в сторону от прокатившегося совсем рядом огромного шара огня, который обдал их нестерпимым жаром. Закашлявшись, Ляраэль упала на колени — и река, не упустив такого случая, постаралась утянуть ее на дно.

И это ей почти удалось. Внезапно усилившееся течение подняло уровень воды до талии Лираэль, но девушка быстро поднялась, опершись на меч, и выпрыгнула на мелководье.

Собака тут же кинулась спасать хозяйку и немного смутилась, увидев, что Лираэль не только стоит на ногах, но даже почти не вымокла.

— Я подумала, что ты уже под водой, — пробормотала она, а затем, на всякий случай, полаяла на огонь.

— Идем! — позвала Лираэль.

— Я хочу подождать в засаде… — начала было Собака, но Лираэль ухватила ее за ошейник, не дав договорить. Собака упиралась передними ногами, но Лираэль тащила ее за собой.

— Мы вместе будем сражаться с Хеджем, — приказала Лираэль дрожащим голосом. — А теперь — вперед!

— Ну, хорошо, — прорычала Собака и вскочила, подняв вокруг Лираэль тучу брызг.

— Что бы ни случилось, — добавила Лираэль уже спокойнее, — я хочу, Собака, чтобы мы были рядом.

Невоспитанная Собака озабоченно поглядела на хозяйку и ничего не ответила, Лираэль, казалось, хотела сказать что-то еще, но промолчала и снова пошла сквозь огонь.

Спустя несколько минут они вышли во тьму, которая и была Восьмыми Воротами.

Лираэль ничего не видела, не слышала, да и не ощущала, она не чувствовала даже собственного тела. Казалось, что она стала бестелесным разумом, совершенно одиноким, отрезанным от всех внешних раздражителей.

Лираэль ожидала этого и, хотя не чувствовала своего рта и губ, а уши не слышали никаких звуков, произнесла заклинание, которое должно было провести их через абсолютную тьму. К Девятому и последнему Пределу Смерти.

Девятый Предел резко отличался от всех других частей этого мира. Лираэль заморгала, когда после темноты Восьмых Ворот по глазам ударил неожиданно яркий свет. Привычное уже прикосновение воды к коленям исчезло, река теперь лишь чуть плескалась у щиколоток, была теплой. Пронизывающий холод воды остался позади.

Везде в Смерти зрение ограничивалось странной серой мглой, за которой ничего нельзя было разглядеть. Здесь же все было по-другому. Здесь возникало ощущение необъятности пространства, растянувшегося на многие мили над поверхностью искрящейся воды.

Впервые можно было осмотреться и увидеть нечто большее, чем унылую серую туманность. Наверху было ночное небо, столь густо усеянное звездами, что они кое-где образовывали звездные облака. Среди них нельзя было различить какие-то знакомые созвездия. Просто множество звезд, дающих такой же свет, какой дает земное солнце, только этот свет был чуть мягче.

Лираэль чувствовала, что звезды зовут ее, и в сердце девушки росло непреодолимое желание ответить на этот призыв. Лираэль достала из ножен меч и протянула руки вверх к алмазному небу. Она почувствовала, как взлетает, как ее ноги оторвались от поверхности воды.

Она увидела, как восстают Мертвые. Мертвые самых разных размеров и очертаний… Все поднимались к звездам. Некоторые двигались медленно, некоторые, наоборот, — очень быстро.

Частица сознания Лираэль предупреждала ее, что так она отвечает на зов Девятых Ворот. Звездная вуаль была последней границей перед Смертью, из которой нет возврата. Эта частица сознания девушки напоминала об ответственности и об Ораннисе, о Невоспитанной Собаке, о Сэме, о Нике и обо всем Живом мире. Что-то в ее мозгу сердито протестовало против поглотившего Лираэль покоя и отдыха, который предлагали звезды.

Не сейчас, кричала эта частица! Не сейчас!

На эти крики пришел беззвучный ответ. Звезды внезапно стали удаляться и вдруг оказались невероятно далеко. Лираэль заморгала, встряхнула головой и упала вниз, обдав брызгами Собаку, которая все еще не могла оторвать глаз от светящегося неба.

— Почему ты не остановила меня? — спросила Лираэль. Еще несколько секунд — и она уже не смогла бы вернуться. Навсегда ушла бы за Девятые Ворота.

— Это то, что каждый, приходящий сюда, должен понять сам, — прошептала Собака. Она все еще смотрела вверх, а не на Лираэль. — Потому что всем и всему приходит время умирать. Кто-то не понимает этого или старается оттянуть этот момент, но избежать его нельзя. Я рада, что ты вернулась, госпожа.

— Так же, как и я, — раздраженно ответила Лираэль. Она видела, как Мертвый пробирается через Восьмые Ворота. Каждый раз при виде преследователя Лираэль охватывало напряжение, ей казалось, что это — Хедж. Вокруг было много Мертвых, они просто бродили под звездами. Но Хедж все еще не прошел Восьмые Ворота.

А Собака продолжала смотреть на небо. Лираэль это напугало, у нее екнуло сердце. Сможет ли Собака не ответить на призыв Девятых Ворот?

Наконец Собака опустила голову и с тяжелым вздохом сказала:

— Не пришло еще мое время. — И Лираэль облегченно вздохнула. — Займешься ли ты, наконец, тем, ради чего мы сюда пришли?

— Да, да, — поспешно ответила Лираэль, недовольная тем, что позволила себе впустую потратить столько времени. Она тронула темное зеркало в мешочке. — Но что будет, если Хедж подберется как раз тогда, когда я буду смотреть?

— Если он до сих пор не приблизился к нам, может быть, ему это и не удастся, — рассудительно произнесла Собака, принюхиваясь к воде реки. — Немногие колдуны решаются заглянуть за Девятые Ворота. Их природа такова, что они не могут не отозваться на зов звезд.

— Ох, — облегченно вздохнула Лираэль.

— Он будет дожидаться, когда мы пойдем обратно, — продолжала Собака, погасив этими словами радость хозяйки, — но я буду защищать тебя.

Лираэль улыбнулась, и в этой улыбке смешались тревога, любовь и благодарность. Она подумала о двойной зависимости — тело ее в жизни охраняет Сэм, а дух, здесь, в Смерти, — Собака.

Сначала, прежде чем спрятать Нейму, она коснулась кончиками пальцев его рукоятки. Затем достала темное зеркало и решительно открыла его.