Наследство Уэстмера - Николс Мэри - Страница 43

– Он вернется. – Белла произнесла это с уверенностью, которой вовсе не испытывала.

Она смотрела, как уезжали кареты. Теперь она снова осталась одна с дедом, словно последнего месяца, проведенного в городе, не было.

Она пошла сообщить графу, что все разъехались. Он принял эту новость с фырканьем. Правой рукой он ухватился за Беллу и потянул к себе.

– В твоем мизинце больше ума, чем у них всех, вместе взятых.

Белла удивилась, что ему удалось отчетливо произнести целое предложение, хотя все равно надо было внимательно вслушиваться в слова.

– Спасибо, дедушка. Но вы несправедливы к Роберту.

– Ага, значит, он – твой выбор? Я-то думал, что ты обманывала меня, лишь бы провести несколько недель в городе.

– Вы знали? – поразилась она.

– Конечно. Уж больно ты старалась сделать из этого секрет. – Он замолчал. – А где он сейчас? Уехал с остальными?

– Нет. Я не знаю, где он. – Белла решила ничего не говорить про мятеж, чтобы не огорчать деда.

– Наверняка уехал искать где-нибудь утешение. Он не может наследовать Уэстмер, ты ведь знаешь. Я не разрывал майорат.

– Но почему вы говорили обратное?

– Я этого не говорил. Разумеется, титул и поместье перейдут к Эдуарду, но тебя это не должно беспокоить. Поместье – не основная часть моего состояния, которое я унаследовал от деда по материнской линии, и поэтому могу им распоряжаться, как пожелаю. Я потратил кое-какие средства на содержание дома и земель, но остальное было выгодно вложено. Дом, поместье и вложения составляют кругленькую сумму. – Граф помолчал, переводя дух, и Белла напоила его водой из стакана, стоящего на тумбочке. – Я думал, что ты выберешь в мужья Эдуарда и тогда все достанется ему, а он уж о тебе позаботится.

– Но вы сами сказали, что выбор за мной.

– Да. И слова своего обратно не возьму. Титул и поместье отойдут Эдуарду – этого я не могу изменить, но остальное достанется тому, за кого ты выйдешь замуж. Это ведь Роберт, не так ли?

– Да, – еле слышно произнесла она.

– Так где он?

– Точно не знаю. Думаю, что у Джеймса.

– Тогда не трать зря время, поезжай и отыщи его.

– А потом что?

– Господи, девочка, неужели тебе нужно объяснять, что делать?

Она улыбнулась и, нагнувшись, поцеловала его в щеку.

– Я люблю вас, дедушка. Он поднес ее руку к губам.

– Так похожа на нее, – прошептал он. – Так похожа…

– На Фанни?

– Что тебе о ней известно? – Он был поражен.

– Ничего. Вы несколько раз повторяли ее имя во время болезни. – Белла помолчала. – Она была моей бабушкой? – (Он посмотрел ей прямо в глаза и, увидев в них глубокое понимание и доверие, с улыбкой кивнул.) – Что с ней случилось?

– Я не знаю. Мы расстались. – Он отпустил ее руку. – А теперь иди, чтобы с то бой не произошло того же. Приведи сюда этого молодого человека. Я хочу его видеть.

Белла пошла переодеться в амазонку. Дымку необходимо прогулять, а теперь, когда бунты, кажется, утихли, ехать в Истмер безопасно.

Был полдень, и Джеймс на скотном дворе кормил свиней, но, увидев Беллу, быстро подошел к ней.

– Что-то случилось? С девочками? С Розой?

– Все живы и здоровы. Я ищу Роберта. Вы его видели?

– Вы с ума сошли, приехав сюда одна! Разве вы не знаете о бунте?

– Знаю, но мне сказали, что он закончился, а я должна отыскать Роберта.

– Он был здесь, но уехал. Наверное, обратно в Уэстмер. Странно, что вы его не встретили по пути.

– Я ехала вдоль реки. А мятежники сюда приходили?

– Нет, Роб убедил их оставить меня в покое, хотя это было рискованное дело. Он уехал сразу после завтрака, чтобы разузнать, безопасно ли ехать дальше, и вернулся с сообщением, что из Садери в Даунем направляется еще толпа мятежников с требованием освободить арестованных. Они вооружены, и среди них есть человек, который научил их, как отбивать атаку кавалерии. Езжайте-ка домой. Мне следовало бы поехать вместе с вами, но…

– Джеймс, в этом нет нужды. Я догоню Роберта. – Белла развернула лошадь и поехала обратно, обдумывая, что скажет Роберту, когда найдет его.

Она въехала в местечко Литтлпорт, все еще размышляя о разговоре с Робертом, представляя себе, как он снова ее поцелует. На этот раз она не вырвется из его объятий и не убежит. А когда он скажет, что любит ее, она прямо признается в своей любви. Это были приятные мысли, но вдруг ей пришло в голову, что придется рассказать ему – правду про деда и таинственную Фанни. Что он на это скажет? Наверняка поймет. А если нет? Что сказала старая дама? «Если он считает ваши причины непреодолимыми, то он вас не стоит». Белла выпрямилась в седле и вскинула голову. Если так, то он не тот, за кого она его принимала, и ей будет лучше без него…

Вдруг Белла обнаружила, что ее окружила воинственно настроенная толпа людей, и натянула поводья. Кто-то схватил Дымку за уздечку и перепугал несчастную кобылку. Дымка попятилась.

– Что вам надо? – закричала Белла, пытаясь усмирить лошадь. – Мне нечего вам дать.

– Нечего? – раздался смех. – У такой леди точно кое-что есть, и очень вкусное.

Даже с высоты лошади Белла почувствовала запах спиртного.

– Оставьте меня. – Она подняла хлыст, собираясь пустить его в ход, но мужчина со смехом выхватил его из рук Беллы. Дымка, обычно смирная, стала на дыбы, храпя от страха. Человек, державший уздечку, был вынужден отпустить ее, но лошадь перестала подчиняться Белле и заходила по кругу, лягаясь задними ногами. Белла едва держалась в седле. Кто-то восхищался ее умением и храбростью, другие смеялись и кричали: «Давай, давай, девочка!» Все кончилось тем, что Дымка скинула Беллу через голову, и она упала на дорогу.

Белла пришла в себя на скамье в трактире. Какая-то женщина вытирала ей лицо мокрым полотенцем. Рядом стояли мужчины, которые ее задержали на дороге. Она хотела сесть, но у нее закружилась голова и она снова опустилась на скамью.

– Где я?

– В «Короне», мисс, – ответила женщина. – Я – миссис Джонсон. Вы сильно ушиблись.

– Благодаря им. – Белла бросила на мужчин суровый взгляд. – Они не пропускали мою лошадь. Они что, приняли меня за фермершу?

– Не-ет, за дочку джентльмена.

– Но это не причина, чтобы пугать мою лошадь.

– Они – несчастные, голодные люди, которые не могут заработать себе на жизнь, – сказала миссис Джонсон, – а тут увидели вас на лошади, богато одетую… Да одна только лошадь стоит больше, чем они могут заработать за год.

– А сколько у вас с собой денег? – прохрипел один из мятежников.

– У меня нет денег. Я не думала, что они мне понадобятся.

– Тогда сойдет и лошадь.

– Как же я доберусь домой? – Белле было странно, что она совсем их не боится, словно она – другой человек, а не мисс Изабелла Хантли. Это, наверное, от удара головой, решила она.

– Сомневаюсь, что вы сможете ехать верхом, – сказала миссис Джонсон. – Полежите, а мы пока что пошлем кого-нибудь сообщить, чтобы вас забрали домой.

– Она не может здесь оставаться, – заявил один из мужчин. – Скоро у нас будет собрание.

– Отведите ее наверх, – предложил другой. – И уложите в постель. – Он грубо расхохотался.

– Не обращайте на них внимания, – сказала женщина, взяв Беллу за руку. – Мы с вами пойдем на кухню, и вы выпьете чашечку чая. Хорошо?

Белла покорно согласилась. Все мысли у нее были об одном – как убежать. Через переднюю дверь это невозможно, судя по голосам собравшихся мужчин. Миссис Джонсон с мужем несколько раз заходили на кухню за пивом, и, когда дверь раскрывалась, до Беллы долетали крики спорящих:

– С фермерами говорить бесполезно… Где Мостин и тот второй мужик?

– Уже поздно, – сказала Белла миссис Джонсон. – Моя семья волнуется.

– Я не могу вас выпустить, пока не закончится собрание.

Белла поняла, что она – узница. Что ее ждет? Вполне возможно, что завтра ее мертвое тело обнаружат где-нибудь в канаве.

Сборище из соседней комнаты выплеснулось на улицу с веселыми криками. На кухню вошел мужчина и сказал: