Знакомые незнакомцы. Мир в прорези маски (Объединенная версия) - Осинская Олеся - Страница 131

А со следующего дня на его милость посыпались крупные неприятности. Для начала он обнаружил, что сундук не работает. Спустя десять минут – именно столько ему понадобилось, чтобы добраться до отеля, – мужчина колотил в дверь номера. А потом сильно огорчился, узнав, что девушка, жившая там, уже покинула отель. Кроме того, спросив о Сиране Берлет, барон с удивлением узнал, что та давно переехала в другой номер, куда Люцин тот час же наведался. И обнаружил там… настоящую дочь банкира… Последняя впустила гостя, вежливо поговорила с ним пять минут, сообщив, что ни о какой «второй» Сиране знать не знает, что факт поселения в одну и ту же комнату – исключительно работа неизвестных ей мошенников. Зато сама девушка успела убедиться в плачевном состоянии дел провинции, и, следовательно, ни о какой свадьбе не может быть и речи, после чего попросила его милость покинуть помещение. Потрясенный барон отправился восвояси.

А дома его ждали гости – те самые, которым он задолжал денег. До них, видите ли, слух дошел (не без моей помощи), что Люцин сорит деньгами в особо крупных размерах, а раз так, то неплохо бы и долг отдать. Ребята дали Люцину два дня на погашение долга, пару раз двинули в челюсть и удалились.

И наконец, когда барон Алеарский решил, что хуже быть уже не может, в доме появился еще один человек. Его светлость герцог Сорби собственной персоной оказал честь барону, решив отдохнуть в этом прелестном городке и на время отпуска поселиться в скромном доме его милости, а заодно сообщивший, что по отбытии собирается забрать королевские налоги.

Целую ночь Люцин провел наедине со своими мыслями, топя проблемы в алкоголе. А утром, по официальной версии, произошел несчастный случай. Его милость чистил любимый пистолет, подарок какогото аданийского друга, но был недостаточно аккуратен, в результате чего оружие выстрелило, и барон скончался на месте. В Алеаре вывесили траурные флаги и на три дня отменили все увеселительные мероприятия. Люди со скорбными минами ходили по улицам, соблюдая приличия, и от души надирались по кабакам, празднуя избавление от Люцина.

У нас же осталось только одно неоконченное дельце. Спустя два дня доктор разрешил разбудить Летту. Предварительно они с Сорби провели достаточно много времени рядом с ней, корректируя девушке память. Многое из произошедшего она вообще не вспомнит, а к остальному станет относиться не слишком уж эмоционально.

Мы составили брачный контракт, Летта его подписала. Я тщательно скопировала подпись барона с договора куплипродажи сундука, а Сорби заверил бумагу. Ребенок после рождения станет новым бароном, а Винс до совершеннолетия будет его опекуном и управляющим провинцией. И, чувствую, первым делом он снимет обвинения со своих родителей и вернет свое имущество.

В мой последний вечер в Алеаре мы вчетвером собрались отметить удачное завершение дела. Я вдруг вспомнила, что Винса с самого начала интересовала только месть, а про деньги мы с ним ни разу и не говорили. Поэтому сделала благородный жест и презентовала ему пятьсот тысяч с напутствием вложить их в восстановление провинции.

«Могла бы и все вернуть, – с укоризной заметил Сорби, – деньги ему сейчас понадобятся немалые».

Надо же, какой альтруист нашелся. Нетушки – сама заработала, чем теперь и горжусь.

«Добренький какой – чтото я не помню, чтобы ты со мной выручкой делился, когда мы с тобой амулет воровали. Ой, прости, оговорилась – не с тобой, а с Джокером», – едко заметила я.

«Это другое».

«Ага, конечно, – снова съязвила я, – но раз уж тебя так сильно беспокоит финансовое состояние Алеары…»

– А еще… – торжественно произнесла я, снова поднимая бокал, – его светлость обещал замолвить словечко, чтобы вам не пришлось платить налоги хотя бы в ближайшем сезоне!

Винс с Сираной радостно зааплодировали. Столли принялся благодарить Сорби. А сам Джек метнул в меня яростный взгляд.

«Невозможная женщина! Ты меня разоришь!»

Я кокетливо пожала плечиком.

«Прошу заметить, я ничего не пообещала. Ты всегда можешь сказать, что пытался, но ничего не получилось».

Джек только вздохнул, видимо смирившись с потерей части налогов.

Ближе к вечеру мы разбились на пары – мужчины отошли обсудить какието государственные дела, а мы с Сираной разместились на диване и принялись сплетничать.

– Как думаешь, – открыто спросила я, – согласится твой отец на Винса вместо барона?

– Должен, – хмыкнула девушка, – род древний, достаточно богат, при власти. А главное – мне нравится! – Сирана счастливо улыбнулась, бросив украдкой взгляд в сторону своего мужчины. – Я бы прямо сейчас замуж вышла, да он такой принципиальный – сначала верну свое добро, потом свататься буду. Кроме того, еще и траур переждать придется. Хоть мы и не скорбим, но в глазах общественности… умер муж сестры.

– Ох уж мне эти правила, – засмеялась я.

На ночь мы с Джеком, довольные и слегка пьяные, перебрались наверх. Я попросила не зажигать свет. Легла на спину прямо посреди огромной комнаты, зарывшись в пушистый ковер, и принялась наблюдать за звездами. Через минуту рядом лег Джек. Повозился немного, махнул рукой, и ворсинки ковра вдруг подросли и зазеленели.

«Ух ты, травка», – умилилась я. Мысленные разговоры мне давались уже гораздо легче. Затем перекатилась на бок, опершись на локоть, и посмотрела на расположившегося рядом мужчину.

– Джек… – тихо начала я.

– Мм? – сонно, не открывая глаз, отозвался любимый.

Стараясь не шевелиться, я наслаждалась спокойными минутами, полными блаженной расслабленности. Рядом размеренно дышал мой мужчина. Я довольно скосила глаза, любуясь в неярком свете луны его сонным лицом. Какой же он красивый. Сердце переполнилось нежностью. Не удержавшись, потянулась к нему губами и легко коснулась щеки. Джек в мгновение перевернулся, подмял меня под себя и оказался сверху, глядя с лукавой улыбкой.

– Хорошая реакция, – похвалила я, не отрывая глаз от его губ. Как же я жила без него раньше?.. – Джек, а как же мы дальше будем? В Академии… ты профессор, а я просто студентка…

Мужские губы чуть изогнулись, а я, не вытерпев, поцеловала их уголок.

– Как сама захочешь, – вполголоса ответил Джек, наклоняясь. – Если сочтешь более удобным, чтобы никто ни о чем не знал, – так и сделаем, я об этом позабочусь. А захочешь – можешь в открытую приходить ко мне. И кстати, – выдохнул мужчина мне в ухо, слегка прикусывая мочку, – если тебя посетит нездоровая идея вроде «дорогой, мне и раньше было неплохо, давай все так и оставим», то в таком случае я сам приду к тебе ночевать. С подругой потом сама объясняться будешь.

Джек весело посмотрел на меня, а я, рассмеявшись, легонько щелкнула его по носу.

Часть четвертая

И жили они…

Глава 1

– У меня новости. И, боюсь, не самые приятные, – сообщил Сорби, появившись в моей гостиной спустя всего пять минут после того, как сам же меня сюда доставил прямиком из Алеары. – Два часа назад умерла Оливия Славская, герцогиня Кастер.

Мужчина умолк, давая мне осмыслить сказанное и одновременно наблюдая за моей реакцией. Оливия Славская?..

Боги, какая же я дура! Тетя Ливи… она и есть Оливия Славская!

– Тетя Ливи… – прошептала я в такт своим мыслям. – Славская… дочка Берты? Умерла? Как?

– Она долго болела…

Очень хотелось сказать какуюнибудь банальность, вроде «Не может быть!», но Джек никогда не стал бы шутить подобным образом. И всетаки мозг попрежнему отказывался принимать эту информацию. Как она могла умереть? А я даже не заметила, что тетя Ливи болеет… Попыталась вспомнить, когда видела ее последний раз. Выходило давно – почти полгода назад. Вот так, с головой окунулась в свою студенческую жизнь, а старых друзей позабыла. На душе стало горько и гадко. На ум пришло старое детское воспоминание, где мы вдвоем сидим на старом потертом ковре в моей детской комнате и складываем слова из цветных карточек с буквами. На глаза навернулись слезы.