Не время для драконов - Лукьяненко Сергей Васильевич - Страница 55

– Ха-ха-ха! – зашелся Обжора приступом смеха. – Замечательно!

Уткнувшись в протянутые навстречу ему ладони, Виктор замер. На груди Обжоры не было никакой раны. Даже грязная рубашка была цела.

– Гад…

– Нет, как повеселились, а? – Ничуть не смущенный, коротышка был в полном восторге. – Ты меня не разочаровываешь, дружок!

Крепкая лапа похлопала Виктора по плечу, хоть для этого Обжоре и пришлось чуть привстать на цыпочки.

– Только идешь ты медленно, – сообщил толстяк. – Нет, я понимаю, тебе и там несладко, а глазки закрываешь – и здесь никакого отдыха… А все же учти. Время, оно не стоит. Варево – варится. Ты это… быстрее ногами шевели. В следующий раз…

Все подернулось пеленой. Впервые Виктор ощутил миг пробуждения не рывком, не стремительным переходом из снов в явь, а неким неспешным процессом. Будто его тянет… из мира в мир, сквозь тягучую патоку…

– Виктор…

Он открыл глаза.

Солнце стояло уже высоко. Но место он выбрал удачно – сквозь листву пробивался только рассеянный свет. Костер догорел, лишь тянуло дымком от углей. Тело совсем перестало болеть.

Рядом на корточках сидела Тэль. В короткой белой юбочке и белой блузке. Аккуратно причесанная. На ноготках блестел свежий золотистый лак. И где она успевает переодеваться и приводить себя в порядок?

Виктор молча потянулся, взял ее за руку. Он понимал, что ситуация предельно двусмысленная… или наоборот, однозначная, еще похлеще догонялок вокруг костра или притворных стонов в купе. Он был сейчас абсолютно голым. И все же в прикосновении к ее руке не было ни грана эротики. Просто хотелось ощутить рядом живое присутствие.

– Сильно тебе досталось? – тихо и с явным раскаянием спросила Тэль.

– Разве не видно?

– Нет.

Виктор посмотрел на плечо. Ни малейших следов синяка.

– Мне опять снился сон. Мерзкий.

Тэль кивнула, будто понимая.

– Отвернись, я оденусь, – попросил Виктор. Тэль послушно отвернулась. Виктор встал, с легким изумлением ощущая, что в теле не осталось усталости, а все ушибы и ссадины исчезли. Как полезен, оказывается, сон на свежем воздухе!

Натянув джинсы, Виктор почувствовал себя вправе прочитать очередную нотацию. Или хотя бы предъявить обиду.

– Это тоже было нужно?

– Что? – не поворачиваясь, спросила Тэль.

– Бросить меня на растерзание толпе сумасшедших магов? Вначале там, на реке… – Виктор начал накаляться. – Ты знаешь, что там было? Как я выбирался? Зачем ты все это закрутила, Тэль? Чтобы я сдох в экологически чистых условиях? Я бы лучше жил в грязном городе! Ты считаешь, что я – игрушка? Плюшевый мишка с пружинным заводом? Хочу – поиграю, хочу – забуду посреди перекрестка? А? Что ты молчишь, девочка?

– Меня отнесло течением, Виктор. Я не справилась. Я отдала тебе все силы.

Виктор замолчал.

– Это этап. Инициация. Постижение сил. Если ты недостоин – он может стать смертельным. Но и для достойного опасность велика. Я помогла тебе, чем сумела…

Тэль рассеянно водила пальцем по песку, выписывая какие-то вензеля.

– Никогда плавать не боялась. А там чуть не утонула… Ты должен был успеть почувствовать силу Водных, принять ее в себя – и преломить. Не просто отразить обратно во врагов, это-то и я умею… ты должен был взять саму суть их магии. Основу основ. Стремительность потока, что рушится с горных высот, отчаянный лет капли дождя навстречу горячему песку, спокойную тяжесть глубин океана, силу штормовой волны… И ты сделал это, сделал это сам. Но вначале ты должен был устоять. Выдержать. Почти ничем не владея. И я дала тебе все свое… свою стойкость. Что смогла. Немного власти над Огнем…

Она замолчала.

– Извини. – Виктор присел рядом. – Тэль…

Девочка не плакала, нет. Смотрела перед собой пустыми глазами и рисовала на послушном песке причудливые руны.

– Мне тоже тяжело… – не то пожаловалась, не то призналась она. – Тебе не понять, как тяжело. У тебя-то есть по крайней мере право ничего не знать. Я верила, что ты устоишь. Там, после перехода… я же тебя проверяла. Ты ответил на все Силы, слабенько – но ответил. Значит, должен справиться. Только у меня все равно не получается не вмешиваться. Глупо так…

– Тэль… – Виктор взял ее лицо в ладони. Бережно – как стражи Пределов мертвый цветок. – Не сердись. Я глупый и растерянный житель Изнанки. Все, во что я не верил, оказалось правдой. Все, во что верил, – никому не нужной пустотой…

– Не говори так! – строго сказала Тэль. – Никогда так не говори! Ваш мир ничем не хуже нашего, а наш не лучше мира Прирожденных! Если ты… если ты начнешь так думать… тогда у тебя будет лишь один путь!

– Хорошо, хорошо. – Виктор прикрыл ладонью ее губы. – Я не буду. Не сердись. Я растерян, я устал, я напуган. Потому и несу всякий вздор. Ищу виноватого. Я не буду.

Он замолчал. Они с Тэль смотрели друг другу в глаза. Казалось, что надо сказать что-то еще… нет, не говорить… просто не отрывать взгляда… всмотреться в эту бездонную прозрачную синь…

– Ты, наверное, есть ужасно хочешь? – тихонько спросила Тэль, выскальзывая из-под руки. – Да? Я принесла еды… немного…

Наваждение прошло.

Виктор облегченно засмеялся:

– А ты предусмотрительная. Я сейчас готов съесть кого угодно!

– Я невкусная! – запротестовала Тэль, вскакивая. – Не надо! У меня полная корзина пирожков!

– Не вижу на тебе красной шапочки.

Кажется, Тэль не поняла. Наклонилась над корзинкой, стоящей у погасшего костра, – Виктор стал с интересом изучать противоположный берег реки.

– Тут с картошкой, с мясом, с капустой…

– Здорово. Я уже подумывал, рыбу половить или тину попробовать.

– Ну, говорят, один мужик два года илом питался… но мы такую гадость есть не будем… Кушать подано!

Виктор накинул рубашку и присел к корзинке. Тэль разложила пирожки на чистой белой тряпице, с гордым видом ожидая его реакции. Кроме самих пирожков нашлась еще бутылка вина, два маленьких бокала, кусок жареного мяса в плотной бумаге и несколько вареных яиц – как привет от любимого Министерства путей сообщений.

– Вино – это здорово, – согласился Виктор. – Ты умничка. А почему два бокала?

Тон строгого папаши не удался.

– Потому, что я тоже хочу выпить глоток.

– Ладно, разрешаю, – торопливо согласился Виктор, ощущая себя предусмотрительным королем из какой-то книжки. – Мне это явно необходимо. После этого вокзала…

– Какого вокзала?

– На меня набросилась еще одна свора убийц. На вокзале в городке Хорске. Сам не понимаю, как ушел…

Рука Тэль, уже потянувшаяся за бокалами, дрогнула.

– Расскажи.

– А ты не знаешь?

Виктор так привык, что Тэль находится в курсе всех событий, что даже растерялся.

– Ну… после реки…

– Что случилось там, я знаю. Я говорила с гномами.

– Потом я сел в поезд «Белый Орел»…

Виктор рассказывал, что случилось с ним за прошедшие сутки, а Тэль молча слушала, опуская глаза все ниже и ниже. Он описал безумие, охватившее вагон – и давшее ему шанс на спасение, и яростную схватку – когда маги Воды сцепились с новыми бандитами, наверное, не желая делиться добычей… им не желая делиться. И про то, как плыл под водой, внезапно обнаружив, что способен неограниченно задерживать дыхание, про то, как выбрался на берег… Только про сон он ничего говорить не стал.

– Здесь ты меня и нашла…

– Что же я наделала… что я наделала… – Виктор с удивлением и страхом понял, что девочка плачет. – Дура…

– Тэль!

Виктор обнял ее, прижал к груди:

– Ну, ну… что ты, девочка… не надо… я ведь живой! Все нормально!

Она всхлипывала, цепляясь за Виктора. Замотала головой:

– Нет… не в этом дело… У тебя теперь лишь один путь… наверное…

– О чем ты, Тэль?

– Говоришь – люди в вагоне словно взбесились?

– Да… Что это значит?

Тэль молчала.

– Не надо так, прошу тебя… – с отчаянием повторил Виктор. – Ты единственный близкий мне человек в этом мире!

– А ты уверен, что я – человек? – Тэль была уже на грани истерики.