Религия Денег или Лекарство от Рыночной Экономики - Неведимов Дмитрий - Страница 48

Нельзя не отметить и сходство представлений даосизма и китайского маоизма о необходимости истребления культуры. Едва ли то общество, которое развивается в Китае, можно считать схожим с социализмом в христианском понимании.

В анализе истории мы должны анализировать традиционные религии народов наравне с их материальными условиями.

Религия денег быстро нашла своих неистовых поклонников в голландских и иудейских ростовщиках и менялах, в венецианских купцах и в испанских рабовладельцах, в английской знати и в прочих напомаженных клопах средневековой Европы.

Но для того, чтобы охватить религией денег всё население христианского мира, требовалось кардинальная, полная перестройка сознания общества. Дорогу религии денег прокладывала её слепая сестра — религия прогресса .

Деньги — это в первую очередь числа, цифры. Чтобы перейти в религию денег, человек должен был научиться видеть весь мир через цифры .

Из всего многообразия мир должен был сузиться до одной плоской пирамиды, в которой место человека определяется соответствующей ему цифрой, значением его состояния, стоимостью его частной собственности. Всё, к чему он должен стремиться — к увеличению этой «своей» цифры.

Увеличить «свою» цифру можно двумя способами — отнятием цифр у соседа (что не всегда просто) или оцифровкой того, что пока никому не принадлежит (что гораздо легче). На каждый предмет в мире надо навесить ярлычок, ценник, и объявить его своей собственностью. Именно эти ярлычки дают язычнику возможность сравнить, выше он или ниже соседа он находится в своей поганой иерархии. Без ярлычка собственность не имеет смысла. Религия денег отчаянно нуждалась в способах оцифровки мира.

Требовалось, чтобы все люди начали мыслить по-новому. В сознании человека надо было поменять отражение всех вещей, заменить христианские отражения новыми, числовыми.

Крестьянину было не так важно, сколько именно зерна или картошки он вырастил — лишь бы хватило до следующего урожая. Торговля же без точного подсчёта, сравнения и точного определения прибыли теряет для купца смысл.

Но описания любого товара одним — денежным — значением было недостаточно. Торговля есть обмен товарами, для обмена товарами необходимо сравнение различных товаров [110] . Для сравнения товаров были необходимы универсальные средства измерения их физических свойств и характеристик.

Должна была появиться более сложная цифровая модель мира, в которой бы главному цифровому богу, золоту, этому Зевсу религии цифр и денег, подчинялась бы сложная иерархия других цифровых описателей (дескрипторов). Эту задачу и выполнило развитие естествознания.

Мы можем спросить, почему религия денег не достигла такого развития в предыдущем известном нам сильном рабовладельческом обществе — в Древнем Риме?

Для того чтобы видеть мир через цифры, каждый человек должен уметь считать . Римские цифры были слишком сложны для массового применения. Чтобы научиться простому делению (например, MLXIII на IV), требовалось закончить университет.

Антихристу пришлось утихомириться на тысячу лет и ждать своего шанса. Он наступил в XII-XIV веках, когда в Европу пришли привычные для нас арабские десятичные цифры. Четырём арифметическим действиям с арабскими цифрами можно было обучить даже английского лорда.

В 1494 году, всего через два года после «открытия» Колумба, вышло первое широко известное описание счётной книги, или так называемой двойной бухгалтерии, разделения учёта на дебит и кредит. Его выполнил итальянский монах Лука Пачоли [111] в трактате «О счетах и записях». Этот трактат был вскоре издан печатным способом, и он так захватил все «передовые умы» Европы, что не выпускает их до сих пор.

В первые сто лет эры новой работорговли так и обходились четырьмя арифметическими действиями. К концу XVI века, который уже стал настоящим 16 веком, появились даже правила работы с десятичными дробями.

Торговля развивалась, и профессия счетовода становилась не просто прибыльной, а очень прибыльной. Лучшее знание математики давало торговое преимущество. Среди математиков возникла конкуренция, и началось развитие науки. Новая наука стала оказывать сильное влияние на сознание.

Сам товар всегда интересовал торговца постольку поскольку. Если вначале товар отделился от производителя, то затем от товара отделились его чётко измеряемые характеристики — вес, размер, стоимость. Купца интересовали именно эти характеристики и возможность извлекать из них прибыль.

Отделение свойств от товара произвело огромное впечатление учёных того времени. В первой половине XVII века Галилео Галилей оцифровал физику — описал её с помощью математики.

Сказочное обогащение Ост-Индийских компаний и уничтожение христианской власти революцией 1640-1660 годов произвело на лучшие умы Европы ещё большее впечатление. Один из таких умов в перерыве между своими биржевыми спекуляциями ударился в философию и решил, что отделение веса от товара — это не только принцип торговли, но и закон мироздания. Он решил, что сам бог построил мир на основе цифр и математики.

Э-э-э… Пожалуй, такой мир не мог создать христианский бог, который что-то мямлил про души и подставление щеки обидчику. Такой мир мог создать только настоящий профессионал и математик, холодный расчётливый архитектор… Великий Архитектор Вселенной! Мир стал представляться как созданная Им огромная механическая машина, устройство которой просто надо попытаться познать, надо составить чертежи этой машины.

Превращение Бога в Великого Архитектора Вселенной.

Впоследствии от Архитектора осталось только Всевидящее Око.

Наш лучший ум звался Исааком Ньютоном. Ньютон впервые отделил понятие физической массы от тела и заложил основы всего современного естествознания, науки и техники. Физика стала законом природы, основой мироздания. Во всём люди стали видеть числа и только числа. Дух нельзя было оцифровать, он бессмысленен с точки зрения математики. Дух стал постепенно вытесняться или просто забываться.