Религия Денег или Лекарство от Рыночной Экономики - Неведимов Дмитрий - Страница 269

Наполеон прекрасно понимал эту политику:

В существующих обстоятельствах… любое государство, которое примет принципы свободной торговли, придёт в упадок… Но нация, которая сочетает в себе силу промышленного производства с сельскохозяйственным, неизмеримо более совершенна и более здорова, чем чисто сельскохозяйственная. [11]

«Материальное богатство стран» [639] не озабочено промышленным развитием окраин империи: «Адам Смит и Дж.Б.Сэй записали, что сама природа избрала людей Соединённых Штатов Америки [и большинства остального мира] исключительно для сельского хозяйства». Фридрих Лист поставил под сомнение Адама Смита, поскольку его родная Германия не могла развиться, используя философию, разработанную для поддержания господства Британии. [12]

Вильям Питт (William Pitt), премьер-министр Британии, внимательно изучал Адама Смита, и увидел возможность закрепить контроль Британии над мировой торговлей. Он сделал вывод, что если удастся убедить мир следовать Адаму Смиту, то никакая другая нация не сможет конкурировать с промышленностью Британии, даже если перестать следовать 12-ти протекционистским принципам, описанным выше. Британское министерство иностранных дел, британская разведка и британская промышленность начали платить журналистам, писателям, корреспондентам и лекторам, которые стали навязывать миру философию свободной торговли в своей интерпретации. [13]

До тех пор, пока неразвитый мир можно заставлять верить в эту философию, он будет отдавать свои материальные богатства Британии по своей собственной воле, и армия даже не понадобится:

Эти аргументы ходили во Франции недолго. Свободная торговля по-английски привела к такому разорению во французской промышленности, которая росла и процветала при системе Континентальной блокады, что запрещающий режим был быстро восстановлен. Согласно свидетельству Дюпина (Dupin), под его защитой производственная мощность французских мануфактур удвоилась между 1815 и 1827 годами. [14]

Если торговля — свободная, но не равная, то свободная торговля одной страны — это обнищание другой, что хорошо понимал Наполеон. Фридрих Лист наблюдал, какое опустошение свободная торговля по-английски принесла во Францию, и как быстро восстановилась Франция после введения защитных мер против хищной британской промышленности. Он также непосредственно наблюдал быстрое развитие недавно обретших независимость Соединённых Штатов, когда они проигнорировали британскую пропаганду свободной торговли Адама Смита в интерпретации британских меркантилистов. [15]

Свобода Америки, как и любая свобода, базируется на свободе экономики. Когда приближалась революция, отцы-основатели Америки пришли к выводу, что «потребление иностранных предметов роскоши и изделий промышленности были одной из главных причин экономических бедствий колоний» [16]:

В гавани Нью-Йорка сейчас стоит 60 судов, из которых 55 — британские. Продовольствие из Южной Каролины было отправлено на 170 кораблях, из которых 150 были британскими… Безусловно, любой американец, который заботится об интересах своей страны, обязан видеть немедленную необходимость в эффективном федеральном правительстве. Без него Северные штаты вскоре станут безлюдными и опустятся в нищету, в то время как Южные превратятся в шёлкопрядных червей, мучительно горбатящихся на Европу… В текущем состоянии разъединения, прибыли от торговли похищаются у нас, наша торговля чахнет, и нищета угрожает распространиться в стране, которая могла бы превзойти мир в богатстве. [17]

Неравный договор (Версальский мир) был навязан американским колониям в 1783 году. Он «разрешал только маленьким американским судам заходить в островные порты и запрещал любым американским судам перевозку мелассы (чёрной патоки), сахара, кофе, какао, хлопка в любой порт мира за пределами континентальных Соединённых Штатов». [18] В Америке запрещалось производство даже обычного гвоздя для подковки лошади. Вывоз промышленных товаров был запрещён в любой порт внутри британской торговой империи, и британский военный флот был готов к тому, чтобы заставить выполнять эти условия.

Америка могла ввозить только товары, произведённые в Англии, или товары, посланные в колонии через Англию. Запрещалось вывозить шерсть, пряжу или шерстяные вещи из одной колонии в другую, «или в любое другое место», колонии также не могли вывозить шляпы и изделия из железа. Они не имели права строить прокатные или резательные станки, топки и кузницы. После 1763 года запрещалось селиться западнее гор Аппалачи. По закону о валюте от 1764 года, им запрещалось использовать бумажные деньги, устанавливать колониальные монетные дворы или сельскохозяйственные банки. [19]

Американский государственный деятель Генри Клэй (Henry Clay) цитирует одного из лидеров Британии: «Другие страны понимали, как понимали это и мы, что под „свободной торговлей“ мы понимали ни больше, ни меньше, но способ, который бы, используя то большое преимущество, которое мы имели, дал бы нашим производителям полную монополию на всех рынках этих стран. И помешал этим станам, всем и каждой в отдельности, стать промышленными нациями». [20] Английский лорд Брогхэм (Brougham) считал, что «вполне стоит вначале, при первом экспорте английской мануфактуры, потерпеть убыток, чтобы, затоварив рынки, в колыбели задушить тех набирающих вес производителей в Соединённых Штатах». Британские усилия по сдерживанию Америки заставили её основать Военно-морской колледж и мощные военно-морские силы. [21]

Политические свободы дают человеку право голоса, свободы слова, выбора религии. Но политические свободы без экономических свобод оставляют человека замёрзшим, голодным и нищим. Через тридцать шесть лет после американской революции, когда Британия был занята войной с Наполеоном в Европе, Америка выиграла войну 1812 года, и только тогда она действительно получила независимость. Америка стала независимой и политически, и экономически. Кроме Канады и Австралии, ни одна другая британская колония не обрела ни политическую, ни экономическую независимость до Второй мировой войны [640] . После войны многие колонии получили номинальную политическую свободу, но только те, которые были нужны в качестве союзников для борьбы с быстро распространявшимся социализмом (Япония, Тайвань, Южная Корея, Индонезия и Малайзия), получили экономическую свободу.