Попаданец (семь книг в одном томе) (СИ) - Мельник Сергей Витальевич - Страница 145

— Что же произошло Апри? — Мила Хенгельман держала свою сестренку за руку, боясь отпустить хоть на секундочку, что бы не потерять ее вновь.

— Под Колдерсплеем. — Заскрипела Априя. — Они настигли меня на старом погосте где я пыталась подзарядиться некротикой, что бы хоть немного пополнить резервуары амулетов. Это не так уж далеко от сюда, ох…

Был бой, сильно взялись за нее, без шуточек и разгильдяйства, уж очень она достала власти своим поведением. Три звена бестиаров, маг в усилении, нашли быстро, блокировали, ну да бабулька так просто не далась. Помимо, подчиненного гнезда вампиров, на стороне Априи был еще небольшой паноптикум, собранных ею собственноручно в ходе непрекращающейся травли существ, машин смерти, слуг, рабов, рук и инструмента некромантов, что дали бой на старом кладбище. Ложась на землю уже не поднимаясь, защищая своего хозяина и забирая вместе с собой одного за другим охотника за головами.

— Убили всех. — Бабулька поджала губы, погружаясь в свои воспоминания. — Резали, рубили, жгли. Знаешь Мила, мне никогда как в ту ночь не было страшно. Я привыкла, ко многому, но когда клинок бестиара прижался к моему горлу, я рыдала и молила о пощаде готовая вылизывать их сапоги лишь бы сделать еще один глоток воздуха, лишь бы увидеть хотя бы еще один рассвет.

— Валентин? — Мила Хенгельман успокаивающе погладила свою сестру по голове.

— Да. — Та печально улыбнулась. — Кто еще кроме него, о нас бы позаботился?

Он убил своих. Тех рыцарей, которых сам и привел на поимку этого исчадия тьмы. Перевертыш, предатель, сволочь, называйте, как хотите, но старик Дако не сжег той ночью на костре свою сестричку, он сжег в пламени своего дара и своей мощи тех, кто посмел обидеть ее. Тех, кто посмел поднять на нее руку, тех, кто посмел измыслить не доброе в ее сторону.

Замолчали сестрички обнявшись, молчал и я. Молчало небо, укутанное непроглядность ночи и лишь сверчки и колеса телеги нарушали покой, так как и те и другие спешили, одни крутясь, везли нас домой, а другим вообще было не до чего в этом мире, им бы «оттрещать» свои положенные девяносто дней жизни, да отправится на покой. Вечный покой.

А ты будешь жить. Именно так он сказал тогда своей сестричке. Уедешь на север, заберешься в самую глухомань, и никогда оттуда не выйдешь, никогда больше не видеть тебе ни сестру, ни меня, иначе быть беде. Иначе погибнешь не только сама, но и с собой заберешь на тот свет, тех, кого любишь и кто, любит тебя. Вот такая история, вот такая она жизнь. Долгая и счастливая. В дали от любимых, ради любимых, вопреки всем кто сказал быть тебе покойницей.

Да уж, дает пищу для размышлений, наше житие. Вот оно, какое лицо было у старика, вот так узнаешь о нем, о них об этих людям большее, чем даже измыслить мог. И какого же мое мнение? Фух ребята, не возьмусь судить, не по моим плечам подобная задачка. Кто прав? Кто виноват? Все и всюду, в кого не плюнь носители своей правды, мерятели своей морали и своих принципов. Флюгер скажете? Возможно, я успел приобрести по жизни такое качество души как цинизм и прекрасно понимаю, что мера весов у каждого своя, как говорил наш главврач кому-то для счастья достаточно лампочку себе в зад ввернуть, а кто-то вновь и вновь выпрыгивает из самолета, забыв проверить как сложен его парашют. Каждому свое, единственное что, могу сказать, что свой крест надо нести с высоко поднятой головой, ибо иначе какая же это правда? Так, баловство одно, как лампочка в одном месте.

* * *

Нет ну это реально тяжело. Просто невыносимо. Две бабушки вокруг одного внука это как если вас привязать между двух машин за руки и за ноги и разъехаться в разные стороны. А у меня я вам скажу не бабушки, а огонь! Обе дипломированные целители и каждая со своей отравой. Ой, то есть отварой, отваром в общем. Настоечки, выжимки, сеансы терапии и правка энерго потоков, все это конечно несказанно радовало мое бренное тело, заставляя возвращаться к жизни, но вот угнетало мой разум до невозможности.

Вы только представьте, что вас заставляют спать по ночам, кушать три раза в день, обязательно с супчиком. Постоянно моют, причесывают, дают лекарства, дергают за щечку, в общем, всячески отравляют вам жизнь до полного опупения. И это кого? Меня!

Это как знаете в американских церквях антихристы седьмого дня, или кто они там, с песнями и плясками лупят ладошками по лбу немощным, с криком: «Встань и иди!», и те в конце концов встают и бегут, так как иначе забьют демоны до смерти.

В общем, выбора у меня особого не было, как просить помощи у сера Жеткича, что бы он вроде как взял шефство надо мной и хотя бы пару часов в день занимался, теоретической магией, так сказать, давая азы искусства и науки, а на деле спасая меня от такой объемной и всепожирающей любви.

— Ну что юноша? — Он помог мне, подкатив мое кресло к небольшому столику в своих апартаментах. — Чем сегодня займемся, пока ваши персональные сиделки готовят вам очередную порцию лекарств?

Друзьями мы конечно, на вряд ли с ним когда ни будь станем, но уж по крайней мере уважение друг к дружке, стоит проявлять. К тому же он не безынтересен и как и я обладает весьма похвальным хобби, а именно рыбалкой. Причем если я использую свое увлечение как некую медитативную практику, помогающую мне, как в песне звучало; строить и жить, то господин Жеткич, свою жизнь посвящает хобби, а не наоборот. Человек не просто предан подводному миру, он его изучает, понимает и весьма осведомлен в этом вопросе. Этакий ихтиолог окружающей действительности. Кстати весьма полезные знания удалось почерпнуть от него, в частности ряд сетей и форм неводов, для моей артели из крестьян Речной. Я то по простоте душевной все это авоськой считал, не заходя своими знаниями, дальше ряжи усиления и карманов, в то время как Арнольд повидал не мало и что главное поделился этим.

Вообще, несмотря на свой юный вид человек, он был начитанный, грамотный и владел многими вопросами. Его апартаменты были полны различных трудов привезенных им, множеством экспонатов различных тварей, небольшой химической лабораторией, вполне хочу вам сказать на уровне, не говоря уже о приборах, амулетах и прочей атрибутики от искусства магии.

Я, правда, не стал заострять внимание, но наш правозащитник, не смог скрыть кое-что и запретное, что имел у себя в коллекции. Впрочем, не заострил я внимание лишь потому, что и сам недавно разжился подобным экспонатом, а именно кракеном. Да-да самым что ни на есть исчадием черной некромантии, этакий студенистый спрут, состоящий из зубастой пасти, ядовитой слизи, сотни копошащихся щупалец. Хочу вам сказать очень не безобидная тварюшка. Своего я поместил в стеклянную амфору резервуар, специально отлитую под эти нужды, вода в которой уже через пару часов была темней и непроглядней, чернил. Звал я своего питомца Хомяк, так как новый жилец и мой питомец, обладал скверной привычкой, что ни будь хватать и прятать у себя в аквариуме. То еще зрелище, вытянет свои «хваталы», пошарит по комнате и к себе в норку тащит, причем ведь нет в нем как такового голода, чистое любопытство ну и может, какое то природное чувство жадности что ли. И да, что самое удивительное Хомячок, совершенно не агрессивный получился, нет там мяско он трескал будь здоров, даже со слов Милы Хенгельман, пару кошек отловил и схрумкал, не говоря уже о том что мышей в подвале с крысами излавливал от скуки. За то детей любит. Ой вы не подумайте чего дурного, я ему детей не скармливал, это просто «бабульки-тарахтульки» оплошали, чисто по инерции трепались языками совершенно позабыв про то что за Априей хвостиком приклеилась моя Пестик — Ви. Девочка справедливо расценила, что от нее что-то скрывают, потому тенью и ходила, помалкивая за Априей в которой сходу признала свою учительницу по травничеству, ну и забрела вместе со старушками в подвал покормить Хомячка.

Радости было не передать. Девчонка просто влюбилась в Хомачку, как она теперь его ласково называла и теперь каждый день бегала к нему поухаживать за другом, то водички ему долить, то покормить, то разный мусор из аквариума натащенный «хомячком» по убирать.