Бесплодные земли - Кинг Стивен - Страница 123

Последовала продолжительная тишина. Джейк зарылся лицом в шерстку Ыша, спасаясь от запаха поджаренных седых.

– Будь осторожен, стрелок, – раздался вдруг тоненький голосок, слабенький, как дуновение прохладного ветра в самый жаркий из летних дней. До этого голос Блейна грохотал изо всех динамиков. Тоненький голос звучал лишь в одном. В том, который висел у них прямо над головой. – Будь осторожен, Джейк из Нью-Йорка. Не забывайте, что это Отстойник. Здесь надо двигаться медленно и осторожно.

Джейк поглядел на стрелка, широко распахнув глаза. Тот легонько, почти незаметно тряхнул головой и поднес палец к лицу, якобы для того, чтобы почесать нос, но палец одновременно прижался к губам, и Джейк смекнул, что Роланд хочет сказать ему, чтобы он держал рот на замке.

– ХОРОШАЯ ЗАГАДКА, – произнес наконец Блейн, и в его голосе слышались нотки истинного восторга. – ОТВЕТ – НИЧЕГО, ПРАВИЛЬНО?

– Правильно, – подтвердил Роланд. – А ты умный, Блейн.

Теперь, как только Блейн заговорил снова, Роланд тоже подметил, как прежде – Эдди, алчный, неукротимый голод, таящийся за показным безразличием:

– ЗАГАДАЙ МНЕ ЕЩЕ ОДНУ.

Роланд сделал глубокий вдох.

– Не сейчас.

– НАДЕЮСЬ, ТЫ МНЕ НЕ ОТКАЖЕШЬ, РОЛАНД, СЫН СТИВЕНА. ЭТО ТОЖЕ НЕВЕЖЛИВО. КРАЙНЕ НЕВЕЖЛИВО.

– Отведи нас сначала к нашим друзьям и помоги нам выбраться из Лада, – сказал Роланд. – И тогда, может быть, мы поиграем в загадки.

– Я МОГ БЫ УБИТЬ ВАС НА МЕСТЕ, – прогремел голос, теперь – холодный, как зимний день.

– Да, – согласился Роланд. – В этом я не сомневаюсь. Но вместе с нами умрут и загадки.

– Я МОГУ ЗАБРАТЬ КНИГУ У МАЛЬЧИКА.

– Воровать еще хуже, чем отказывать в просьбе или перебивать собеседника, – ровным тоном заметил Роланд, как будто просто болтал о каких-нибудь пустяках, убивая время, однако пальцы его по-прежнему крепко сжимали Джейково плечо.

– К тому же, – вмешался Джейк, запрокинув голову и глядя прямо в динамики на потолке, – в книге ответов нет. Их кто-то вырвал. – Тут на него снизошло вдохновение, и он постучал себя пальцами по виску. – Ответы все тут.

– ВАМ, ПАРНИ, НЕ СТОИТ ВСЕ-ТАКИ ЗАБЫВАТЬ, ЧТО УМНИКОВ ТУТ НИКТО НЕ ЛЮБИТ. – За сим последовал новый взрыв, на этот раз – громче и ближе. Одну из вентиляционных решеток сорвало взрывной волной, и она пролетела по кухне, как реактивный снаряд. Через пару секунд из двери, ведущей дальше вглубь подземного лежбища седых, появились трое: двое мужчин и женщина. Стрелок направил на них револьвер, но те, не взглянув даже на Роланда с Джейком, бегом пронеслись по кухне и скрылись в бункере – как животные, убегающие от лесного пожара.

Стальная панель на потолке тихонько отъехала в сторону. За нею открылся квадрат черноты. В сумраке промелькнуло что-то серебристое. Из отверстия выпал шар – стальной шар около фута в диаметре – и завис в воздухе.

– ИДИТЕ ЗА НИМ, – велел Блейн.

– Он приведет нас к Сюзанне и Эдди? – спросил Джейк с надеждой.

Блейн ответил молчанием… но когда стальной шар поплыл по коридору, Роланд с Джейком пошли за ним.

Уже потом, когда все закончилось, Джейк, пытаясь припомнить, что же все-таки было, когда они вышли из кухни, каждый раз сталкивался с проблемой: все, что случилось до этого, он помнил прекрасно, но дальше память как будто стиралась. И это, наверное, было к лучшему. Он покинул свой мир где-то за год до того, как девятьсот человек совершили массовое самоубийство в маленьком государстве Гиана, что в Южной Америке… но он читал о периодических самоубийствах целых колоний леммингов, и то, что происходило – буквально у них на глазах – в подземном городе седых, было очень на это похоже.

То и дело гремели взрывы, и на их уровне тоже, хотя в основном – несколькими этажами ниже. Время от времени из вентиляционных решеток выползал едкий дым, но большинство воздухоочистителей работали пока исправно, так что дым все-таки не успевал накапливаться до критической концентрации, опасной для жизни. Пожаров, правда, они не видели. И все же седые вели себя так, как будто настало время апокалипсиса. Большинство просто бежало в паническом ужасе, не разбирая дороги, с искаженными лицами и невидящими глазами… но и тех, кто, уже окончательно обезумев, убивал себя в коридорах и комнатах, по которым вел Роланда с Джейком летучий шар, тоже было немало. Одни застрелились; другие перерезали себе горло или вены; кое-кто, по всей видимости, принял яд. На лицах всех до единого мертвецов застыл одинаковый – всепоглощающий – ужас. Джейк мог только гадать, что их подвигло на столь радикальный поступок. У Роланда, однако, было на этот счет одно мнение. Можно представить, что происходит с людьми – с их разумом, – когда мертвый на протяжении стольких веков город сначала вдруг оживает, а потом начинает методично себя уничтожать. Роланд быстро сообразил, что все это – работа Блейна и что Блейн делает это нарочно. Специально толкает их к самоубийству.

Они обогнули труп, болтающийся на веревке, прикрепленной к решетке кондиционера на потолке, и стали спускаться по лестнице, следуя за плывущим по воздуху стальным шаром.

– Джейк! – крикнул Роланд. – Ведь это не ты открыл дверь?

Джейк покачал головой.

– Так я и думал. Это Блейн.

Спустившись по лестнице, они побежали по узкому коридору к двери с надписью «ВХОД ВОСПРЕЩЕН», выполненной на Высоком Слоге остроконечными буквами, стилизованными под готический стиль.

– Это Блейн? – уточнил Джейк.

– Ну да… имя не хуже любого другого.

– А чей тогда второй го…

– Тс-с! – оборвал его Роланд.

Перед дверью стальной шар замер. Колесо на двери сделало несколько оборотов, и она приоткрылась сама собой. Схватившись за край, Роланд рывком распахнул ее до конца. Они очутились в огромном подземном зале, простиравшемся в трех направлениях, насколько хватало глаз, и уставленном бесконечными рядами приборных панелей и электронного оборудования. Почти все приборы и пульты оставались безжизненными и темными, однако Роланд и Джейк, которые, остановившись в дверях, в изумлении обозревали открывшуюся картину, видели, как на панелях то тут, то там вспыхивают сигнальные огоньки, и слышали гул электронной аппаратуры, набирающей рабочую мощность.

– Тик-Так говорил, что тут тысячи, если не сотни тысяч компьютеров, – сказал Джейк. – Кажется, он не ошибся. Нет, вы посмотрите!

Роланд не понял слова, которое употребил Джейк, и поэтому промолчал, наблюдая за тем, как загораются – ряд за рядом – приборные панели. Над одним из пультов взвился сноп ярких искр. Вспыхнуло, тут же погаснув, зеленоватое пламя – какое-то из древних устройств не сработало.

Однако почти все машины работали и, похоже, неплохо справлялись. Стрелки, которые не сдвигались с места на протяжении веков, вдруг ожили и переместились на зеленые поля. Завертелись гигантские алюминиевые цилиндры, передавая хранящиеся на кремниевых кристаллах данные в банки памяти, которые, пробудившись от векового сна, приготовились вновь принимать информацию. На цифровых дисплеях замерцали красные и зеленые огоньки – точечные матрицы, по которым можно было определить все, что угодно: от средне статистического давления водоносных пластов в баронетстве Западной Реки до доступных запасов электроэнергии на замороженной атомной электростанции в бассейне реки Сенд. Стеклянные шары, подвешенные рядами над аппаратурой, засияли слепящим светом. И отовсюду – и сверху, и с низу, и со всех сторон – доносился приглушенный гул генераторов и батарей, пробуждающихся после долгого сна.

Джейка вдруг зашатало. Роланд опять подхватил его на руки и поспешил вперед, следуя за стальным шаром, мимо машин и приборов, о предназначении которых он мог только догадываться. Шар переместился влево и поплыл по проходу между двумя рядами видеомониторов, уставленных друг на друга, как детские кубики.

«Папе бы это понравилось», – подумал Джейк.

Некоторые секции этой бесконечной видео-стены оставались по-прежнему темными и безжизненными, но большинство мониторов уже включилось. Они, в основном, давали изображения различных районов Лада, как подземных, так и надземных. В городе царил настоящий хаос. Толпы младов с круглыми от страха глазами бесцельно метались по улицам, что-то беззвучно крича. Люди прыгали вниз с крыш высотных зданий. Выбрасывались из окон. На мосту через Сенд наблюдалось настоящее столпотворение. Джейк смотрел в ужасе, как сотни и сотни людей кидаются в реку. Еще там были изображения каких-то огромных комнат с рядами коек, как в армейских казармах. В некоторых из этих комнат бушевали пожары, похоже, седые, обезумев от ужаса, в панике поджигали сами себя – совали горящие факелы под матрасы и мебель, Бог его знает, с какой такой «радости».