Томминокеры. Трилогия - Кинг Стивен - Страница 171

Солнечный свет был ослепительным. Воздух был жарким, наполненным горелой вонью. Дом Бобби пылал, как куча сухих дров в печи. Половина крыши, как он заметил, обвалилась. Искры, почти бесцветные в ярком закате дня, столбом поднимались в небо. Дик, Ньют и остальные не видели большого количества дыма, потому что огонь был жарким и бесцветным. Тот дым, который они наблюдали, поднимался от горящих автомобилей во дворе.

Гард немного постоял на своей здоровой ноге в проеме двери сарая и затем поскакал к вертушке. На полпути он вдруг упал и растянулся во весь рост в пыли. В момент падения он подумал о Звуковом Космическом Бластере у него за поясом. Детская игрушка. Если бы курок был нажат, Гарденер мог быть существенно уменьшен. Томминокеровский План Потери Веса. Он вытащил пистолет из-за пояса, держа его так, как будто это была живая мина. Остаток пути до вертушки он прополз на четвереньках, затем поднялся.

В сорока футах от него другая половина крыши дома Бобби обрушилась. Поток искр закружился по направлению к саду и лесу за ним. Гард повернулся к сараю и подумал еще раз, со всей силой, как только мог; Спасибо, друг.

Ему показалось, что был ответ — усталый, слабый ответ.

Гарденер направил игрушку на сарай и нажал на курок. Зеленый луч, не толще карандашного грифеля, вылетел из его дула. Послышался звук, похожий на шипение яичницы на сковороде. Зеленое сияние брызнуло от стены сарая, как вода из брандспойта, и стены объял огонь. Еще одна горячая работка, устало подумал Гарденер.

Он начал скакать к задней части дома с Звуковым Космическим Бластером в руке. Пот и кровавые слезы текли по его лицу. Я бы очень понравился Уинстону Черчиллю, подумал он, и начал смеяться. Он заметил «Томкэт»… и его челюсти раскрылись в еще одном удивленном оскале. Ему пришло в голову, что Бобби спасла его жизнь, возможно, даже не подозревая об этом. Это было даже не возможно, а очень вероятно. «Валиум», вероятно, защитил его от невообразимо мощной силы преобразователя. Хорошо бы сейчас «валиума», который…

Внутри пылающего дома что-то — одно из устройств Бобби — взорвалось с грохотом артиллерийского снаряда. Гард инстинктивно пригнул голову. Казалось, половина дома взлетела на воздух. Дальняя половина, к счастью для Гарденера. Он взглянул вверх и раскрыл рот во второй глупой ухмылке. Это был «Ундервуд» Бобби.

Он летела все выше и выше, как печатная машинка в небе, крутясь и вращаясь.

Гард поскакал дальше. Он добрался до «Томкэта». Ключ был в замке. Это было хорошо. Он имел уже достаточно неприятностей с ключами за последнее время в своей жизни, которой оставалось, может быть, совсем немного.

Он втащил себя на сиденье. Сзади него подъезжали машины и въезжали во двор. Он даже не оглянулся, чтобы посмотреть. «Томкэт» стоял слишком близко к дому. Если он не отъедет прямо сейчас, он рискует превратиться в печеное яблоко.

Он повернул ключ. Мотор «Томкэта» не звучал, но это его не беспокоило. Началась легкая вибрация. Что-то еще взорвалось в доме. Искры заструились и обожгли его кожу. Во двор въезжало все больше машин. Мысли приехавших Томминокеров были прикованы к сараю, и они гласили он печеное яблоко печеное в сарае мертв в сарае, да, верно Хорошо. Пусть так и думают. Новый и Улучшенный «Томкэт» не даст им нити для разгадки. Он был бесшумен, как ниндзя. И ему уже надо двигаться: сад был в огне, гигантские подсолнухи и огромные стебли кукурузы с громадными несъедобными початками пылали. Но тропинка в середине сада была еще вполне проходима.

Эй! Эй! ЭЙ, ОН ЗА ДОМОМ! ОН ЕЩЕ ЖИВ! ОН ЕЩЕ…

Гардеиер испуганно взглянул направо и увидел Нэнси Восс, несущуюся с грохотом по каменистому полю, лежащему между участком Бобби и каменной стеной на границе собственности Хорда. Восс была на велосипеде «Ямаха». Ее волосы были заплетены в косы, летящие сзади. На ее лице сверкал взгляд старой ведьмы… хотя она все еще была похожа на Ребекку с «Фермы Саннибрук». Еще одна Сисси, подумал Гарденер.

ЭЙ! СЮДА! СЮДА!

Ах, ты, сука, подумал Гарденер и поднял Звуковой Космический Бластер.

23

Двадцать или тридцать из них въехали во двор. Эдли и Кьюл были среди них, а также Фрэнк Спрюс, Голдены, Розалия Скихан и Поп Кудер. Ньют и Дик были сзади на дороге, руководя и командуя.

Все они повернулись на СЮДА! СЮДА! ЖИВ! СУКИН СЫН ВСЕ ЕЩЕ крики Нэнси Восс. Они все видели, как она мчалась по полю на велосипеде, как жокей на норовистой лошади, как мощная подвесная система «Ямахи» подбрасывала ее вверх и вниз. Они все видели, как узкий тонкий зеленый луч ударил из-за горящего дома и охватил ее.

Никто из них не видел, как вертушка снова начала вращаться.

24

Одна стена сарая была полностью в огне. Часть крыши обвалилась. Искры закручивались в толстую спираль. Одна упала на кучу грязного тряпья и она зацвела огненными цветами.

Избавление, думал Ив Хиллман, Последнее Последнее… Преобразователь стал пульсировать яркой зеленью в последний раз, на некоторое время соперничая с огнем.

25

Дик Эллисон услышал скрип вертушки. Его мозг был полон яростных и гневных криков, с момента, как он понял, что Гарденер был еще жив. Все произошло быстро, очень быстро. Нэнси Восс была пылающей тряпичной куклой на поле справа от дома Бобби. Ее «Ямаха» промчалась еще ярдов двадцать, налетела на камень и перевернулась.

Дик увидел горящие останки грузовичка Бобби, грузовика Мосса, «олда» Бузманов — и затем он увидел вертушку.

НАЗАД ОТ ЭТОЙ ШТУКИ! НАЗАД! НА…

Но это уже не имело значения. Дик выключился из сети, и он не мог преодолеть две мысли, бившиеся, как примитивный рок-н-ролльный ритм.

Еще живой. За домом. Еще живой. За домом.

Прибывало все больше людей. Они двигались по двору увлеченным потоком, игнорируя горящий дом, пылающий и светящийся сарай, обгоревшие, почерневшие автомобили.

НЕТ! ТУПИЦЫ ГРЕБАНЫЕ! НЕТ! ЛОЖИСЬ! НАЗАД!

Ньют загипнотизированно уставился на дом, пылающий ядовитым пламенем, не замечая вертушки, вращающейся все быстрее и быстрее, и сейчас Дик мог бы цинично избавиться от него. Но он был еще нужен ему, потому он, довольный собой, резко повалил Ньюта на землю и упал на него сверху.

Моментом позже зеленый зонтик развернул свой изящный покров во дворе еще раз.

26

Гард слышал крики — множество криков — и заткнул их как только мог. Они не имели значения. Ничто теперь не имело значения, кроме последней остановки на линии, куда необходимо было добраться.

Не было смысла заставить лететь «Томкэт». Он включил первую передачу и въехал в чудовищный бесполезный пылающий сад Бобби.

Теперь наступил момент, когда он начал сомневаться, способен ли он совершить задуманное; огонь распространялся по сорнякам и переросшим початкам быстрее, чем он предполагал. Жар был ужасающим, испепеляющим. Вскоре его легкие начнут закипать.

Он слышал монотонные глухие звуки, как будто толстые сосновые поленья взрывались в печи, он осмотрелся и увидел, как тыквы лопались, как толстые сосновые поленья в печи. Руль «Томкэта» обжигал его руки.

Жар на голове. Гарденер поднял руку. Его волосы были в огне.

27

Все пространство внутри сарая было уже залито огнем. В центре его преобразователь вспыхивал и угасал, вспыхивал и угасал, как пульсирующий кошачий глаз посередине преисподней.

Питер лежал на боку, его лапы наконец остановились. Ив Хиллман смотрел на преобразователь, мучительно концентрируясь. Жидкость вокруг него становилась очень, очень горячей. Это было хорошо; не больно, по крайней мере, в физическом смысле. Изоляция основного кабеля, соединяющая его с преобразователем, начала плавиться и растапливаться. Но связь еще сохранялась. Сейчас, в полыхающем сарае, она сохранялась, и Ив Хиллман думал:

Последнее. Дай ему шанс уйти. Последнее.