Избранное - Несин Азиз - Страница 44

Вот уже несколько ночей я без сна. Непосильная работа расшатала мои нервы: спать хочу, а заснуть никак не могу. Обратился к невропатологу.

– Сколько часов в день ты работаешь? – спросил он.

– Часов шестнадцать-двадцать. Врач не поверил мне.

– У тебя переутомление. Что заставляет тебя столько работать?

Мне захотелось плюнуть ему в лицо. Что за вопрос? Наверное, не от хорошей жизни! Он прописал мне успокоительные капли, снотворные пилюли. Не помогло. Вот уже лежу в постели, вот наконец и сон начинает одолевать, и вдруг вспоминаю, что за квартиру не плачено уже три месяца. Попробуй-ка заснуть после этого.

В голову лезут всякие цифры. Если каждый месяц откладывать десять лир, то сколько это составит в год? Квартирная плата доконала меня. Не посчастливилось мне иметь на этом свете свою собственную крышу над головой.

Спал ли я за последнюю неделю хотя бы пять часов? Я изнемог от бессонницы. И вот лежу, беру газету в надежде, что она поможет мне уснуть. На первой же странице читаю сообщение: «В районе площади Таксим продается земельный участок за четыре миллиона лир».

Четыре миллиона… Участок в тысяча шестьсот двадцать четыре квадратных метра. Я начал делить четыре миллиона на тысяча шестьсот двадцать четыре.

По натуре я человек легкомысленный, но всякого рода арифметические выкладки – моя слабость. Значит, один квадратный метр стоит около двух тысяч пятисот лир.

«Что, если бы я вздумал купить этот участок. А?.. Четыре миллиона лир. Сколько я зарабатываю в месяц? Пятьсот».

Вошла жена:

– Ты все еще не спишь?..

– Отстань, видишь, я считаю! – резко ответил я ей.

«…Пятьсот в месяц. Сколько я смогу скопить, если поднатужиться? Да ничего! Ну, а все-таки? Допустим, каждый месяц я буду откладывать сто лир, в год получится тысяча двести. За десять лет – двенадцать тысяч, за сто лет – сто двадцать тысяч. Таким образом, за тысячу лет (если я проживу столько!), откладывая по сто лир в месяц, я сколочу миллион двести тысяч лир…»

Мне захотелось во что бы то ни стало приобрести этот участок. Запели петухи.

Когда я начну считать, меня не остановишь… Еще в школе я любил вычислять: за сколько миллионов лет я мог бы добраться до луны, до солнца, до Марса, если бы бежал без остановки.

По моим расчетам выходило, что дойти пешком до солнца легче, чем купить участок земли.

Настало утро, а я все считал.

«Не видать мне этого участка, если даже я проживу три тысячи лет. Ну-ка, сосчитаем, что получится, если я буду откладывать все пятьсот лир, которые зарабатываю? Тогда нужно работать, чтобы выкупить этот участок, шестьсот шестьдесят шесть лет. Ничего себе!»

И снова я проглатываю одну за другой две пилюли и ложусь в постель. Мысль о покупке участка не дает мне заснуть. Встаю и опять принимаюсь за подсчеты.

«Если в сутки вместо шестнадцати я буду работать все двадцать четыре часа и мой заработок увеличится до тысячи лир и целиком, все до последнего куруша, я стану откладывать, то придется поставить в известность моего хозяина, что для покупки участка мне нужно прожить еще триста тридцать три года».

Моя дочка, взглянув на меня, воскликнула:

– Папочка!.. Что с тобой?

– Убирайся вон! – закричал я на нее.

Я не засну, если не куплю участка.

«А что, если начать считать наоборот? Каков должен быть мой заработок, сколько тысяч лир мне нужно откладывать, чтобы все-таки этот участок стал моим? Если я буду откладывать две тысячи лир в месяц, то он будет моим через сто шестьдесят семь лет. Пропади все пропадом! Я никогда не смогу купить его».

«Как же так, – раздумывал я, – ведь эту землю купили тоже люди, которые, может быть, даже и не откладывали, не копили. Нет, вероятно, копили, отказывая себе во всем. Уф-ф-ф! Они добились своего, отсчитали четыре миллиона и купили».

Нужно принять еще успокоительного и пилюлю. Желудок мой – словно аптечный склад.

– Что с тобой, успокойся, дорогой, приляг…

– Отстаньте вы все от меня!

«Но как же все-таки человек, отсчитавший четыре миллиона, заработал их? Надо это высчитать… Но, может, он отдал четыре миллиона, а у него еще столько же осталось? Значит, восемь миллионов… Чем занимается этот человек? Самый высокопоставленный чиновник, согласно штатному расписанию, получает в месяц максимум тысячу пятьсот лир. Чтобы собрать четыре миллиона, он должен, не притрагиваясь к жалованью, откладывать его двести семьдесят шесть месяцев подряд.

Черт бы побрал, у меня сейчас лопнет голова!.. Покупателем может быть врач. У врачей большие доходы. Предположим, он получает с каждого пациента тридцать лир…»

– Уже утро, поспи хоть немного…

– Не сбивайте меня, говорю я вам!..

«Если он за день примет десять человек – это триста лир. В месяц девять тысяч… Если он из них отложит шесть тысяч… Чтобы врач смог купить этот участок, ему нужно практиковать шестьдесят семь лет. Нет, нет, хозяином этого участка не может быть и врач. Тогда им может стать купец, имеющий десять тысяч дохода каждый месяц».

Я убедился, что владельцем участка не может быть так же, как и я, ни чиновник, пи врач, ни купец. Потом я подсчитал доходы инженера, подрядчика. Нет, и им не под силу!

– Вот уже пятую ночь ты не спишь… Приляг, может, заснешь.

Я кладу голову на подушку, глаза мои открыты. Попробуй-ка, друг, уснуть!.. Вдруг меня осенило. Конечно, это содержатель дома терпимости, весь капитал которого составляет пять пухленьких девиц. «Если каждая девица будет приносить в день сто бумажек, пять раз по сто – пятьсот… тридцать раз по пятьсот, в месяц – пятнадцать тысяч… Арендная плата, расходы, издержки, допустим, на руки чистыми он получит десять тысяч. В год – сто двадцать тысяч… В тридцать лет… Проклятие, и содержатель дома терпимости не сможет купить. А что, если заняться контрабандой? Это блестящая идея!»

Я вскакиваю с постели.

Опять расчеты, записи… Нет, и контрабанда не занятие.

В голове у меня молнией пронеслась мысль. Я порылся в карманах, нашел двенадцать с половиной лир.

– Вывертывайте карманы! – приказал я своим домочадцам.