Смерть и солнце (СИ) - Рэйда Линн - Страница 94

- Да, - кивнула Лейда, чуть помедлив. Слово упаломежду ними, словно камень.

- Хорошо, - сдался "дан-Энрикс". Он вовсе небыл уверен, что Лейда Гефэйр поняла, что он имел в виду. Но он пообещал ейнаучить ее владеть мечом - и он не мог нарушить свое слово.

- Подбери удобную одежду, - посоветовал он ей. -Холщовые штаны, рубашку… лучше всего уже разношенные, чтобы не мешалидвигаться. Мечи я принесу с собой.

- А ты не мог бы показать мне что-нибудь прямо сейчас?

Крикс качнул головой.

- Не стоит. Этот меч слишком тяжелый. Если будешьразминаться с ним, потом несколько дней не сможешь поднимать ничего тяжелееложки. Я наступал на эти грабли столько раз, что самому не верится… Хужевсего вышло с мечом мессера Ирема, примерно года три назад. Он чуть не оторвалмне голову, когда узнал. А руки у меня тогда оторвались без его помощи.

Лейда фыркнула - совсем как Лисси.

- Представляю. Значит, сразу пойдем в город?..

Крикс оценивающе взглянул на посветлевший горизонт.

- Да, я думаю, уже пора. Ворота, того и гляди,откроют.

Бывают дни, которые не задаются с самого утра.По-видимому, этот был одним из них. Начался он с того, что Крикс проспал сигналк подъему, и при этом все равно не выспался. Что и немудрено, посколькунакануне ему снова пришлось засидеться над тарнийским переводом до глубокойночи. Не то чтобы "дан-Энрикс" так уж рвался изучить тарнийский, нодостаточно было представить, как наставник Вардос снова найдет способ выставитьего болваном перед всеми остальными - как сон пропадал помимо воли.

Во-вторых, когда оруженосец коадъютора спустился в кухню,оказалось, что завтрак для коадъютора давно готов. Слуга, вручивший юношеподнос, хмуро сказал:

- Если сэр Ирем будет недоволен тем, что все остыло -не забудь сказать ему, что мы тут ни при чем. Мы ждали тебя еще полчаса назад.

- Я так и передам, - пообещал "дан-Энрикс"и, забрав поднос, пошел наверх. И без того не радужное настроение южанинаиспортилось еще сильнее. Не то чтобы Крикса так уж волновал остывший завтраксэра Ирема, но все-таки следовало признать, что с обязанностями стюарда онсправляется из рук вон плохо. Пока лорд не отослал Линара, дела шли гораздолучше.

Но все эти мысли вылетели у него из головы, когда"дан-Энрикс" вошел к сэру Ирему. Его сюзерен был в своей спальне неодин. Правда, сам Ирем уже встал и даже успел полностью одеться. Зато насидевшей в соседнем кресле Айе не было надето ничего, кроме поношенной рубашкикоадъютора, которая на ней казалась чем-то средним между очень длинной сорочкойи очень коротким платьем. Ноги девушки лежали на коленях рыцаря. При виде этойсцены энониец чуть не выронил поднос, а рыцарь убрал руку с бедра Королевы ипоприветствовал оруженосца так, как будто ничего особенного не произошло. Этоподчеркнутое хладнокровие взбесило Рикса даже больше, чем все остальное.

"Он, по-моему, совсем рехнулся, - с раздражениемподумал Рикс. - Ладно еще "Морской Петух", но Адельстан?! Жаль, сюдане вошел кто-то из кандидатов. Пусть бы посмотрели на нашего коадъютора, передкоторым они будут приносить обет безбрачия и воздержания".

Айя смотрела на него, слегка прищурившись, как будтовозмущение "дан-Энрикса" казалось Королеве чем-то исключительнозабавным.

- Я принес ваш завтрак, мессер Ирем, - сухо сказалРикс.

Он почти не удивился, когда Айя придвинула себе второйприбор, предназначавшийся для самого "дан-Энрикса". "Позавтракаюв городе" - мысленно успокоил себя Рикс, жалея, что не может надаватьнаглой островитянке оплеух. Хотя по справедливости, начинать в данном случаеследовало отнюдь не с Королевы.

К счастью, коадъютор не подозревал, о чем в эту минутудумает его оруженосец.

- Мы устраиваем рейд против контрабандистов Алойгавани, - сказал сэр Ирем таким тоном, что не оставалось никаких сомнений: кРиксу это "мы" отнюдь не относилось. - А тебя я попрошу отправиться вКнигохранилище. Мне нужны сведения о всех таможенных сборах, установленных приНаине Воителе. Найди нужные документы, сделай выписки и предоставь их мне.

Крикс готов был подумать, что коадъютор шутит, но, увы- судя по выражению лица мессера Ирема, тот был вполне серьезен. Можно былотолько гадать, почему именно Риксу предлагалось рыться в пыльных свитках, покаостальные будут очищать столицу от пиратов и контрабандистов, но факт оставалсяфактом - Ирем выбрал для этой малоприятной роли именно его. Крикс постаралсясохранить невозмутимость, но, если судить по сочувственно-насмешливой улыбкеАйи, получилось не вполне. В то утро энониец затруднился бы ответить, кто изэтой пары раздражает его больше - Королева Алой гавани или его так называемыйсеньор.

В Книгохранилище "дан-Энрикс" шел мрачнеетучи - и весь город словно бы подстраивался под его настроение. Облака то идело закрывали бледное ноябрьское солнце, и, хотя завтрашний день былгодовщиной коронации Валларикса, вид у столицы был отнюдь не праздничным. Никтоне украшал дома и не вывешивал штандартов, словно этот день ничем не отличалсяот всех остальных. Когда пару недель назад дворцовый казначей осведомился управителя, какую сумму выделить на проведение торжеств, Валларикс заявил, чтоон не видит никакой возможности тратиться не фейерверки и вино для горожан,когда казне вот-вот придется начинать раздачу хлеба голодающим. Лан-Даренпопытался возразить, что отмена всеми ожидаемых торжеств вызовет в городеуныние и плохо скажется на репутации дан-Энриксов, но Валларикс только усталоотмахнулся, и вопрос о годовщине коронации был снят.

Входя в столичную библиотеку, Крикс подумал, что впоследние недели император почти не вступал в какие-либо споры со своимсоветом. Теперь он гораздо чаще сообщал свое решение и сразу предлагалсобравшимся перейти к следующей проблеме. Иногда оруженосец коадъютора не моготделаться от ощущения, что Валларикс нечеловечески устал. И то, с какойтревогой смотрел на правителя сэр Ирем, косвенно подтверждало правоту"дан-Энрикса".

Крикс был бы рад чем-то помочь Валлариксу, будь у негоподобная возможность. Но, очевидно, пока что оруженосец коадъютора годилсятолько для того, чтобы отправить его делать выписки из никому не интересныхстарых книг.

Пока вошедший в главный зал Книгохранилища южанинискал взглядом архивариуса, чтобы попросить у него нужные бумаги, взгляд"дан-Энрикса" невольно задержался на высоком юноше, сидевшем у окна.

Брови у Рикса поползли на лоб. Он бы решил, чтообознался, если бы десятки раз не наблюдал, как этот человек в точности так женаклонялся над пергаментом в Лаконе, и свет из окон так же падал на егокудрявые светлые волосы.

- Кэлрин!.. - произнес южанин вслух. А потом крикнул вголос. - Кэлрин Отт!!

Сидевшие за другими столами люди удивленнооборачивались в его сторону, но в Риксу было не до них. Лаконский бард тожеузнал "дан-Энрикса" и встал из-за стола ему навстречу. Он обнял"дан-Энрикса" одной рукой, так как второй у него не было - толькорукав, зашитый возле самого плеча. Южанин с опозданием заметил, что Отт сильноисхудал, и волосы, которые когда-то были золотистыми, сейчас приобрелитускло-соломенный оттенок.

- Твоя рука… - пробормотал "дан-Энрикс".Он не знал, куда девать глаза. В Лаконе Кэлринн часто говорил, что он хочетстать рыцарем и трубадуром, как его великий прадед, Алейн Отт. А теперь онникогда не сможет ни сражаться, ни играть на лютне.

- Каждый раз одно и то же! - принужденно рассмеялсяКэлринн. - Ни один из тех, кого я встретил за последние два месяца, не сказалмне, что я стал шире в плечах и выше ростом, хотя это истинная правда. Набороду, которую я отрастил на Островах, тоже никто не обращал внимания, так чтов конце концов я сбрил ее ко всем чертям… Но зато каждый почему-то считаетсвоим долгом обратить внимание на то, что я остался без одной руки.

- Как это получилось? - спросил Крикс, который слишкомхорошо помнил про Сайрема и "Черный полдень", чтобы принять бравадуКэлринна всерьез.