Встретимся в полночь - Нейвин Жаклин - Страница 7

– Тем больше оснований удалиться именно теперь, пока ты не наделала глупостей. – Язвительность, с которой это было сказано, была совершенно несвойственна Джулии, и она тут же пожалела о своих словах.

– Ты злишься. Почему? – Лора бросила на сестру лукавый взгляд. – А где Саймон?

Джулия не смотрела в глаза сестре, зная, что не сумеет скрыть правду.

– Мы поссорились, – коротко призналась она.

– Ах, какой ужас! Но все равно, Джулия, я просто должна рассказать тебе, что произошло. Кого ты ищешь?

Джулия вздрогнула, возмущенная своим недостойным поведением. Она только теперь осознала, что, разговаривая с Лорой, все время искала среди гостей лицо с чувственным ртом и орлиным профилем. И она еще упрекала в бестактности Лору!

– Никого я не ищу – только герцога или герцогиню, чтобы проститься. – Она заставила себя беспечно улыбнуться. – Ты готова?

Они пошли искать свою мать и обнаружили ее в дамской комнате. Она жаловалась на головную боль. Джулия знала, что это всего лишь уловка, чтобы уйти от натиска неумолимых светских матрон. Дездемона Броуди и ее дети были приняты в обществе благодаря покровительству герцогини Крейвенсмур. Но эта пожилая добросердечная дама не захотела приехать на сегодняшний бал, и Дездемона осталась один на один с чинным снобизмом лондонского общества, что было довольно неприятным.

Поднявшись со стула, Дездемона поправила свои серо-стальные волосы и охотно согласилась уехать пораньше. Дамы ожидали, когда принесут их накидки, а лакей побежал вдоль вереницы экипажей, выстроившихся вдоль тротуара, чтобы велеть подать их карету.

Садясь в карету, Джулия почувствовала, как кто-то прикоснулся к ее руке. Первой ее мыслью было, что это Саймон. Потом в голове у нее мелькнула безумная, головокружительная мысль, и она круто повернулась, почти уверенная, что это Фонвийе.

Старый нищий улыбнулся ей редкозубой улыбкой. Его серое лицо было морщинистым, как сушеное яблоко, а длинные нечесаные волосы висели седыми прядями до самых плеч.

– Подайте полпенса, ваше величество, – прохрипел он. – Вы же знаете, мне нужно встретиться с королем, и я должен купить моим прекрасным леди цветы.

Лора, стоявшая рядом с Джулией, в ужасе отпрянула.

– Он сумасшедший!

– Он пьяный, – с отвращением проговорила их мать, которая провела Лору, готовую впасть в истерику, мимо попрошайки и благополучно усадила ее в карету. Потом протянула руку Джулии. – Садись быстрее.

Джулия не могла сдвинуться с места. Этот человек был таким истощенным. Одежда висела на нем так, словно под ней не было ничего, кроме дребезжащих костей.

– Джулия!

– Вы ничего не можете ему дать? – спросила она, отворачиваясь.

Мать крепко сжала ее руку и чуть ли не втащила в карету.

– На него не стоит тратить ни свою жалость, ни фартинги.

– Кто-нибудь должен позвать констебля, чтобы прогнать его, – с содроганием сказала Лора, устраиваясь в роскошно обитой карете Крейвенсмуров.

Сев напротив матери и сестры, Джулия выглянула в окно. Старик все еще стоял на том же месте, с жапким видом озираясь в поисках какого-нибудь благодетеля.

В этот момент на ступенях особняка появились четверо мужчин. Одним из них был виконт де Фонвийе.

Лора тихонько вскрикнула:

– Мама, вот он! Маркиз Стратфорд. Видите? Вон там! Среди них!

Она наклонилась вперед, чтобы лучше видеть маркиза, но Джулия не сводила глаз с другой, более широкоплечей и высокой фигуры. Фонвийе сбежал по ступенькам вниз и помахал своему кучеру, сидевшему на козлах кареты в длинной веренице карет.

Старик заковылял к Фонвийе. Он что-то сказал виконту, вероятно, сообщил о том, что ему предстоит аудиенция у короля и что ему необходимо украсить цветами своих женщин. Фонвийе отозвался на его слова, откинув голову назад и рассмеявшись громким глубоким смехом. Порывшись в кармане, он вытащил монету и швырнул ее старику, после чего он и его друзья направились к экипажу.

Джулия резко выдохнула воздух, когда их карета тронулась с места. Она не сознавала, что все это время сидела затаив дыхание.

Она в последний раз бросила взгляд на старика, когда тот раскрыл ладонь и посмотрел на милостыню. Потом снова сжал руку в кулак и поднял ее.

– Спасибочки, славный господин! – восторженно прокричал он, подпрыгивая.

«Должно быть, сумма изрядная», – подумала Джулия.

– Ты должен мне пару новых сапог, – проворчал Стратфорд. – Эта девчонка оттоптала мне все ноги.

– Будет сделано, – великодушно отозвался Рафаэль. Карета ухнула в яму, отчего всех четверых сильно подкинуло. Мартинвейл выругался, а Фонвийе продолжал улыбаться.

– Ты что-то в очень хорошем настроении, – заметил Стратфорд. – Это меня пугает.

– Не буду отрицать. Мартинвейл пробормотал:

– Ах, по-видимому, преследование невинных действует на тебя бодряще?

– Я не желаю, чтобы мне портили настроение, так что прекратите ваши замечания. Вы напоминаете мне мою бабушку.

Этверз рассмеялся:

– Ты же знаешь, она терпеть не может, когда ты ее так называешь.

– Да, я знаю.

– А как насчет девицы? Что она сказала, как себя вела?

– Девица… интересна. И на удивление привлекательна. Я полагаю, она прекрасно подходит для этого небольшого приключения.

Мартинвейл прикрыл глаза рукой и покачал головой. Стратфорд откинул голову на бархатную спинку сиденья.

– А я завяз в ее глупенькой сестрице. Мне повезет, если я выберусь из этой причуды благополучно.

– Посмотрим, купит ли тебе Фонвийе новую пару сапог! – загоготал Этверз.

– Просто не верится, что вы занимаетесь такими вещами, – сказал Мартинвейл. – Это слишком даже для тебя, Фонвийе.

– Возможно, ты утратил вкус к забавам. – В насмешливых словах Рафаэля слышалось что-то едкое. – Но мне кажется, что мы еще даже не начали измерять глубину нашей моральной развращенности.

– Похоже, ты доволен проведенным вечером, – заметил Мартинвейл.

Да, так оно и было. Эта девочка удивила его. Очаровательная, с восхитительно подвижным лицом и глазами, которые оказались цвета топаза – он никогда таких не видел. Прямая, разумная, ничего глупого или жеманного, как это обычно бывает с барышнями, считающими себя влюбленными. Жаль причинять ей боль, но об этом он не желает раздумывать. Ему нужно выиграть пари.

Мартинвейл мямлил что-то насчет развращенности. Этверз заинтересованно наклонился вперед:

– Что ты будешь делать дальше?

– Я устрою с ней встречу – вроде бы случайную, конечно. И обнаружится, что у нас много общего.

– А это так? – протяжно спросил Стратфорд.

– Понятия не имею. – Рафаэль вздохнул, как если бы объяснять свои поступки внезапно показалось ему скучным. – Вряд ли она разделяет мои интересы. Немногие женщины ее типа получают наслаждение от веселого партнера в постели, хорошего виски и высокой ставки в двадцать одно. Вот здесь-то твоя задача и становится важной, Стратфорд.

– Моя? Какое я имею к этому отношение?

– А как ты думаешь, почему я настоял, чтобы ты танцевал с ее сестрой? Эта девица станет ценным источником информации.

– Не хочешь же ты сказать, что я должен за ней ухаживать? Она простушка!

– Завтра ты нанесешь визит Лоре. Во время вашего разговора упомяни Джулию. Я уверен, ее не потребуется слишком подталкивать, чтобы заставить разговориться.

– Я не могу нанести ей визит. Мои родители собираются обручить меня с Люси Гленкоу.

Рафаэль долго изучал ноготь на своем большом пальце.

– Ты боишься, что я выиграю, если ты мне поможешь? На мгновение все затаили дыхание. Стратфорд колебался.

– У меня на завтра другие планы.

– Планы? – Это прозвучало скорее как вызов, чем как вопрос.

– Я собираюсь отоспаться после ночи, проведенной между пухлыми бедрами восхитительной шлюхи в заведении мадам Дельвины.

– Не будь смешным. – В голосе Рафаэля слышалась скука. – Ты не поедешь в заведение Дельвины.

– А куда мы едем? – спросил Этверз, совсем как взволнованный ребенок.