Наследница из Гайд-Парка - Нейвин Жаклин - Страница 33

– Это не тот случай. Я говорила ему о тебе, – сказала Триста. Было видно, как изумили Романа эти слова. Триста тут же поправилась: – Но я изменила имя. Я не хочу, чтобы Эндрю знал твое имя, пока он не станет старше.

– Ты намерена рассказать ему обо мне?

– Я благодарна матери за то, что она поведала мне об отце, даже если это была не самая приятная правда. Кое-что я, конечно, утаю – наверное, Эндрю будет на меня за это сердиться, но я как-нибудь это переживу. Но не могу же я сейчас рассказать ему все и потребовать, чтобы он врал всем остальным. Он бы меня просто не понял, да и не хочу я учить ребенка вранью. – Она пожала плечами, играя с пальцами своей перчатки. – Надеюсь, когда он станет взрослым, то поймет. А до этого я постараюсь честно отвечать на вопросы о тебе, которые он задаст. Я описала ему Уайтторн – дом, местность, все, что с этим связано. Конечно, я не упоминала этого названия. Но он знает об этом доме все.

– Ты рассказала ему об Уайтторне? – Роман медленно покачал головой, осмысливая то, что услышал.

– Он спрашивал о твоей семье. Я сообщила ему о Грейс. Он захотел с ней встретиться, но я объяснила, что она леди и очень занята и в будущем может нанести визит, когда найдет время. – Взгляд Тристы упал на сына, и она улыбнулась. – Он воспринял это легко и больше этим не интересовался. Видно, решил, что вопрос исчерпан.

– И...

– Я рассказала ему о тебе, Роман, то, что знала. Он легко усвоил все это. Его капитан Фэрхевен – это ты.

– Он хорошо соображает?

– У него интересный ум. Я раньше говорила, что он любознателен. Конечно, у меня нет возможности сравнить его с другими детьми, но мне кажется, что у него горячее желание знать, как устроен мир. Он задает самые неожиданные вопросы, и мне приходится брать книги в платной библиотеке, чтобы узнать ответ.

Ей показалось, что у Романа от гордости раздулась грудь. К ним подбежал Эндрю:

– Я видел жабу.

– О, не дотрагивайся до нее! – воскликнула Триста, в тревоге вскакивая на ноги. – Где она?

– Покажи мне, – произнес Роман, глядя на берег. Триста тревожно посмотрела на траву, выискивая покрытое бородавками создание.

– Там! – радостно воскликнул Эндрю, и Триста вздрогнула, издав короткое восклицание, когда увидела коричневую жабу, выпрыгнувшую из травы. Эндрю быстро побежал за ней.

– Остановись! – позвала она, опасаясь, что мальчик оказался слишком близко к воде.

Закрыв глаза, Триста пробормотала короткую молитву. Она с трудом пережила увлечение Эндрю насекомыми, Бог ей поможет, если Эндрю не заинтересуется еще и жабами.

Роман поспешил следом. Через несколько секунд он уже что-то объяснял Эндрю. Что именно, она расслышать не могла. Жаба сделала еще один прыжок, и Роман направился за сыном к пруду. До Тристы донеслось:

– Пойдем, Эндрю. Ты можешь за ней наблюдать.

Эндрю обернулся, чтобы посмотреть, идет ли она за ними. Триста знала, что он этого хочет, но она не могла приблизиться к жабе. Одна мысль о ней заставила ее вздрогнуть от омерзения.

Но Эндрю быстро наскучила жаба, и он побежал к матери. Усевшись на скамейку, он повертелся на месте и вынул кораблик из кармана. Наклонившись над скамейкой, он принялся двигать корабликом, губами изображая шум волн.

Триста вздохнула. Потом посмотрела на Романа. Он стоял на берегу Серпантина и в одиночестве бросал камни в воду.

Грейс внимательно смотрела на маленькую копию брата. Эндрю так же пристально разглядывал ее.

– Я твоя тетя Грейс, – произнесла она. На нее странно подействовал вид этого серьезного личика. Ей казалось удивительным, но она сразу почувствовала привязанность к копии брата. Хотя он и выглядел как Эйлсгарт, он все же не был членом семьи, да еще и являлся сыном Тристы Нэш.

Роман стоял за спиной Эндрю с мрачным выражением лица. Она видела боль в морщинах вокруг его глаз и глубоких складках, что обрамляли, подобно скобкам, его рот.

Это был его сын. Однако было видно, что мальчик относится к отцу недружелюбно. В сердце Грейс снова загорелся огонек злобы к Тристе. Это из-за нее сын Романа не знал о собственном отце.

– Рада с тобой познакомиться, – сказала она мальчику.

– Вы красивая, – ответил Эндрю.

Столь откровенный комплимент был очень лестным, возможно, что мальчик был искренен.

– Спасибо, – смущенно ответила Грейс. – Очень любезно с твоей стороны сказать это.

Он на миг улыбнулся и тут же смешался. Знакомство получилось на редкость официальным и неловким. Грейс не знала, о чем говорить с детьми, но что-то в этом мальчике, может, явное сходство с братом, заставило ее попытаться завести разговор.

Грейс добавила:

– У меня прекрасно начался день, молодой сэр.

Эндрю просветлел, на его лице снова появилась улыбка. Он так походил на Романа, когда тот был мальчиком, что Грейс почудилось, что она перенеслась на много лет назад. Она с трудом подавила в себе желание опуститься на колено и привлечь к себе ребенка.

Но, напомнила она себе, это ребенок Тристы. Собираясь встретиться с мальчиком, она постоянно говорила себе это – и все же, когда глядела на него, то видела в нем только племянника, часть своей семьи.

Роман сделал шаг вперед и положил руку на плечо сына. Но тот отстранился, и рука повисла в воздухе.

– Я хотел познакомить тебя с Эндрю. Мы направляемся в парк на небольшую прогулку. Потом я хочу вернуть его матери.

Грейс неожиданно возразила. Она не хотела, чтобы ее племянника уводили от нее так скоро.

– Давайте попьем чаю, – объявила она. – И не спорьте. Иди сюда, Эндрю. Ты любишь пирог с патокой?

Эндрю очень любил – но то, как недружелюбно он обернулся на Романа, ясно сказало, что ее компанию он любит больше.

Когда Эндрю устроился со своим угощением, Грейс посмотрела на брата. В его глазах было написано страдание. Грейс поняла, что должна что-то предпринять.

– Эндрю, мы можем поиграть. Если ты не возражаешь, мы попросим твою маму, чтобы ты остался немного дольше, чем планировалось. Это, конечно, тебе решать, но я не очень люблю шахматы. Я бы охотнее поиграла в шашки. Или во что-нибудь еще, что ты предпочитаешь. Ты любишь настольные игры, верно?

– Да, люблю. Спасибо. – Он улыбнулся ей, но это была небрежная улыбка. Тем не менее она придала ему какое-то обаяние. У Грейс что-то дрогнуло в груди. Она почувствовала в мальчике что-то родное. Так быстро?

И этот мальчик, ребенок ее брата и ненавистной ей женщины, тоже смотрел на нее полными доверия глазами. Они на удивление скоро привязались друг к другу. В это было невозможно поверить.

Но это событие произошло и стало началом решительной перемены в жизни Грейс.

Глава 10

Триста подумала, что если бы Роман лучше приготовился к визиту и узнал вкусы Эндрю, все прошло бы гораздо удачнее. Эти мысли она доверила бумаге и отправила письмо Роману.

Прошло немного времени, и она получила ответ с просьбой к ней и Эндрю оказать ему честь, посетив сад Воксхолл в субботу. Это приглашение удивило и обрадовало Тристу. Когда она сообщала новость сыну, то ее голос срывался от ликования.

– Мы едем в Воксхолл, Эндрю! – воскликнула она. Триста давно мечтала туда попасть.

Увидев ее радость, Эндрю тоже загорелся.

– Ура! – Он начал прыгать по комнате, хлопая в ладоши, но вскоре внезапно остановился. Его лоб прорезала озадаченная складка. – А что такое Во-хо?

Триста весело рассмеялась и медленно произнесла название.

– Это сад для отдыха, туда люди ходят развлечься. Там подают чудесное мороженое и очень тонко нарезанную ветчину, просто чудесную, и замечательных цыплят Ты можешь там пообедать на свежем воздухе. В Воксхолле очень красиво, там бывают разные выставки и развлекательные представления – акробаты, фокусники, а также волшебный фонарь, который показывает картинки на экран.

Глаза Эндрю стали большими.

– Дядя Дэвид пойдет? – спросил он. – Я хочу, чтобы он посмотрел на акробатов и волшебный фонарь.