Загадки истории. Факты. Открытия. Люди - Ермановская Анна Эдуардовна - Страница 152

Лао-цзы

По легенде, чань-буддизм возник в Китае после того, как туда переселился из Индии в начале VI в. знаменитый двадцать восьмой буддийский патриарх Бодхидхарма. Император У-Ди, который покровительствовал буддизму, принял Бодхидхарму при дворе, но вскоре разочаровался в нем. Индийский мудрец заявил, что все деяния, которые У-Ди совершил ради укрепления в Китае буддийской веры — постройка храмов и монастырей, щедрые пожертвования, перевод с санскрита буддийских текстов — прах и суета. Патриарх покинул императора вместе с группой последователей. Они-то и стали изначальным ядром секты чань.

Слово «чань» — это искаженное индийское «дхьяна». В индуизме и буддизме «дхьяна» — это сосредоточенное созерцание, или медитация. Чань-буддисты связывают дхьяну с практикой сатори — неожиданного просветления. Когда наступает просветление, сознание преображается, и в нем обнаруживается мудрость Будды.

Чань очень отличается от традиционного буддизма махаяны. Он не призывает стремиться к нирване, ибо истина и Будда всегда с человеком, они вокруг него, надо только уметь их найти. Истина и Будда — в великолепии природы, в радости труда, во всем, что окружает человека. Здесь, безусловно, сказывается влияние даосизма, не отрицавшего, в отличие от буддизма, земных радостей — наслаждения формой, звуком, запахом, вкусом, осязанием. Однако, в отличие от даосизма, чань-буддизм не признавал сексуальных наслаждений.

Чань призывал освободиться не только от обязанностей и привязанностей, но также от власти канонов и авторитетов. «Встретишь Будду — убей Будду» — это знаменитая фраза мастера чань-буд-дизма И-сюаня (IX в.).

К познанию стороннику чань полагалось идти не рациональным, а интуитивным путем. Существовали особые практики, призванные стимулировать достижение состояния просветления. Во-первых, резкие окрики, толчки или даже удары, которые неожиданно обрушивались на погруженного в транс человека. Во-вторых, чтение гунъ-ань (нам это слово больше знакомо в японской транскрипции — «коан»), содержащих парадоксы, нерешаемые логическим путем, например, «Удар двумя руками — хлопок, а что такое хлопок одной ладонью?» Практиковался диалог между учителем и учеником, состоящий из коротких фраз, в которых смысл был неважен, а значение имел внутренний смысл общения: учитель развивал умение ученика настраиваться на контакт с мастером. Чань требовал передачи учения от сердца к сердцу.

Итак, в Китае до сегодняшнего дня множество людей становятся монахами, даосскими или буддийскими. Это говорит о том уровне почитания, которым окружены эти священнослужители. Чем же заслужили эти монахи такой почет и уважение среди жителей Поднебесной? Нам кажется, что не только своей религиозностью и высокой моралью. С древности им также приписывали владение некой тайной силой, делавшей их практически всесильными, а иногда — как поговаривали — и бессмертными.

Астрология и гадание

Древние китайцы, в особенности даосы, прекрасно разбирались в астрологии. Поначалу астрологи предсказывали будущее государства. Они были должностными лицами при дворе. А вот индивидуальные предсказания астрологи начали делать с начала нашей эры. Они определяли, как может сложиться судьба того или иного человека, к каким заболеваниям он склонен.

Астрология не была оторвана от других областей знаний. Например, давая имя новорожденному, астролог мог изучить не только расположение звезд, но и линии на руках ребенка. Тогда шансы на то, что имя будет защищать его от несчастий, повышались. В свою

очередь астрологией интересовались мастера фэн-шуй [54], особенно представители так называемой компасной школы. Сначала мастер изучал гороскоп заказчика и лишь потом, вооружившись знанием не только астрологии, но и нумерологии, с помощью специального компаса фэн-шуй ориентировал будущую постройку относительно сторон света, определял ее размеры, расположение комнат каждого из членов семьи, а также решал, когда именно лучше начать строительство.

Конечно же, даосские монахи владели множеством различных техник гадания — ведь, как и каждый народ, китайцы жаждали знать свое будущее. Но вот парадокс: в представлении китайцев будущее могло быть интересно даже мертвецам. Так историки почерпнули немало сведений из гадательных текстов, помещавшихся в особые бронзовые сосуды. В этих сосудах содержались и рассказы о том, сбылись ли эти предсказания, и каким именно образом. Анализ некоторых текстов свидетельствует о том, что эти послания предназначались отнюдь не потомкам, а предкам. Китайцы общались с предками, используя особый письменный язык со своими строгими правилами.

Китайский луобань,

необходимый атрибут китайского учения фэн-шуй

Этот ритуал считался настолько важным, что тексты составлялись во всех провинциях, затем отправлялись в столицу Поднебесной, где хранились в центральном архиве. Из множества разрозненных текстов составлялся единый текст. Гадатель не имел права допустить неточность — предки должны были знать чистую правду. Даже жизнь самого гадателя была ничтожна в сравнении с соблюдением установленных правил изложения событий. Вот как Фань Вэнь Лань повествует о событиях, произошедших в 548 г. до н. э.: «Сановник из княжества Ци, Цуй Чжу, убил циского правителя. Главный историограф сделал запись: “Цуй Чжу убил своего князя”. Цуй Чжу разгневался и убил историографа за такую запись. Тогда два его брата повторили эту запись в хронике, и тоже были убиты Цуй Чжу. Когда же и последний, оставшийся в живых брат историографа написал эту же фразу, Цуй Чжу уже не решился его убить».

Дхармачакра. VIII в.

Какие же гадательные практики традиционно использовались в Китае? Конечно, не обошлось без хиромантии. Древние китайские врачеватели верили в то, что часть всегда содержит целое, они считали важным для диагностики любую часть тела — информацию хранили уши, лицо, глаза, нос и, конечно же, руки, ладони и ногти. По виду какой-либо одной части тела медики могли определить состояние другой и даже всего организма в целом. Изучая человеческие ладони, китайские маги научились видеть в их линиях скрытые знаки.

Упоминание о диагностике по рукам встречается уже у легендарного императора Хуанди, который считается первопредком всех китайцев. Ему приписывается авторство самого древнего медицинского сочинения — «Трактата Желтого Императора о внутреннем». В одном из разделов трактата содержится описание физиологии и анатомии человека, техники иглоукалывания, а также упоминаются различные знаки, замеченные на руках человека.

В одном источнике середины III тысячелетия до н. э. встречается фраза, выглядящая на современный взгляд довольно забавно: оказывается, не что иное, как линии на ладони императора «сформировали характер, достойный похвалы». Даосская хиромантия была целой наукой, учитывающей как размер и форму руки, длину и искривление пальцев, так и линии и знаки на ладони. Даосы выделяли три главные линии: линию Небес (линия сердца), линию Человека (линия головы) и линию Земли (линия жизни). Если все эти линии были хорошо сформированными, четкими и неломаными, то человека непременно ожидали счастье и богатство. Даосские хироманты искали на левой руке признаки удачи и почестей, а на правой — признаки богатства.

Но самыми известными хиромантами и физиогномистами в Китае считались индусы. Так знаменитый Да Мо, он же Бодхидхарма — основатель чань-буддизма, прославился умением читать судьбу людей по рукам. Известны были и два других индийских монаха, Ати Гупта и Пунья Даса, жившие приблизительно в 500–600 годах.

О буддийских монахах-тантристах в Китае говорили, что они умеют по рукам определять прошлое человека, настоящее и будущее, проводить диагностику предрасположенностей к различным заболеваниям, описывать характер человека и его индивидуальные черты. Монахи не спешили делиться секретами — свои труды они писали тайными знаками, непонятными непосвященным. Кстати, и сегодня в Китае можно найти монахов, владеющих этими эзотерическими знаниями. Поэтому неудивительно, что интерес к хиромантии в этой стране не угас и в наши дни. Она до сих пор остается важным элементом диагностики. Неравнодушен к китайской хиромантии и Запад — множество работ европейских хиромантов XIX–XX веков основано на тысячелетнем опыте китайских ученых и монахов.