Загадки истории. Факты. Открытия. Люди - Ермановская Анна Эдуардовна - Страница 116

Только в недавнем времени удалось проникнуть в тайну этого величайшего памятника. И в основе этой тайны лежат честолюбивые замыслы и смелые до безумства мечты.

Первый ключ к тайнам Тадж-Махала лежит в надписях, выбитых на белом мраморе. Но что же они означают и как связаны с секретом Шах-Джа-хана? Эти надписи сделаны на арабском языке и представляют собой цитаты из Корана. Они играют большую роль в арабском религиозном искусстве, так как, по канонам ислама, нельзя изображать человека. Поэтому вместо привычных для нас икон и статуй их место занимают каллиграфические надписи. Надписи на монументах сообщают о том, кто его построил, зачем и каков их символический смысл.

Большинство надписей Тадж-Махала рассказывают о рае, который описывается как череда прекраснейших садов, окруженных водой. В языке Великих Моголов понятия «сад» и «рай» обозначаются одним словом. Как правило, все объекты садово-паркового искусства возле дворцов, мавзолеев и прочих значимых сооружений могольской знати несли в себе символику этих райских садов. Поэтому между мемориальными садами и представлением, как выглядит рай, есть тесная взаимосвязь.

Но чтобы понять символику Тадж-Махала, нужно понять принципы, по которым закладывались мемориальные сады. Классическим образцом императорского мавзолея, окруженного садами, похожими на сады Тадж-Махала, является усыпальница императора Хумаюна в нынешней столице Индии Дели, она была построена приблизительно за 60 лет до Тадж-Махала. Схема расположения самой усыпальницы и садов очень важна для понимания скрытого смысла Тадж-Махала. По обыкновению в этих садах есть сеть каналов и прудов, а сама усыпальница расположена в центре комплекса. Так сделаны усыпальница Хумаюна и другие. Но в комплексе Тадж-Махал имеются некоторые отличия.

Попасть в Тадж-Махал можно через большие богато украшенные ворота, а в них легко не заметить важный ключ к разгадке Тадж-Махала. На воротах имеется надпись на арабском, так же как и на самом мавзолее. Это цитата из Корана, а именно сура 29, одна из самых важных для верующих. Особый интерес в ней представляют последние слова — Аллах обещает праведникам, что они попадут в рай. Эти слова читает человек, перед тем как войти в сады Тадж-Махала: «Войди в Мой рай!» Это единственное место в Коране, где Аллах напрямую обращается к праведникам и употребляет местоимение «Мой» (в Мой рай). Это прямое приказание Аллаха обещает рай. И именно эти слова сопровождают посетителей, когда они входят в сад. Эта надпись придает совершенно новый смысл всему комплексу.

Вопреки традиции прочих мавзолеев, сама усыпальница Мумт аз-Махал находится не в центре сада, а торжественно высится в его окончании. Новая планировка полностью соответствует представлениям мусульман о райских садах, но добавляет некоторые акценты.

Шах-Джахан хотел воссоздать райский сад на земле. Легенда рассказывает, что неутешный вдовец-халиф был вознесен во время сна в райскую обитель Магомета, где сам Аллах повелел снять для него план райского сада. По этому плану и был выстроен Тадж-Махал, т. е. планировка садов мавзолея точно повторяет планировку небесных райских садов.

В центре находится водоем — Пруд Изобилия, от него берут начало 4 реки — райские реки: из воды, молока, вина и меда (Коран, 47:15). От входа — Райских Врат — и до конечной ступени — Трона Аллаха, выше и важнее которой нет ничего, весь рай — это довольно четко определенная система, где все имеет свое место.

Но здание самого мавзолея, какое место в этом «раю» оно занимает, какой смысл скрывает сам мавзолей? Какой замысел воплощал Шах-Джахан при его постройке?

Ответить на этот вопрос можно только поняв, каким человеком был Шах-Джахан.

Скорбящий влюбленный — только одна из граней его личности. Он был очень честолюбив и амбициозен (достаточно только вспомнить, как он пришел к трону, ликвидировав конкурентов, единокровных, между прочим), вел войны и делал это успешно. И, в отличие от отца и деда, Шах-Джахан был очень религиозен, что в истории Великих Моголов встречалось нечасто. Он строго соблюдал запреты Корана, в частности, не пил вина, чего не скажешь о его отце, а тем более прадеде.

Итак, этот честолюбивый и правоверный царь после смерти жены обрел мечту, он был увлечен идеей, которая захватила его целиком, — построить мавзолей — или нечто большее..?

Шах-Джахан лично занимался всеми делами стройки, он полностью курировал работы. Он сам разработал весь проект: от планировки садов до надписей на саркофаге.

В своем дворце в Дели он чувствовал себя центром и царем мира. В полном соответствии со своим именем. Этот гордый и тщеславный человек был абсолютно уверен в собственном величии. Надо сказать, что его вера в собственную исключительность имела под собой еще и мистический фундамент, она была связано с датой его рождения — 1000-летие ислама. Шах-Джахан — человек миллениума! Естественно, и судьба у него должна быть особенная.

Шах-Джахан был просто помешан на символах власти, в особенности на тронах. В сокровищнице хранилось два золотых трона, три серебряных, не считая тех, которые находились во дворцах, в тронных залах — из резного мрамора, инкрустированных золотом и драгоценными камнями. Но императору казалось, что все это как-то несолидно. И одним из первых приказов при вступлении на трон было повеление о создании украшенного драгоценными камнями трона, равного которому не было в мире. У него, всесильного Шах-Джаха-на, было все, что может пожелать смертный человек: власть, многочисленные жены и наложницы, покорные подданные, тучные стада верблюдов и белых боевых слонов, вышколенная армия, и груды сокровищ. Но Великий Могол должен иметь то, чего нет ни у одного властителя на Земле. Этот уникальный предмет интерьера вошел в историю как Павлиний трон. Как говорится в древней летописи, «ему пришла в голову мысль, что огромное количество редких драгоценностей, имевшихся в сокровищнице, лучше всего использовать на сооружение трона, на котором император восседал бы во все возрастающем сиянии».

Усыпанный драгоценными камнями Павлиний трон — это и рукотворное чудо, и еще одна загадка, связанная с именем императора Шах-Джахана. Павлиний трон также является одним из ключей к тайне райской символики Тадж-Махала. Шах-Джахан хорошо знал исламское предание о том, что павлин является истинным стражем райских ворот, а также персидский миф, повествующий о том, что два павлина, стоящие лицом к лицу по обе стороны Дерева жизни, символизируют собой двойственность человеческой натуры.

Для того, чтобы создать Павлиний трон, понадобилось 7 лет (с 1629-го по 1636 г.), а расходы на это творение превзошли самые смелые подсчеты. Полагают, что они в два раза превысили затраты на строительство Тадж-Махала. Этот трон буквально ослеплял своей красотой и сиянием драгоценных камней, которыми был усыпан.

Шах-Джахан повелел собрать со всей Индии самых умелых ювелиров, резчиков по камню, художников. Перед искуснейшими мастерами Пенджаба, Калькутты и самого Дели шах высыпал груды алмазов, рубинов, сапфиров, жемчуга и повелел им соорудить трон, равного которому нет и не было во всей Вселенной. Спинка трона должна быть не отличима от павлиньего хвоста. Золота, серебра, драгоценных камней он велел не жалеть и использовать в тех количествах, которые потребуются для работы.

Для начала из шахского сада отобрали самого красивого павлина, хвост которого должен был служить образцом для спинки трона. У несчастной птицы аккуратно, чтобы не повредить, выдрали хвостовые перья. Дабы избежать изменения или потускнения окраски, перья каждую ночь на несколько часов выкладывали в огромный медный чан с ледяной проточной водой из родника Нехр-и-Бишт (Райский поток), который протекал в шахском саду. Подержав в воде, с наступлением рассвета их осторожно вынимали и раскладывали на белоснежном шелке в тени молодых пальм. Работа была поистине уникальной: мастера подбирали по тонам, полутонам и оттенкам цейлонские и кашмирские сапфиры, бенгальские и египетские изумруды, оттеняя их отборным жемчугом и алмазами. Иногда у художников возникали споры: какими самоцветами украшать подлокотники, спинку и ножки трона. После жарких дебатов художники и ювелиры пришли к решению: ценность Павлиньего трона должна заключаться не в стоимости камней, а в их художественном подборе. С этим после глубокого раздумья согласился и Шах-Джахан. Безусловно, Павлиний трон, стал шедевром ювелирного искусства.