История Древнего мира - Нефедов Сергей Александрович - Страница 55

Гунны не имели седел, стремян и сабель; огромная орда поднялась и, уходя от врагов, двинулась в Европу. "Они сокрушали все, что попадется на пути", – писал римский историк. В 375 году гунны обрушились на готов и, покорив часть из них, отбросили остальных к берегу Дуная; сотни тысяч объятых ужасом беглецов бросались в реку, пытаясь как-нибудь переправиться на другой берег. Правивший в Константинополе император Валент разрешил готам поселиться в долине Дуная с тем, чтобы они охраняли границы империи, – однако императорские чиновники не смогли обустроить беженцев. Готы голодали, продавали в рабство своих детей – и, в конце концов, поднялись на восстание. В 378 году готское ополчение встретилось под Адрианополем с римской мобильной армией, которую возглавлял сам император. Готы сражались с мужеством обреченных – и одержали победу; Валент погиб в сражении; Балканы стали добычей варваров, которые разорили страну так, что в ней "не осталось ничего, кроме неба и земли".

Преемнику Валента Феодосию удалось оттеснить готов к Дунаю и возобновить договор об охране границ – но Адрианополь остался в памяти народов, как символ заката римской воинской славы. Римляне уже давно утеряли ту воинственность, которую они унаследовали от своих предков-арийцев; так же, как в Египте и Двуречье, привычка к мирному земледельческому труду, в конце концов, обернулась отсутствием мужества. В римскую армию стали набирать жителей провинции, полуварваров и просто варваров, которые целыми племенами переселялись из-за Дуная и Рейна. До поры до времени эти варвары верно служили Империи, но после Адрианополя они почувствовали свою силу и стали диктовать свои условия. Готы не хотели жить по соседству с гуннами на Дунае; в 401 году они снова поднялись, избрали своим вождем молодого воина Алариха и пошли на Рим. Римский командующий Флавий Стилихон вызвал для защиты "вечного города" войска с рейнской границы; ему удалось отразить первый натиск готов – но на севере уходящие от гуннов германские племена перешли Рейн и ворвались в Галлию. "Вся Галлия пылала, как гигантский костёр", – писал современник.

Флавий Стилихон был германцем, выслужившимся в римской армии, и его войска состояли по большей части из германцев – ибо мало кто из римлян был способен держать в руках оружие. Германцам Стилихона и германцам Алариха ничего не стоило договориться между собой – но тем не менее Стилихон защищал "вечный город", его мраморные храмы и церкви, где поклонялись Христу. "Настоящие римляне" не верили Стилихону, они обвинили его в сговоре с Аларихом и убили у входа в церковь; после этого германцы отказались защищать Италию, и, когда Аларих снова двинулся к Риму, ему навстречу вышел лишь святой отшельник с Библией и крестом. Аларих сказал отшельнику, что не может бороться с судьбой, что какая-то неведомая сила влечет его в Рим. С вершины холма он смотрел на великий город, на огромные соборы и золоченые купола терм, на тенистые парки, мраморные храмы и парившие над всем этим изящные акведуки. "Неведомой силой", увлекавшей его, было золото: подступив к Риму, он потребовал все золото, все серебро и все драгоценности – все, что было в городе. "Что же ты оставишь жителям?" – спросили послы римлян, и Аларих коротко ответил: "Жизнь!"

Получив несколько тонн золота и серебра, варвары отошли от города, но через год вернулись. Кто и как открыл готам городские ворота – до сих пор в точности не известно; ночью 24 августа 410 года под рев грозы варвары ворвались в "вечный город". Великий Рим был взят врагами – впервые за свою тысячелетнюю историю. Это была катастрофа, поразившая весь римский мир, заставившая содрогнуться людей во всех областях Средиземноморья. Повсюду говорили о наступающем конце света, миллионы людей стояли на коленях и в слезах молились Господу Богу. "Сердце горит во мне, голос мой пропадает и рыдания прерывают слова, – писал святой Иероним. – Факел мира потух, и в одном сраженном городе погибает весь мир человеческий".

Но конец света не наступил. Готы три дня грабили захваченный город, его роскошные дворцы, храмы и церкви – а затем внезапно оставили Рим, сгрузили награбленное в огромные телеги и двинулись на юг. Аларих хотел переправить свое племя в Африку, подальше от гуннов – но не смог; в конце концов, готы ушли из Италии и основали свое княжество в южной Галлии, на берегах Гаронны. Через Галлию сплошным потоком двигались уходившие от гуннов германские племена: алеманны, бургунды, свевы; племя вандалов было унесено этим потоком на другой берег моря – в Африку. Над Европой почти безраздельно царили гунны; они облюбовали для поселения благодатную Венгерскую равнину и каждый год опустошали набегами земли от Рейна до Балкан. Прозванный "бичом божьим" вождь гуннов Аттила покорил десятки племен; в 451 году огромная орда ворвалась в Галлию. Германцы, которым было некуда отступать, объединились, чтобы встретить гуннов; огромное варварское ополчение возглавлял полководец Аэций, "последний герой Рима". В яростной битве на Каталаунских полях германцам удалось остановить дотоле непобедимых гуннов; на поле боя осталось больше ста тысяч трупов – это была одна из самых кровавых битв истории. Аттила отступил; через год в день своей свадьбы он неожиданно скончался на брачном ложе; покоренные племена восстали, и держава гуннов распалась.

Однако народы и племена, приведенные в движение гуннами, продолжали крушить остатки Империи; в 455 году Рим был захвачен вандалами, которые 14 дней грабили город, а потом сожгли то, что осталось «Вечного города». После ухода вандалов в Италии хозяйничали командиры варварских наемников, возводившие на престол и свергавшие императоров; в западных провинциях господствовали германцы, а в Константинополе правили свои императоры, которых не заботила судьба Рима. В 476 году вождь наемных дружин Одоакр низложил последнего римского императора Ромула Августула и отправил его корону в Константинополь. Италия превратилась в одно из варварских королевств – такое же, как королевство готов в Галлии и королевство вандалов в Африке. "Вечный город" опустел, лишь кое-где в развалинах обитали люди, на форуме росла трава и паслись свиньи. Вокруг возвышались полуразрушенные мраморные дворцы и лежали свергнутые с пьедесталов статуи; среди руин огромных терм жили отшельники, сеявшие пшеницу в некогда роскошных садах. На закате, когда солнце опускалось среди ничего не поддерживавших колонн, они собирались на вечернюю молитву и, склонившись головой в прах, пели старый псалом отверженных: