Петр II Альтернативный (СИ) - Канаев Илья Владимирович - Страница 73

  Пришёл мастер-оптик Иван Беляев. Принёс новый термометр с тонюсеньким каналом. Уж как они умудрились вытянуть стекло в капиллярную трубку, даже не знаю. Зато теперь у нас есть настоящий градусник, откалиброванный под температуру человеческого тела. Пока ещё неказистый и жутко дорогой, но я приказал наделать их побольше для наших клиник и на продажу за рубеж. Беляеву выдал червонец в награду и приказал наградить его подмастерьев тоже. Заодно обрадовал новым технически заданием - сконструировать, наконец, микроскоп по расчётам Эйлера. Молодой немец, по словам Шумахера, уже вовсю пишет фундаментальную работу по оптике.

  Мастер Шершавин принёс фонарь новой конструкции. Керосиновую лампу поставил в ящик, одна стенка которого прозрачна, а все остальные зеркальные. Получился прожектор. На пятьдесят лет раньше Кулибина! Пошли экспериментировать в темный чулан. Честно говоря, я не сильно впечатлился яркостью фонаря. Посоветовал мастеру сделать заднее зеркало вогнутым. Форму её уточнить у Беляева. Пусть мои оптики осваивают заодно производство вогнутых линз. А нанести на стекло слой серебра - дело уже Шершавина. Если не справится сам - пусть обратится к зеркальщикам из Ямбурга. Давно пора переводить их поближе к столице. Всё равно этот завод подлежит конфискации у Меншикова вместе с городом. Кириллов тут же зафиксировал поручение от меня в Камер-коллегию о создании императорского стекольного завода под Петербургом.

  Секретарь Сената Маслов отчитался о вчерашнем заседании правительства. Ничего особенного - бесконечная рутина дел. Слушая доклад, я припомнил кое-что из биографии этого чиновника. Верный сторонник Ягужинского в будущем он прославится проектами по облегчению жизни крепостных крестьян и ограничению их повинностей. Проект не заработал, и я примерно представляю почему. Реанимировать его в таком виде не стану, но учитывая интерес Маслова к крестьянскому вопросу - поручу работу в этом направлении.

  - Анисим Александрович, как идут дела с возрождением уездов вместо упразднённых дистриктов?

  Реформа местного управления продолжается уже много лет. В своё время Пётр I много чего напридумывал лишнего для улучшения собираемости налогов, потом упразднил и попробовал сделать по-другому. Добавьте к перманентной административной революции огромные российские расстояния и получите в итоге полную неразбериху на местах. На текущий момент самыми крупными административными единицами являются генерал-губернаторства и губернии. Разница между ними невелика. Следующий уровень - провинции. Я бы хотел понемногу переводить провинции в разряд губерний. Ограничение здесь - в нехватке обученных людей на все типовые губернские вакансии, поэтому провинции управлялись пока воеводами и минимумом чиновников. Кроме того, в губерниях тратилось большее количество средств на содержание чиновничьего аппарата. По мере улучшения кадровой и финансовой базы будем переводить провинции на статус губернии.

  В этом году решили отказаться от искусственных административных образований - дистриктов, характерной чертой которых было одинаковое число душ и пренебрежение к естественным территориальным границам. Возврат к уездной системе конечно благо, но и уезды имеют свои недостатки. Зачастую они занимают огромные территории, и жители одного уезда не имеют возможности посещать уездный центр.

  Поэтому я предложил Маслову подготовить проект организации двух новых уровней административного деления - волости и сельские общества на базе государственных крестьян. Волости создавать в каждом уезде по двум признакам. По численности душ от 300 до 2000. По удалённости от волостного центра - не более 12 вёрст, чтобы любой крестьянин мог за день добраться до него и вернуться обратно домой. Сельские общества объединяют крестьян в одном селении с числом мужских душ от 20 до 300. Более крупным поселениям лучше придать статус отдельной волости. Менее крупные местечки объединять вместе или приписывать к более крупным соседям. Такая система упорядочит управление государственными крестьянами, а в конечном итоге и всем населением волости тоже. Сельские общества на сходе выберут старейшин, а те на волостном сходе выберут волостного старейшину, писаря и каких-то других чиновников. Вся эта система не мною придумана и сложилась в России в течении XIX века. Я, как обычно, всего лишь ускоряю процесс.

  Натали в первый раз присутствует в Сенате. Сидит серьёзно и важно. Слушает выступающих, помалкивает, косится на то, как я что-то у себя записываю. Вообще в зале перьями скрипят лишь секретари и я, вельможи к этому не привыкли. Возможно, считают мои занятия чем-то вроде возни ребенка с игрушками - не шумит и то хорошо. Думаю, на моём фоне сестра-наследница выглядит посолиднее. Боялся, что она не выдержит многочасового ожидания, но тринадцатилетняя девочка сохраняла спокойствие и интерес к происходящему. Только в перерывах пыталась разглядеть, что же я там у себя пишу.

  В данном случае я готовил письменные советы для неё, раз она решила заняться развитием культуры в империи. Первой задачей в этом направлении поставил для неё развитие русского языка. Нужно организовать массовые переводы литературы от древних греков и римлян до современных поэтов, драматургов и прозаиков в Европе. Причём поэзию нужно переводить не просто по смыслу, но и максимально близко по звучанию, с соблюдением ритма, мелодии и рифм. Этим всем могут заниматься профессиональные переводчики и просто энтузиасты. Разумеется не бесплатно. Кроме того, за лучшие переводы будет вручаться дополнительная императорская премия, а лучшие литераторы станут членами новой кафедры изящной словесности Академии наук. Набросал внушительный список авторов и произведений, которые стоит перевести в первую очередь, от Гомера до Дефо. Указал на необходимость при переводах отказываться от старославянских слов, которые уже исчезли из повседневного употребления, а также на осторожное введение новых слов из иностранных языков. Полагаю, в ближайшее время вокруг Натали появится блестящий литературный салон, которому начнут подражать и другие светские дамы Петербурга.

  После полудня лодка переправила меня через Большую Невку. Выборгская сторона пока застроена слабо. В основном присутствуют только строения двух петербургских гошпиталей - Генерального Сухопутного и морского. Иван Блюментрост провёл меня по территории. Обычные дома, как и во всём городе. Некоторые оштукатуренные и покрашенные, большинство сереют бревенчатыми стенами. Не сравнить с продвинутым бабичьим гошпиталем за рекой. Тем не менее, мой лейб-медик пытался внедрить здесь такие же новшества, что и в роддоме. Инструменты хирургов кипятили, одежду пациентов и врачей стирали, инфекционных больных изолировали.

  - Надеюсь, их группируют по типам болезни? Блюментрост запнулся.

  - К сожалению, не хватает помещений, но я распоряжусь, чтобы держали хотя бы в разных комнатах.

  - Главное, чтобы пока они лечатся от одной болезни - не подхватили другую заразу от соседей.

  В инфекционное отделение я конечно не пошёл. Заглянул в одно из спальных помещений. Действительно чисто, хоть и бедновато. Учитывая внезапность моего появления, скорее всего порядок здесь поддерживают постоянный. И всё же эта казарма мало похожа на привычную мне больницу. Обернулся к врачу:

  - Проследите, чтобы соблюдали ежедневное мытьё помещений, желательно с мылом и щёлоком.

  Заглянул на кухню и даже поел местной каши. Обязал использовать в питании больных больше свежих продуктов, не вареных или жареных. Про витамины не стал объяснять, зато рассказал о способах борьбы с эпидемиями.

  - Иван Лаврентьевич, я знаю, что опыты по предотвращению оспы проходят успешно. Когда собираетесь заявить об открытии научному и мировому сообществу?

  - Через неделю мы получим окончательное подтверждение об успешной вариоляции второй группы испытуемых и привьем им натуральную оспу для проверки. К середине сентября будем уверены в эффективности этого метода.

  - Хорошо. Вас ждёт награда, слава и большой авторитет среди учёных. Но я бы хотел, чтобы к этому моменту подготовили руководство по борьбе с другими болезнями.