Петр II Альтернативный (СИ) - Канаев Илья Владимирович - Страница 54

  - Что с Государем? Его ранили? Или, не дай Бог, убили?

  - Первая пуля от варнаков досталась царю. Но он сумел ускакать вперёд вместе с двумя сопровождающими. Насколько серьёзно был ранен Государь, я не знаю.

  - Куда он поскакал? Где его искать?

  - Не могу знать, Ваша Светлость!

  Меншиков схватил поручика за воротник, собираясь задушить его, но неожиданно офицер закатил глаза и, обмякнув, потерял сознание.

  - Да он ранен! - определил Пашков, подхватывая тело.

  - Лучше бы он погиб там! Под арест всех, кто вернулся! Нужно будет разбираться, кто из них стрелял и что за непонятные преображенцы появились посреди города!

  Пашков покачал головой:

  - Я должен ехать на место покушения.

  Меншиков тяжело посмотрел на своего верного сподвижника. Военный прокурор, пряча глаза, попятился и вышел прочь. Князь сплюнул на дорогой дворцовый паркет.

  - Побежала крыса с корабля! Трусливый мерзавец думает, что в покушении обвинят меня! Нужно срочно найти, где сейчас царь. Или ты тоже готов меня бросить, Алексей?

  Волков выдержал взгляд князя спокойно.

  - Я с тобой, Александр Данилович, до конца. А Государя надо искать в одном из дворцов за рекой или в Адмиралтействе. Если он ранен - далеко они не поедут.

  - Найди его! Дашков, тупица, не смог привезти его ко мне, значит, я поеду к царю сам. В такое время мне нужно быть рядом первым!

  - Что с предыдущими приказами о сборе семёновцев и ингерманландцев?

  - Приказы остаются в силе. Пусть войска подтягиваются сюда. Жив ли Петр Алексеевич или не дай Господи умер - войска мне понадобятся!

  Оставив Волкова отдавать необходимые распоряжения, Светлейший князь в мрачном настроении направился на вторую половину дворца, которую отдал императору и его сестре. Наталья Алексеевна, худенькая девочка тринадцати лет, в это время болтала с Марией Кантемировой, дочерью бывшего господаря Молдавии и бывшей любовницей своего деда, Петра I. Болтали о всяких пустяках, сравнивали театральные постановки в комедиантском доме и в домашних театрах цесаревны Елизаветы или герцогини мекленбургской. Наташа прочитала стихотворение 'Я тебя не забуду', которое услышала недавно от Марии Меншиковой.

  - Какая интересная песня! Обязательно перескажу эти стихи своему брату Антиоху. Он будет в восторге! А кто же автор, Ваше высочество?

  - Мария услышала песню от Пети, но просила никому не рассказывать об этом.

  - Я сохраню инкогнито автора, но удивлена, что Петр Алексеевич посвящает стихи своей невесте. Я полагала, что они не ладят.

  - Не знаю. Петя действительно равнодушен к Марии, да и она уверяла меня, что стихи посвящены не ей.

  - Кому же?

  - Там такая долгая печальная романтичная история. Я не смогу правильно её пересказать. Надо упросить Петю сделать это самому. Там в конце таинственный князь прощается со своей любимой и поет ей эту песню. Мария все же упросила Наталью пересказать сюжет сказки и в конце обе, растроганные, даже всплакнули над печальной судьбой девушки.

  - Как романтично! Его величество обладает талантом великого поэта! Это потрясающе! Может быть, вы знаете и другие его произведения, Ваше высочество?

  - Когда я попросила брата почитать мне ещё что-нибудь из своих произведений - он только посмеялся и сказал, что не умеет их сочинять. Но я уверена, он соврал, так как песню, которую сейчас поют все солдаты, тоже он придумал!

  - О! Что же это за песня?

  Наташа своим детским голосом напела популярный среди солдат марш 'Солдатушки, бравы ребятушки!'

  - Как странно! Такие разные стихи. Даже не верится, что у них один автор.

  - Возможно, я ошибаюсь, Петя уверяет, что стихи не его, а автора он сам не знает.

  - Всё равно, обязательно расскажу брату. Он собирается стать литератором, пишет стихи, а недавно издал свою первую книгу, посвящённую текстам псалмов.

  - Ты так гордишься своим братом, Мария, что мне уже хочется с ним познакомиться.

  - Нам будет очень приятно! Зимой, когда вы будете в Москве, обязательно приезжайте к нам в гости!

  В этот момент приятную беседу юной княжны и её старшей подруги прервало появление хозяина дома, Светлейшего князя Меншикова. Обменялись поклонами и реверансами. Уловив нетерпеливое выражение в глазах князя, гостья удалилась, а Наталья Алексеевна настороженно замерла. Мужчина помялся немного и произнёс:

  - Я обязан сообщить вам, Ваше высочество, что сегодня утром в городе произошло ужасное происшествие! Какие-то люди, переодетые в гвардейскую форму, стреляли в Его Величество!

  Глаза Натальи широко раскрылись.

  - Я об этом прискорбном событии узнал только что, поэтому могу пока сказать только, что Петр Алексеевич жив, но вероятно ранен. К сожалению, не могу пока сказать насколько серьезно.

  - Боже мой! Где он? Где Петя? Я должна увидеть его!

  - Сейчас мы выслали курьеров и как только мне сообщат, где сейчас находится Государь, мы вместе с вами туда поедем.

  В комнату зашёл Яков Веселовский.

  - Ваша Светлость, Ваше высочество, взгляните пожалуйста в окно.

  - Что там?

  - Какие-то вооруженные люди плывут сюда через реку.

  Меншиков и княжна подошли к окнам и увидели несколько шлюпок, переполненных людьми, подплывающих со стороны Адмиралтейства к причалу у дворца.

  - Похоже, это солдаты Адмиралтейского батальона. Настоящие солдаты, а не переодетые разбойники. Я узнаю Шереметева, зятя Андрея Апраксина. Кто у нас сегодня охраняет дворец?

  - Капитан Бредихин, Ваша Светлость. Позвать его?

  - Уже поздно. Посмотрим отсюда, чего хотят от нас морские пехотинцы.

  Немного подумав, Меншиков обернулся к стоявшей у другого окна княжне.

  - Ваше высочество, я знаю, у нас были разногласия с вами. Прошу меня простить за обиды вольные и невольные, которые я вам нанес. Но только забота о благе Государства толкала меня на принятие некоторых неприятных решений. У меня будет большая просьба к вам - передайте эти мои слова Его Величеству.

  Веселовский покосился на своего шефа и негромко произнёс:

  - Вы полагаете это арест, Александр Данилович?

  - Наверняка. Видит Бог, я не заслужил этого и невиновен в покушении. Но есть одна хорошая новость - Его Величество жив и достаточно здоров, чтобы наблюдать за нами с бастиона Адмиралтейства.

  - Мы можем успеть уйти до того как морские пехотинцы окружат дворец...

  - Бежать? Я не совершил ничего постыдного и ни на вершок не отступил от присяги! Но ты, Яков, езжай к Орлову. Действуйте по обстоятельствам. Надеюсь, Пашков найдет негодяев, посмевших поднять руку на царя, а Апраксин не забыл старой дружбы.

  Я с напряжением ждал выстрелов со стороны Васильевского острова или появления сестры у парадных дверей дворца. Но вновь накатила слабость, и я вынужден был присесть на зарядный артиллерийский ящик. Успокаивающе улыбнулся окружающим и в этот момент подбежал курьер со стороны ворот.

  - Ваше Величество, Господин Генерал-Адмирал, на Адмиралтейский луг подошли солдаты Семёновского полка. У ворот ждут подполковник гвардии Дмитриев-Мамонов и майор гвардии Шепелев.

  Я разрешающе кивнул и Апраксин отдал распоряжение впустить офицеров. Решил пока не уходить в душные помещения Адмиралтейств-коллегии в такой хороший солнечный июльский день. Захотелось попозировать для публики - раненный государь на ящике с ядрами после неудавшегося на него покушения! Будет, что вспомнить зрителям и о чём рассказать потом знакомым! Я даже не стал садиться на принесённый стул, уступив его старому адмиралу, только перебрался к каменному брустверу бастиона, чтобы прислонить спину и не показывать слабость. Подошедшие командиры отрапортовали о прибытии нескольких сотен солдат Семеновского полка. Дмитриева-Мамонова после этого отправили на его место - в Петропавловскую крепость, гарнизоном которой он командовал. Шепелев вернулся к расположившимся на берегу Мойки солдатам. Их число постепенно увеличивалось с прибытием разбросанных по всему городу на проживание и в караул отрядов.