Атолл «Морская звезда» - Насибов Александр Ашотович - Страница 76

Все объяснилось в следующие же секунды. Из палатки послышался голос женщины.

— Что такое? — спрашивала она. — С кем ты разговариваешь, Павлито?

Откинулось полотнище, закрывавшее вход в палатку, и появилась Хосеба.

Луиза сразу увела Хосебу: мужчины понимающе закивали, когда девушки заявили, что должны привести себя в порядок.

Они отошли к бурым морщинистым скалам. Здесь из-под камня бил крохотный родничок. Луиза опустилась на колени возле воды, ополоснула лицо.

— Что за люди твои спутники? — спросила Хосеба, — Зачем ты снова отправилась в сельву?

— Вон сколько вопросов. И я не знаю, как ответить…

— А где автомобиль? Как все вы оказались на плоту?

— Автомобиля нет, потому что Ронно и люди его племени напали на нас.

— Твои спутники причинили вред индейцам? Ронно вынужден был защищаться? Нет? Тогда ты говоришь неправду. Ронно не нападет первым!

— Это я захотела, чтобы он напал на нас. Долго упрашивала, прежде чем он согласился.

Хосеба опасливо отодвинулась в сторону:

— Ты плохо выглядишь. Устала?

— Я здорова. И голова в полном порядке… Как бы тебе объяснить? Понимаешь, мне надо было спасти спутников от какой-нибудь большой опасности. Они обязательно должны были видеть, что для их спасения я рисковала жизнью. Вот и придумала нападение “кровожадных” индейцев.

— Хотела понравиться кому-то из этих двух?

— Обязательно!

— Я так и подумала, что это любовь.

— Не любовь, Хосеба… — Луиза обняла девушку.

— Но я не понимаю, как Ронно согласился сыграть лесного бандита. Что ты сказала ему? — хмуро спросила Хосеба.

— Напомнила, что мы с тобой подруги. Что это моя просьба и просьба Хосебы. Еще сказала, что все подробно тебе объясню. Но сейчас вижу, что не могу объяснить… Это не моя тайна, Хосеба. Но поверь мне, я не делаю ничего плохого.

— Я помню, что ты спасла жизнь моему отцу… — сдержанно ответила индианка.

— То же самое сказал Ронно, когда объяснял, почему соглашается выполнить мою просьбу. — Луиза вдруг по-новому посмотрела на собеседницу: — Послушай, а ведь он любит тебя!

— Любит, — кивнула Хосеба.

— И хочет подарить тебе автомобиль, — Луиза улыбнулась.

Внимательно выслушав Луизу, Хосеба сказала, что сама пригонит в город “лендровер”. Но Луиза отрицательно покачала головой: машина должна навсегда остаться в сельве. Иначе никто не поверит в рассказ о кровожадных индейцах: какие же они кровожадные, если так легко расстаются со своей добычей…

Они пошли назад к реке. Луиза тронула Хосебу за плечо:

— Не проговорись моим спутникам, что знаешь Ронно и вообще кого-нибудь из индейцев.

Хосеба круто обернулась:

— Я спросила, что за люди твои спутники. Ты не ответила. Почему? Не можешь сказать о них ничего хорошего?

— Боюсь, что не могу, Хосеба…

— Вот как!.. Уж не они ли рыскали вокруг нашего лагеря на Синем озере?

— Думаю, что не они…

— Не они, так другие, похожие на них!.. Как же ты отправилась с такими людьми в сельву? С какой целью?.. Не отвечаешь? Что ж, дело твое. Но уж я — то не буду им улыбаться!

— Надо, чтобы улыбалась. При них я попрошу тебя помочь нам добраться до города, и ты должна будешь согласиться. Веди себя так, будто это друзья, а не враги.

— Вот видишь, ты признала, что они — враги! Ну, что скажешь еще?

— Скажу, что это наши общие враги — твои и мои. Но пока мы должны улыбаться этим людям!.. Ну-ка ответь, кто и зачем напал на ваш лагерь, ранил отца?

— Я не знаю, почему на нас напали. Мы никому не делали зла.

— Вы всегда были одни у Синего озера?

— Сейчас там только мы. Но еще несколько лет назад в районе озера можно было насчитать два десятка кокалей.

— Куда же они подевались?

— Не знаю… Но кокалей становится все меньше. Люди исчезают, и никто не возвращается… Ты думаешь, их увозят?

— Ты и сама так думаешь, Хосеба.

— Я мало смыслю в подобных вещах. А вот отец действительно встревожен, места себе не находит… Кто же нападает на жителей сельвы?

— Вот это я и должна узнать. Как видишь, мы с тобой размышляем об одном и том же.

Хосеба надолго задумалась.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Говори, как надо вести себя с этими двумя…

Когда Хосеба и Луиза ушли, Коржов стал разводить костер, и вскоре затеплился огонек, потянуло дымком.

— Ну вот, — Коржов подсел к “гостям”, достал сигареты. — Не желаете?

Лашке взял сигарету. Ловетти сказал, что хотел бы побриться. Можно это устроить? Коржов сходил к автомобилю и принес бритву.

Ловетти включил кнопку пуска и стал водить бритвой по скуле.

— Итак, вы русский механик, — сказал Лашке, осматривая сигарету. — А это изделие?..

— Тоже из Москвы.

— Русский механик, русский автомобиль, русские сигареты… — Лашке прикурил от зажигалки, которую поднес Коржов. — И бритва ваша?

— Наша. Называется “Спутник”. Кстати, первый искусственный спутник Земли тоже был русский, точнее, советский. Но вы поморщились, вас что-то не устраивает в этом перечне?

— Однако мне попалась сырая сигарета.

— Возьмите другую, — Коржов вновь достал пачку сигарет, но тут Ловетти, вскрикнув, схватился за щеку.

В следующую секунду Коржов поймал брошенную ему бритву.

— Ну вот, с одним из “спутников” мы разобрались, — усмехнулся Лашке. — Нет, новой сигареты мне не надо. Вряд ли она будет лучше первой…

— Как угодно, — Коржов невозмутимо спрятал пачку. — Сигареты могут нравиться или не нравиться. Это дело вкуса. А бритва вполне приличная, но у сеньора сильно отросла борода, только и всего.

Коржов убрал бритву и стал прилаживать над огнем котелок с водой, затем принес ящик с продуктами.

— Минуту! — сказал Ловетти. — Почему вы не спрашиваете, что же с нами случилось, как мы оказались в столь бедственном положении?

— У нас принято сперва накормить гостя. У вас иные порядки?

— Точно такие же! — воскликнул Ловетти. — Как ваше имя?

— Павлито.

— Так вот, Павлито, вы первый советский русский, с которым мне довелось познакомиться и разговаривать. И я считаю, что мне повезло.

— Вы никогда не были в Советском Союзе?

Ловетти вспомнил 1942 год, Крым, где обосновались боевые пловцы из “колонны Моккагата”, свой уютный домик в Форосе, рейды на взрывающихся катерах и управляемых торпедах против советских транспортов с ранеными из осажденного Севастополя…

— Нет, — сказал он, ласково улыбаясь, — никогда не был в вашей прекрасной стране, но много слышал о ней, очень много…

Лашке и Ловетти быстро расправились с консервированными сосисками, опустошили банку тушеной свинины.

Утолив голод и чуточку захмелев, Ловетти разговорился. Коржов слушал его рассказ о происшествии в сельве и все больше удивлялся. За время общения с Хосебой он твердо усвоил, что лесные индейцы люди честные, не обидят человека, если тот идет к ним с добром. А здесь — такие страсти…

Хосеба согласилась подбросить до города Луизу и ее спутников. Коржов стал разбирать палатку. Ловетти и Лашке помогали укладывать багаж в вездеход.

— Что это? — Лашке показал на металлический ящик со шкалами и рычажками, укрепленный между сиденьями автомобиля.

— Рация, — сказал Коржов. — Приемно-передающая станция.

— Радио? — закричал Ловетти. — Чего же вы молчали?

— Как это — молчал? Вы спросили, я ответил. Мой шеф настоял, чтобы мы взяли с собой передатчик — мало ли что может случиться в сельве.

— И он исправен? — не унимался Ловетти.

— Перед поездкой я сам произвел проверку.

— Включите!

Коржов щелкнул тумблером. Осветились индикаторные лампочки настройки. Лашке и Ловетти переглянулись.

— А… можно ею воспользоваться? — спросил Лашке.

— Конечно. Но куда вы собираетесь радировать?

— У нас тоже был передатчик. Мы взяли его в дорогу с теми же целями, что и вы. Я коммерсант, не могу жить без информации с фондовых бирж, которая идет потоком и ежечасно меняется. Вы понимаете меня?