Путь Волка - Найт Эрик - Страница 72

Несколько маленьких грогов убирали мусор с тротуаров и с травы. Валентайн подошел к ним и, прежде чем идти дальше, сунул им в лапы коробки спичек.

В центре небольшого загона стояла клетка с куполообразной крышей, размером со среднюю палатку. Ее кольцом окружили смеющиеся солдаты. Они кидали камешки и куски фруктов через прутья решетки. Высоченный человек, одетый в простую форму цвета хаки, стоял перед толпой, держа в руках длинную железную дубинку. На одном ее конце была петля.

— Ну-ка давайте заставим его опять поменять форму! — выкрикнул один из мужчин, бросив камень в клетку. Он передал несколько банкнот человеку в камуфляже.

Валентайн вытянул шею, чтобы рассмотреть существо в клетке. Одинокое мертвое дерево без коры украшало клетку. Вокруг дерева лежал, свернувшись кольцом, огромный змей, спрятав голову между голых веток.

— Я заставлю его измениться, нет проблем, — сказал служитель, ткнул металлической палкой в клетку и ударил змея дважды по голове.

Дрожь прошла по всему телу гигантской рептилии.

На глазах у изумленного Валентайна змея превратилась в орангутанга, который сначала держался за дерево одной длинной лапой, а потом спрыгнул на землю, сунул в рот гнилое яблоко и жадно разжевал.

— Как, черт возьми, ты это сделал? — выкрикнул кто-то из толпы.

— Я ничего не делал. Он сам, — объяснил служитель. — Это существо — родич куриан. Он — единственный, кого удалось поймать и держать в неволе. Они могут менять форму по желанию, могут практически стать невидимыми. Они отдают приказы террористам и мятежникам, которые прячутся в холмах. Мятежники почитают их за богов. Единственный способ их задобрить — это принести скальпы. И мятежники не особо разбирают, чьи скальпы им брать. Мне рассказывали про одного, у которого было пятнадцать, нет, двадцать маленьких светлых скальпов. Бог знает, что он сделал с ними перед тем, как потянуть за волосы.

— Вот сукин сын! — сказал кто-то из солдат, бросив еще один камень в сидящего орангутанга. Камень упал в песок рядом с существом, подняв столбик пыли.

Глаза орангутанга печально обвели толпу. Полетели еще камни, некоторые задели его широкую спину.

Глаза орангутанга встретили взгляд Валентайна, и в них вдруг загорелась искра.

Ли… Ли Валентайн, — позвал голос внутри его головы, — пусть это будет не бред… О, Ли, это ты. Как можешь ты быть здесь? Это Древний Ро. Один из первопроходцев. Ради Уз и ради Врат, пришел ли ты покончить с моими страданиями? Ну скажи, что Пол Сэмюэлс где-то поблизости и Гэнг Анкор. Годы… годы пели мне свои песни и вертели саму землю, а мы все не виделись… пожалуйста, скажи, что меня больше не будут мучить и насмехаться надо мной…

Все это одной короткой вспышкой пролетело в мозгу Валентайна.

Нет, я не тот Валентайн, которого ты знал. Я его сын, Дэвид. Мой отец уже десять лет как мертв, — ответил он.

Сын? Сын? Я чувствую, что ты Охотник. Я не знаю, зачем ты пришел, но я догадываюсь, что не за мной. Ты хочешь скорее уйти, ты боишься, ненавидишь и надеешься и… влюблен. О, я бы забылся, но они смотрят, все время смотрят своими скучными глазами… Тебе не понять, что я перенес… годы жестокости… и плохой погоды, и голод, и издевательства.

Орангутанг смотрел прямо на Валентайна.

Пожалуйста, просто убей меня, если не можешь помочь. Если я останусь, я проживу здесь еще сотни лет, пока не истлеет эта клетка, а они не построят новую…

Валентайн вдруг почувствовал еще чье-то присутствие, что-то прощупывало его разум. Валентайн сразу же разорвал связь.

Прости, прости, — подумал он, выбираясь из круга зевак, снова и снова наполняя свое сознание беззвучным сожалением. Боль заключенного в клетку Ткача жизни билась в его голове, но Валентайн не мог позволить отчаянию овладеть им, не сейчас, когда Молли ждала его в какой-нибудь дыре, а Жнец охотился за его аурой.

Он поспешил мимо клеток для зверей. В одной из них голая женщина прыгала по искусственному дереву, то прячась, то вылезая на глазах свистящих зрителей. Несколько мужчин бросали деньги в клетку, она брала толстый зеленый огурец и начинала сосать. На пол клетки летело еще больше купюр, и она начала водить обслюнявленным овощем по своей груди и животу.

Валентайн добрался до открытой ямы. Каменный забор вокруг был выкрашен черной краской, за ним находилась большая закругленная арена. Патрульный сидел на ограждении, лениво куря сигарету. Валентайн подошел к забору и заглянул внутрь.

Центральное возвышение было сооружено почти вровень с уровнем земли, на нем сидели два каменных льва. Изо рта каждого зверя свисал длинный кожаный шнурок, а на земле между ними пестрели брошенные грязные тряпки.

На дальнем, южном, краю ямы имелась постройка, к стене которой были приставлены лестницы, а разнообразные крючья прикреплены к столбам и косякам. Справа, с северной стороны, в землю был вкопан столб с четырьмя парами наручников. Валентайн подошел к патрульному.

— Сегодня будет шоу? — спросил он, протягивая патрульному одну из последних сигар.

— Да уж наверняка. Через пару часов. Хочешь занять хорошее место?

— Может быть. Что будут делать?

— Заставят баб исходить криком до смерти, — сказал патрульный, закуривая. Грог-уборщик сделал паузу в работе, чтобы посмотреть на мерцающий красный огонек на конце сигары.

Группа солдат, гражданских и шлюх прошла мимо с полупустыми бутылками в руках. Проходя мимо ямы, одна из проституток прошептала что-то на ухо своему спутнику.

— Да, я видел уже шоу в Черной Дыре, — ответил он, — даже Жнецы в публике сидели…

— Я слышал, что можно организовать частную вечеринку, — сказал Валентайн, когда они ушли.

Офицер с одобрением выдохнул большое облако дыма.

— Если у тебя есть деньги, почти все возможно.

Валентайн протянул ему сотню. Он секунду рассматривал купюру перед тем, как она исчезла в кармане его рубашки.

— Я провожу тебя к главному сторожу, малыш.

Подожди здесь. Если он согласится с тобой поговорить, ты дашь мне еще столько же.

— Справедливо, — согласился Валентайн. Патрульный направился к длинному кирпичному зданию с переполненной закусочной, сооруженной на плоской крыше.

Валентайн посмотрел на грога, размером примерно с того, что жил в лаборатории Университета Мискатоник. Валентайн зажег спичку из коробки и помахал ею из стороны в сторону. Грог захлопал в ладоши совершенно детским жестом и пошлепал за Валентайном к краю ямы. Он с ожиданием смотрел на Волка.

— Хочешь еще? — спросил Валентайн. Грог склонил голову набок, как дятел, ищущий термитов. Валентайн обернулся, но немногочисленные служители Зоопарка не обращали на него внимания.

Волк вытащил одну из коробок со спичками и потряс ею перед грогом. Тот вытянул обе руки вперед, прямо как обитатель университетских катакомб. Валентайн бросил ему коробку. Грог поймал, издал восторженный звук и спрятал спички в карман своих драных штанов. Дэвид медленно обошел вокруг Черной Дыры и нашел еще одного грога, меняющего лампочки в фонарном столбе. Он попробовал подарить уродцу спички, но тот покачал головой и спрятал руки за спину: возможно, его уже наказывали за что-то, связанное с огнем.

Патрульный, все еще с сигарой в зубах, вернулся.

— Тебе повезло, — сказал он, — год идет к концу, они тут не очень заняты. Ты хочешь зайти до или после шоу? Иногда после бывает слишком много народу. Да и девочек на выбор меньше, понимаешь?

Валентайн выдавил из себя улыбку.

— Спасибо. Подойду к нему сейчас, если ты не против, — сказал он, протягивая еще одну сотню.

— Мудрое решение. После шоу Берт обычно пьян и к нему не подступиться. Он старается, но, знаешь, не просто каждую неделю придумывать новые способы убивать людей. К тому же все они его достали хотят шоу сегодня. Он бы лучше до выходных подождал, чтоб побольше народу было.

Они бросают деньги и говорят ему, что делать. Но я думаю, там, в управлении, хотят эту девку прикончить быстро и грязно… Но подожди-ка минутку, — сказал патрульный, увидев Жнеца, идущего по дорожке. Ощущение было похоже на то, что и в переулке. Дэвид понял, что его еще ищут. А может, это был один из братьев первого Жнеца, кукла того же лорда.