Путь Волка - Найт Эрик - Страница 45

Лейтенант в задумчивости шагал по доскам пола. Были ли люди в этих поселениях сумасшедшими? Зачем тогда все потери, все страдания, причиненные бесконечными сражениями? Под курианами, конечно, жить можно. Должно быть, следует переждать шторм, повернуть ветер в свою сторону, выторговать некую степень независимости, вместо того чтобы сражаться за нее. Валентайн думал о способности своей расы к адаптации. Вот взять, к примеру, Озерный флот. Они работают на самом краю курианской зоны, бросая семена раздора в эту систему и в то же время получая доход. Затем вспомнились Штайнер и его команда, пытающиеся построить что-то новое вместо того, чтобы поддерживать жизнеспособность старого. Или упорство Южного округа, меньшего по численности населения и оружия, стоящего в своей холмистой твердыне и оттуда бросающего вызов курианам. Даже маленькие очаги тщательно спрятанной цивилизации, такие как Пограничные Воды, поддерживали сражающихся тем только, что выживали.

Его размышления прервались внезапной дрожью и звоном в ушах. С застывшим ужасом кролика в тени орла он ощутил Жнеца. Валентайн спрыгнул со сцены и направился вниз по холму к небольшому скоплению хижин. Жнец, как ему казалось, поднимался на Башенный холм, принося в ночной лес зловещую тишину. Даже сверчки перестали петь.

Валентайн вошел в лагерь Волков. Они остановились в двухкомнатном домике с такими маленькими окнами, что отсутствие стекол было почти незаметно.

В большей комнате Волки устроили лошадей. Валентайн приложил палец к губам, другой рукой сделав жест, означающий, что поблизости Жнец. Гонсалес и Харпер вынули из чехлов винтовки и проверили паранги.

Все трое сконцентрировались на понижении выброса жизненной энергии, сидя спиной к спине и скрестив ноги. Лошади выбрасывают не больше ауры, чем группка оленей, в лесу было полно живности, чтобы сбить Жнеца с толку, даже если он пройдет совсем рядом.

Нужно только хорошенько спрятать свой разум.

Подавляя мысли и успокаивая дыхание, Валентайн обнаружил, что чувствует Жнеца на вершине холма, к западу. Шли минуты, затем прошел час, и кровопийца двинулся прочь на запад, а по спине Валентайна потек липкий пот.

— Близко прошел, даже слишком. На волосок были, — сказал Валентайн своим товарищам. — Может, перенести лагерь, на всякий случай, если он кружит в холмах?

— Отличная идея, — согласился Харпер, — я хоть всю ночь буду идти после такого.

Они постановили двигаться на юг, решив, что со Жнецом нужно обходиться, как с торнадо: лучше избежать его, двигаясь под прямым углом к его пути. Пока Харпер готовил лошадей, а Гонсалес прятал следы их пребывания, Валентайн осторожно поднялся на Башенный холм, с винтовкой наготове. След тяжелых шагов читался легко. Жнец стоял на вершине около часа. Валентайн хотел бы знать почему. Переговорив с Харпером, он поднялся на возвышение над сценой и осмотрел горизонт.

В двух-трех милях на юго-восток пламя подсвечивало облачную ночь. Похоже было, что за перелеском горела пара зданий. Валентайн разглядел небольшую силосную башню, освещенную красно-желтым светом огня. Возможно, у Жнеца был лучше вид с западной точки Башенного Холма, но непохоже на Жнеца было то, что он стоял и смотрел просто из интереса.

Пламя казалось неестественно ярким. Валентайн пожалел, что ветер дует не с той стороны, и он не чует дыма.

Он вернулся к Гонсалесу и Харперу.

— Там большой пожар, — объяснил он, — думаю, амбар или дом. Мы хотим проверить? Это на этой стороне реки, так что доберемся легко.

— А ты хочешь там оказаться? — спросил Харпер. — Если это чей-то дом, соседи сбегутся со всех сторон. Очень будет на руку Жнецу — в суматохе кого-нибудь утащить.

— Я думал, мы идем на юг, — сказал Гонсалес.

— Да, в сущности, так и есть. Но я думаю, Жнец какое-то время смотрел на то, что там происходит, просто смотрел. Мне кажется, стоит проверить.

Харпер пожал плечами:

— Ты начальник, ты и музыку заказываешь. Я ничего не имею против того, чтобы посмотреть, как горит дом. Но мне не нравится то, что мы принимаем решение, исходя из предположения о поведении вампира. Что-то мне говорит, что это хороший способ попасться к нему на жало.

— Да ладно, у лейтенанта радар что надо, прорвемся, — сказал Гонсалес.

— Надеюсь. — Отозвался Харпер. — Ну так пошли, пока патрули не проснулись.

Они шли в темноте, ведя лошадей на поводу. Гонсалес шагал впереди, выбирая дорогу, за ним шли Валентайн и Харпер, ведя по две лошади.

Когда они подошли ближе, Валентайн решил, что горящим зданием была еще одна заброшенная ферма. Такие уже встречались им по пути.

Новый лес разрастался в лугах, где когда-то паслись фермерские коровы. Волки привязали лошадей у мелкого ручейка, и те сразу принялись пить из лужиц между камнями.

Огонь, мигающий сквозь лес с тонкими стволами молодых дубков, был хорошо виден. Волки подползли футов на пятьдесят: все, что осталось от четырех строений, одно из которых было явно амбаром, уже рухнуло и превратилось в угли. Если бы не ежедневные дожди прошедшей недели, пожар мог бы перекинуться в лес.

Харпер сплюнул.

— Ну ладно, лейтенант, вот твой пожар, что теперь?

— Ни семьи, ни соседей, — задумчиво сказал Валентайн, — должно быть, пустовало. Да и эти поля не выглядят возделанными. Не видел тут ничего, кроме заборных столбов с остатками проволоки. Так почему оно горит?

— Может, патруль проходил мимо и решил оживить ночь небольшим фейерверком, — предположил Харпер. — Та дорога, с запада на восток, что мы пересекли вчера, должна где-то здесь проходить.

— Возможно, — согласился Валентайн. — Если так, они не пожалели горючего. Чувствуете? Даже отсюда. Похоже на бензин.

Гонсалес и Харпер принюхались.

— Напоминает напалм, — сказал Харпер, — гроги его использовали при Сидер-Крик. Наполнили им старую пожарную машину и полили пару зданий, в которых засели наши ребята, а потом подожгли.

— Хорошо бы еще днем посмотреть, — сказал Валентайн, — можем подождать еще пару часов, перед тем как выступать. Вернемся к лошадям и поищем безопасное местечко для ночлега.

По выражению лица Харпера Валентайн понял, что идея насчет ночлега показалась его подчиненному первой здравой мыслью, высказанной командиром за этот вечер.

Дневной осмотр руин поведал конец истории, но не начало. Гонсалес скорчился в укрытии на дороге, готовый бежать со всех ног обратно к пожарищу при первых признаках патруля, но, пока Волки рассматривали угли, по дороге проехал только трактор, груженный скотом.

— Это бессмысленно, — сказал Валентайн ничуть не заинтересованному Харперу, — у нас тут четыре горящих здания, ну, три и сарай. А это что за три пепелища?

Валентайн показал на почерневшие круги на земле около двадцати или тридцати футов в диаметре. Круги были разбросаны вокруг зданий на лужайке перед домом и садом.

— Странность номер два. Посмотри, как дом разрушен. Все балки раскиданы, но только в западном направлении. Как будто связку динамита взорвали на восточной стороне дома.

Харпер пожал плечами:

— Может, полицаи тренировались во взрывотехнике?

— Тогда где воронка? И фундамент в приличном состоянии. Эти блоки были бы разрушены, если бы кто-то положил туда заряд. И посмотри-ка на эти деревца. Они сломаны где-то на высоте трех футов, но верхушки лежат по направлению к дому. Такого от взрыва не бывает. Странность номер три: яма, вырытая в земле у сарая.

Мужчины подошли к руинам здания рядом с почерневшей колонной все еще стоящей силосной башни. Треугольная борозда, трех футов в длину и почти два в глубину, была вырыта в земле по направлению к сараю.

— Чем это сделано? — спросил Валентайн. — Патруль привез экскаватор? Это вырыли одним движением.

— Ну, поймал меня, Шерлок, — сказал Харпер, снова пожав плечами.

— И вот, наконец-то. Нет следов шин. Если только они не специально выжгли кустарник — чтобы замести следы.

Валентайн сел на колени и принюхался к обугленному дереву. Оно все еще хранило едва различимый запах бензина или чего-то медицинского, вроде камфары.