По ту сторону барьера - Найт Дэймон - Страница 56

В мозгу Найсмита отчетливо всплыли туманные воспоминания последнего сна. Он вспомнил, как выскользнул из ошейника, пробрался в мастерские, где затем поймал и подчинил своей воле одного из техников. Потом он надел на техника шлем для чтения мыслей и вытащил из него тот единственный секрет, который хотел узнать.

Теперь он направился прямо к маленькой двери, наполовину спрятанной за плавающими в воздухе машинами. Сформировав мысль-пароль, он открыл ее и нырнул внутрь.

Перед ним в узкой глухой трубе сидел гном. Он уже открыл панель на торцовой стенке, и его пальцы бегали по приборам управления. Когда Найсмит вошел он, ворча, повернул свое лицо. При виде Найсмита его глаза расширились, затем лицо приобрело бледно-синий оттенок.

Найсмит одним ударом убил его, отбросил тело в сторону, и все свое внимание обратил на панель управления.

Здесь, тщательно спрятанная и охраняемая, находилась центральная система управления всеми автоматическими приборами, которые делали возможной жизнь в Городе: генераторами воздуха, синтезаторами, автоматическими установками ведения огня, работами.

Найсмит осторожно исследовал положение ручек управления. На некоторых был нанесен символ смерти, означающий, что изменение данного параметра неизбежно влечет за собой убийство оператора — при каждой регулировке приходилось жертвовать каким-нибудь мелким техником. К подобным органам управления относились, например, те, которые регулировали силовые поля, поддерживающие стены Нового Города — понятная предосторожность.

Другие, немножко отличающиеся по цвету, тоже имели символ смерти, но в данном случае это был просто блеф, и Найсмит без колебания взялся за них. Он выключил все автоматические установки ведения огня, нейтрализовал роботов и открыл ворота между Старым и Новым Городом. Потом, работая уже более медленно, он открыл и изменил мыслительные сигналы, требующиеся для приближения к панели управления. Теперь только он мог производить дальнейшие изменения в регулировках.

Проголодавшись, он устроил себе легкую закуску из той пищи, что нашел в коридоре. И после этого не спеша вернулся тем путем, которым пришел, и начал осмотр Города.

Повсюду, где встречались люди из касты ленлу-дин, они с глупым видом таращились на него и при этом их одутловатые лица тряслись; никто не произносил ни слова. Те, кто находился ближе всего к дверному проему, при его появлении в панике разлетались в разные стороны, остальные же даже не пытались убежать, оставаясь пассивно висеть на месте, и только смотрели.

Он остановился, чтобы рассмотреть свое отражение в серебряном диске зеркала. Было странно и вместе с тем совершенно естественно смотреть на себя и видеть бледную, непохожую на земные фигуру с сияющими глазами на нечеловеческой маске лица. Он согнул большие руки, потом меньшие хватательные члены, потом хвост, наблюдая за появившимся острым жалом.

Продолжая двигаться, он отдавал новые распоряжения роботам. В общественной комнате он наткнулся на большую группу толстяков, неистово работавших на приборе, который он узнал.

При его приближении они разлетелись кто куда, и он прочитал сообщение, которое они пытались отправить в прошлое:

«ОПАСНОСТЬ — ОДИН ЗУГ ЖИВ. НЕ ПОСЫЛАЙТЕ ШЕФТА».

Аппарат еще светился, так как сообщение не было завершено. Он выключил машину и продолжил свой путь.

Он был здесь, и они ничего не могли сделать такого, что бы изменило это. Все это было ясно с самого начала, но пусть себе пытаются.

Его внимание поглотили огромные вестибюли и галереи; он начинал делать перепись сокровищ своего нового места обитания — задача, которая займет многие месяцы. И все же молчаливые толпы, сверкающие цвета, мили записей и информационных капсул не доставляли ему удовольствия, которое должны были бы. После достаточно периода размышлений он все-таки понял причину. Она заключалась в незримом присутствии личности человека по имени Найсмит. Ненужная больше личность давила, словно на нем был надет невидимый плащ. Он раздраженно пытался сбросить его, но давление оставалось.

Теперь, когда он понимал причину, это чувство вызывало еще большее раздражение. Внутренне напуганный, он остановился и завис в воздухе. Это было ужасно! Каждая мысль, каждое чувство, которое испытывал Найсмит в те месяцы, когда их сознания были связаны вместе, запечатлелись в его мозгу. Он не просто помнил Найсмита: он был Найсмитом. Он принадлежал к расе завоевателей, и в то же время он был человеком.

Он предпринимал ожесточенные мысленные усилия, чтобы вышвырнуть это фантомное сознание, но оно упорно цеплялось, как фантом ампутированной конечности. И было бесполезно говорить себе, что Найсмит мертв. Дух Найсмита присутствовал в его сознании… нет, даже на дух, а его живая личность.

Он резко развернулся в приступе неожиданного гнева, и маленькие толстые человечки разлетелись вокруг него в разные стороны. И вот эти люди были правителями последнего Города Земли, наследниками четырехсот тысяч лет истории человечества? Эти напыщенные маленькие паразиты, самоуверенные, невротичные и жестокие?

«Эта раса произвела несколько великих людей», — прозвучал трезвый голос Найсмита у него в сознании.

«Среди этих таких нет!» — ответил он. — «И они никогда больше не произведут достойных потомков, даже если будут жить миллионы лет».

«Не произведут под твоим правлением».

«А если я предоставлю их самим себе, что тогда? Будет лучше?»

«Нет, на них нет надежды, да и на техников, наверно, тоже. Но есть надежда на Развлекателей».

Его тело напряглось от высокомерной гордости.

«Они — моя собственность».

«Они человеческие существа».

В сомнении и смятении он обратился к ближайшему роботу в форме саркофага, с красными фигурами на золотом и серебряном фоне:

— Скажи мне кратко, что такое «человеческое существо»?

Робот зажужжал, внутри раздался какой-то гул.

— Человеческое существо — это потенциальная возможность.

Спустя мгновение он жестом отпустил его. Робот поклонился и уплыл прочь.

«Развлекатели заслуживают, чтобы им дали шанс», — проговорил голос Найсмита.