По ту сторону барьера - Найт Дэймон - Страница 37

Утром оба зеленокожих существа были мрачными и с набухшими глазами; между собой они разговаривали только односложными словами, а с Найсмитом не разговаривали вообще. Ребенок, Егга, попеременно то кричала, то хихикала.

После завтрака Лолл и Чуран как будто стали медленно возвращаться к жизни. Женщина начала надевать тот же самый короткий халат, который носила вчера, обращаясь через плечо к Найсмиту:

— Сегодня вы потренируйтесь в гимнастическом зале на кое-каком оборудовании, которое подготовит вас к охоте на зуга.

— Я знаю. Я нашел его там.

Она повернулась к нему и равнодушно, без всякого выражения посмотрела на него, а затем продолжала одеваться.

— Отлично, это сбережет нам время. Значит, вы видели зуга? Что вы думаете о нем?

— Впечатляет, но я не понимаю, какая в этом необходимость.

— Вы должны сыграть роль охотника на зугов, — проговорила она, застегивая халат вокруг пояса. — Если бы вы увидели его без подготовки, то немедленно выдали бы себя.

— Понятно. — Вспоминая видение, которое он наблюдал тогда ночью в квартире в Беверли Хиллз, Найсмит спросил: — А пистолет? Это для чего?

Она повернулась в нему с вопросительным выражением на лице. Чуран, который как раз вошел, неся машину времени, остановился послушать.

— Пистолет? — спросила Лолл.

— Ну, да, конечно, — немного раздраженно ответил Найсмит. — Ночью, в моей спальне. Скажите, что бы произошло, если бы я взял этот пистолет?

Оба существа переглянулись. Чуран открыл рот, чтобы заговорить, но Лолл резко бросила:

— Помолчи!

Она обернулась к Найсмиту и, порывшись в кармане халата, извлекла оттуда черный цилиндр. Она отодвинула чашки и тарелки в сторону и быстро набросала рисунок пистолета, в котором можно было узнать тот, что видел Найсмит: те же летящие линии и массивная рукоятка. Подошел и Чуран, заглядывая через плечо; было что-то напряженное в его внимании:

— Это был вот такой пистолет? — спросила она.

— Да, конечно.

Она с безразличным видом отвернулась, положив цилиндр назад в карман.

— Вы бы всего лишь получили внушение убить зуга, — проговорила она. — Небольшая предосторожность, и только.

Чуран молча смотрел на нее.

— Ну, что, ты готов? — резко бросила она ему. — Почему мы должны ждать? Почему не можем отправляться?

Тот только пожал плечами, и взял аппарат в руки. Он коснулся органов управления, и тотчас вокруг него появилась похожая на тень яйцеобразная капсула. Бросив последний взгляд направо и налево, Лолл затолкала ребенка внутрь, отступила назад, чтобы дать возможность зайти Найсмиту, и затем вступила внутрь капсулы сама.

В капсуле было темнее, чем обычно, и запах от тел чужаков стоял удушающе тяжелый. По их напряженному отношению и косым взглядам на него Найсмит смог судить, что и его присутствие для них было в равной степени неприятным. Сидя на стуле, Чуран коснулся органов управления, и они поплыли над полом через комнату отдыха в коридор. Снова они следовали вдоль красной линии; когда они проходили сквозь курган, их поглотила тьма, но затем они оказались среди ослепительного солнечного света.

Вдруг контраст между неприятной замкнутостью капсулы и чистой яркостью снаружи стал совершенно невыносимым Найсмиту.

— Подождите. Я хочу выйти наружу.

— Что? — Лолл и Чуран уставились на него. — Высадите меня вон там, на вершине кургана, — показывая рукой, сказал он. — Я хочу минутку подышать свежим воздухом.

Чуран был раздражен.

— У нас не столько времени, чтобы терять его впустую… Вы можете дышать и здесь.

Он снова положил руки на ручки управления, но Лолл остановила его.

— В конце концов, ты же хотел попрактиковаться с эжектором, — тихо проговорила она. — Вреда ведь не будет? Высади его.

Чуран что-то проворчал, но капсула через мгновение развернулась и пошла вдоль пологого склона, поднялась до вершины и зависла там в нескольких дюймах над кончиками травы.

Опустив глаза на аппарат, стоящий на коленях, Чуран потер друг о друга свои квадратные пальцы и опять что-то буркнул себе под нос. Наконец он проговорил:

— Мико, отодвинься немного и возьми ребенка. А вы, мистер Найсмит, стойте где стоите.

Женщина с ребенком сгрудились позади Чурана. Найсмит напряженно ждал. Пальцы Чурана в очередной раз коснулись органов управления, и вдруг Найсмит почувствовал, как его подхватило и, развернув, откинуло в сторону от чужаков. С бока капсулы начал выпирать пузырь; теперь капсула была похожа на два яйца, соединенных узкой трубочкой из тени. Затем, без предупреждения, пузырь исчез, и Найсмит начал падать…

Приземлился он с треском, раскинув руки для равновесия. Глянув вверх, он увидел, как капсула косо уплывает вниз по направлению к подножию холма.

Он встал и оглянулся вокруг, благодарно вдыхая свежий воздух. Нетронутая зеленовато-желтая равнина раскинулась до самого горизонта. Было еще рано, и солнце стояло низко на востоке. Солнце пригревало, но воздух отдавал бодрящей прохладой. Найсмит снова и снова наполнял легкие запахом земли, запахом зелени, ароматами весенних цветов.

Он уселся и принялся наблюдать за огромным клубящимся одеялом облаков, медленно плывущих на запад. Внизу примерно в ста ярдах капсула по-прежнему висела над равниной. Он даже смог различить лица Лолл и Чурана, которые, похоже, о чем-то оживленно беседовали. Немного дальше из травы выпорхнула стая птиц и уселась снова. Еще дальше Найсмит заметил, как среди поросших травой пригорков двигалось какое-то крупное животное: слишком большое для оленя, так что это, наверно, был лось. Но нигде не было видно людей. Ни струйки дыма, ни облачка пыли.

С той высоты ему были отчетливо видны неимоверно огромные очертания погребенного корабля. Мир вокруг дышал спокойствием и пустотой, словно ожидая второго Сотворения.

Наймит подумал о тридцати одном утерянном годе своей жизни и о четырех годах в Калифорнии, которые теперь виделись пустыми и полными непонимания; затем его мысли переключились на то огромное расстояния во времени, которое он пропутешествовал в капсуле вместе с Лолл и Чураном — свыше девяти тысяч лет; а Земля по-прежнему была прекрасна, и прекрасны были ее времена года… Подумал он и о расстоянии, которое ему еще предстояло пройти…» Двадцать тысяч лет, мистер Найсмит «, — сказал тогда Чуран. И ему представилось, как, впрочем, это и было с самого начала, что за всем этим кроется какой-то чудовищный смысл. Этот смысл таился во всем вокруг: в медленном движении облаков по небу, в ощущении похороненного гиганта под ногами. Впервые Найсмит почувствовал себя не столько участвующим в сражении, сколько вовлеченным в поиски знаний.