Темный Источник - Найлз Дуглас - Страница 57

Робин побледнела, и пораженный Тристан взял ее за руку, он попытался и не смог представить себе оскверненную долину ллевирров. Он хорошо помнил музыку Синнории, такую прекрасную, что она чуть не свела его с ума, когда ллевиррские воительницы проводили его отряд через долину всего год назад.

Тристану и его спутникам тогда завязали глаза, потому что, по словам ллевирров, красота долины могла лишить их рассудка.

А теперь Синнория, как и Долина Мурлок, стала жертвой черных сил зла.

– Это наследство Зверя Казгорота, – тихо произнесла Бригит.

– Нет… это знак его хозяина, – резко возразила ей Робин. – Но почему же самые священные и прекрасные места погибают первыми?

– Наверное, потому что настоящая красота хрупка по своей природе, – предположила Бригит.

– Красота может быть сильной, – вдруг сказала Тэвиш, – но само ее присутствие ненавистно злу, с которым мы столкнулись. Мне кажется, именно поэтому Синнория и Долина Мурлок были уничтожены первыми.

– Но на этом не кончится, если мы не одержим победу. Пора в путь, мы уже совсем недалеко от цели. – Тристан оглядел своих спутников, разделяя их горе и без слов убеждая их, что пришло время действовать.

Путники вошли в лес, оставив далеко позади поле боя, и стали пробираться между высохшими стволами громадных дубов и сосен. Четыре сестры-воительницы шли впереди, прокладывая в снегу дорогу – они легко утаптывали снег словно специально приспособленными для этого сапогами. За ними следовал Тристан со своими спутниками, а замыкали отряд идущие друг за другом Маура, Коллин и Бригит.

Все молчали, и лишь шуршание падающего на сухие ветки снега нарушало тишину, зима все плотнее укутывала землю своим покрывалом. В воздухе метались стаи белых легких снежинок, так что разглядеть, что впереди, было почти невозможно. Время от времени на пути попадались невысокие холмы, но идти было легко, да и настроение у Тристана поднялось с появлением Синнорианских Сестер. Они были прекрасными воинами, подобных им королю не доводилось еще встречать, а он почему-то чувствовал, что победить зло он сможет лишь с оружием в руках. К тому же сестры прекрасно ориентировались в Долине…

Вдруг земля у него под ногами задрожала, и раздался страшный грохот.

Тристан отступил назад и упал, но успел увидеть, как перед ним разверзлась чудовищная пропасть и поглотила четырех воительниц, шедших впереди. Края пропасти начали раздвигаться – вот сейчас и он окажется в ее страшной голодной пасти. Но тут кто-то с силой схватил его за воротник и оттащил на безопасное расстояние.

Из пропасти стали вырываться фонтаны зеленого и красного газа, и земля застонала, словно от невыносимой боли. Мертвые деревья, оказавшиеся на краю пропасти, наклонились – их корням уже не за что было цепляться, и начали медленно сползать в черную пустоту. По лесу пронесся треск и грохот падающих деревьев – будто тяжелое дыхание потревоженной земли.

Глубоко вздыхая и отплевываясь, чтобы избавиться от попавшего в легкие газа, Тристан поднял глаза и увидел стоявшего рядом Яака – это он спас его от смертельного падения. Охваченный ужасом, Тристан заглянул в пропасть, в которой погибли четыре воительницы, – он понимал, что у них не было ни единого шанса спастись.

Снег, наконец, перестал падать, и путники смогли рассмотреть то, что лежало перед ними, но представшее их глазам зрелище только усилило их отчаянье и отняло надежду. Перед ними была бездонная пропасть шириной более ста футов. Она тянулась направо и налево, насколько хватало глаз. И обойти эту пропасть было невозможно.

Темный Источник бурлил и урчал, испуская черный дым и ядовитый газ.

Баал узнал о поражении своей стаи, когда оставшиеся в живых перитоны вернулись к Источнику. Ярость Бога вызвала появление глубоких трещин и бездонных пропастей по всей Долине, лишая жизни то немногое, что еще было живо.

Шанту подобралась к кромке черной воды, чувствуя, что хозяин разгневан. Сжавшись в комок и не шевелясь, застыл на земле зверь-путающий-следы, – так ему было приказано. Перитоны, хлопая крыльями, кружили над Источником, но не удалялись от него.

Генна Мунсингер же, превращенная Баалом в свою верную прислужницу, встала с места, где она просидела уже много дней, и подошла к Темному Источнику. Ее глаза, вспыхнувшие было красным огнем, потемнели и уставились в пустоту. Потом, услышав приказ своего повелителя, она отвернулась от Источника и направилась к лесу.

Баал тем временем использовал ярость для достижения своей цели – ему нужна была телесная оболочка, Нить тьмы, соединяющая его с Геенной, стала очень прочной, он был уже почти готов выйти из Источника.

Оболочка, которую он себе выбрал, очень подходила для существования в Затерянных Мирах. Он появится из Источника в обличье человека – но не обычного. Это будет существа устрашающе громадных размеров, вселяющим в каждого, кто его увидит, ужас.

Предательство

Хобарт огорченно вздохнул. Как легко он привел бы свой план в исполнение, если бы он только мог совершить простое заклинание и заставить, например, Понтсвейна делать то, что он, Хобарт, считает нужным и полезным. Вместо этого придется интриговать и обманывать – это, конечно, тоже эффективная тактика, но гораздо более сложная.

В следующий миг он забыл о своих огорчениях. Он никогда не поменяет своих замечательных возможностей священника Баала на дешевые трюки колдунов. Действительно, напомнил Хобарт себе – и Баалу, на случай, если его господин слушает, – он всегда посмеивался над колдунами, даже когда пользовался их помощью.

Священник все чаще посматривал на дверь маленькой таверны, по мере того как время приближалось к полудню. Если этот Понтсвейн действительно таков, как его описал Рэндольф в таверне «Дикий Кабан» прошлым вечером, он непременно придет.

И в самом деле, священник сразу узнал его, как только Понтсвейн переступил порог таверны. У лорда были красивые волнистые каштановые волосы и гордая осанка, но по напряженной улыбке и бегающему взгляду Хобарт моментально понял, что этот человек – как раз то, что ему нужно.

– Лорд Понтсвейн, не присоединитесь ли вы ко мне? – Священник поднялся и учтиво поклонился, показывая на свободный стул. Лорд подозрительно посмотрел на него, но молча подошел к его столику и сел.

«Очень хорошо, – довольно подумал священник, – он прекрасно подходит для этой роли!»

– Что ты хочешь? Мне дорого мое время, и я не люблю таинственности!

– Пожалуйста, простите. Мне было бы неразумно приходить в замок. Я, видите ли, не слишком большой друг Кендриков.

При этом признании Понтсвейн поднял брови, но ничего не сказал и стал ждать продолжения.

– Это не кровная месть, уверяю вас, но много лет назад отец нынешнего короля, отправившись на Побережье Мечей, зло посмеялся над моим отцом.

Детали таковы, что даже сейчас мне не хочется говорить об этом. Достаточно сказать, что теперь я хочу поквитаться с сыном старого короля и готов заплатить ради этого крупную сумму. Никто не пострадает от этой… шутки, но король, я надеюсь, окажется в дурацком положении.

– Что ты считаешь «крупной суммой»?

– Значит, вас это интересует?

– Возможно. Ты не ответил на мой вопрос!

– Сотня… золотых монет. Или, скажем, даже двести золотых – задаток, и еще столько же по завершении сделки?

Лорд не смог скрыть алчного блеска в глазах, хотя и старался сделать вид, что серьезно обдумывает предложение. Хобарт предполагал – и не ошибался – что эта сумма заметно превосходит годовой доход Понтсвейна.

– И что я должен сделать, чтобы получить эти деньги, если, конечно, соглашусь?

– Я слышал, ваш король привез из Каллидирра символ своей власти – корону, скипетр или что-то в этом роде. От вас потребуется только забрать этот символ из замка и спрятать в укромном месте. Вернувшись, король будет в ярости, узнав о пропаже. Вы можете организовать так, чтобы через некоторое время пропажа была найдена. Как я вам уже говорил, я просто хочу доставить ему несколько неприятных минут, не более того.