Темные силы над Муншаез - Найлз Дуглас - Страница 44

— Что с тобой произошло? — В возгласе Робин слышались облегчение и беспокойство. — Мы уже собирались отправиться на поиски.

Полдо, тем временем, отскочил назад и выхватил меч.

— Дракон! — закричал он, показывая на Ньюта стальным острием. Дракончик, в свою очередь, исчез, и, появившись за спиной принца, обиженно выглядывал из-за его плеча.

— Это Ньют, — объяснил Тристан и по очереди представил ему своих спутников.

— Ньют сыграл со мной нечто вроде шутки, и когда я немного пришел в себя, оказалось, что я угодил в трясину, а вокруг топи!

— Я так и знал! — голос Полдо дрожал от праведного гнева. — Колдовство!

— За всю мою долгую жизнь меня еще никогда так не оскорбляли! — теперь пришла очередь возмущаться Ньюту. — Колдовство, ну надо же! Это не более чем маленькая иллюзия, ну и, может быть, совсем чуть-чуть гипноза, но вовсе не «колдовство!» Почему бы мне не предоставить вам возможность самим искать Большую Пещеру, или просто сказать тем громадным уродливым парням, что вы здесь, и пусть они придут сюда и разберутся с вами!

— Подожди минутку, — вмешался Тристан, поворачиваясь к своим друзьям.

— Ньют рассказал мне о неких существах, которые построили где-то здесь «Большую Пещеру». Бьюсь об заклад, что это фирболги и что именно там мы найдем Керена!

— А кто такой Керен?

— Наш друг — мы пришли сюда, чтобы спасти его. Он самый лучший менестрель среди ффолков! — сказал Тристан.

— О, так это менестрель! — от этого известия Ньют даже подпрыгнул. — Я видел, как они тащили его… сейчас он уже, наверное, мертв. Я надеюсь, что это не означает, что вы сразу отправитесь домой, а? Это было бы так ужасно — сейчас, когда мы только начали…

— Мертв? — Лицо Робин побелело. — Ты уверен?

— Ну, нет, — ответил дракон, суженный тем, что его прервали. — Может быть, он еще жив, но когда его тащили в Большую Пещеру, выглядел он неважно.

— Мы должны найти его! — заявил Тристан. — Ты покажешь нам пещеру?

— Нет, если вы не прекратите ваши дурацкие разговоры о колдовстве и подобной отвратительной чепухе! — с неожиданной краткостью сформулировал Ньют свои условия.

— Мы приносим свои извинения, — сказал Тристан. — Мы больше не будем говорить ничего подобного, не так ли… Полдо?

Карлик, казалось, старался возразить, но передумал и проворчал, что он согласен.

— Ну, после того, как мы немножко перекусим, я отведу вас туда, — Ньют примостился рядом с сумками, где была сложена провизия, и с любопытством заглянул в одну из них. — Хммм, сыр… О, и еще колбаски. Как здорово! — Через секунду дракончик вытащил связку колбасок, длиной не меньше его самого, и начал с аппетитом уплетать их. Потом последовали два здоровенных ломтя хлеба с сыром и фляжка красного вина. Он было полез в сумку за добавкой, но Тристан остановил его, под тем предлогом, что уже светает.

— Ну, а теперь ты покажешь нам пещеру? Это действительно очень важно.

Дракончику вовсе не хотелось прерывать свою трапезу, но потом, взглянув на свой округлившийся животик, он решил, что ближайшие несколько часов не помрет с голоду.

— Это недалеко, — пообещал Ньют и повел их сквозь плотные сплетения веток, колючих кустов и ползучих растений. В нескольких местах Тристану и Дарусу приходилось мечами прорубать себе дорогу. Дракон, однако, не обманул их. Когда они пересекли болотистую прогалину, Ньют обернулся через плечо и заговорщически зашептал:

— Большая Пещера там, прямо за этими кустами.

Они молча привязали лошадей в кустах, и стали осторожно пробираться вперед. Тристан и Робин шли рядом, а над ними летел Ньют. Вскоре они добрались до невысокого, густо заросшего кустарником холма, за которым начиналась широкая поляна. Перед ними была Большая Пещера. Сложенная из крупных камней, она казалась нечто средним между святилищем и крепостью. Над огромной постройкой парил черный сокол Сейбл.

Левиафан почувствовал присутствие флота, как только он вышел в море из Железной бухты. Существо смутно понимало опасность, которую для богини представляли корабли. Оно решительно повернуло в сторону флота северян, который пока что находился еще далеко. Могучий хвост медленно направил левиафана навстречу флоту; изредка огромное тело появлялось на поверхности, чтобы набрать воздуха. Потом оно ныряло снова и подолгу не показывалось. Наконец, огромный хвост вздымался над волнами. Левиафан высоко поднимал его — возможно, это был жест вызова — а затем, с силой ударяя по волнам, уходил глубоко в воду. Так прошло много дней — изредка Левиафан поднимался на поверхность за воздухом, потом снова уходил в глубину и плыл дальше. Пока он плыл, он чувствовал далеко впереди странную угрозу. Нечто порочное, извращенное вошло в воду, нарушая Равновесие и оскверняя чистое море; тем самым оно посылало вызов Левиафану. Чем дальше на север, тем сильнее ощущал он осквернение моря. Оно распространялось, как отвратительный яд, забивая дыхательные пути существа и беспощадно жаля его глаза. Однако, Левиафан решительно плыл все дальше. Скоро придет время убивать.