Титан. Фея. Демон - Варли Джон Герберт (Херберт) - Страница 74

«На месте» было просто куском грязного картона, болтающегося на гвозде.

Вслед за указующим перстом Крис'фер проследовал сначала за дверь, а потом по коридору. Внутренние двери открывались направо и налево в голые кирпичные комнаты. В Гейском посольстве не оказалось ничего, кроме металлического стола и нескольких тюков сена в штабеле у стены. Крис'фер вошел в помещение — и только тут заметил разлегшуюся на столе титаниду.

На человеческом торсе у титаниды болтался наряд из комической оперы, украшенный латунными побрякушками и тесьмой. Конское же ее тело было пегим. То же самое можно было сказать и о ее руках и предплечьях, торчавших из рукавов куртки. Она явно спала, причем храпела почище цепной пилы. Также она обнимала золотистый кивер с длинным белым плюмажем, запрокинув при этом голову и демонстрируя загорелое пегое горло. Из перевернутой шляпы наклонно торчала бутылка спиртного, и еще одна такая же бутылка стояла у задней ноги.

— Есть там кто-нибудь? — Голос доносился сзади, из-за двери с надписью «Ее превосходительство Валторна (Гипомиксолидийское Трио) Кантата». — Тирарси, займись-ка, а? — Затем последовало дикое сморкание, а потом оглушительный чих.

Крис'фер нерешительно отворил дверь и сунул туда нос. Там за столом оказалась еще одна титанида.

— Ваша… гм… похоже, она отрубилась.

Титанида опять чихнула.

— Во-первых, — начала посол Кантата, — не она, а он. И ничего тут странного. Он так далеко завернулся от колеса, что даже не помнит, как оно крутится. — «Завернуться от колеса» было стремительно заменено на «закладывать за галстук», «пить мертвую» и другие эвфемизмы на предмет пьянства. Действительно, титаниды, привезенные на Землю, пьяницами оказались отменными. И дело тут было не просто в спирте — который они знали еще на Гее — а в одном мексиканском растении. Титаниды так обожали его сброженный, очищенный нектар, что Мексика стала одним из немногих земных государств, которые могли похвастаться экспортной торговлей с Геей.

— Ладно, входи, — сказала посол. — Присаживайся сюда. Я буду через минутку. Сперва надо выяснить, куда запропастился Цыган. — И она начала было вставать.

— Если вы про такую пеструю-пеструю титаниду, то она заскочила в Залив.

Посол так и замерла с приподнятыми задними частями, а ладонями уперлась в стол. Медленно, но верно ее огузок опустился на место.

— В Западной Америке есть только одна «пестрая-пестрая титанида», и зовут ее Цыган. Между прочим, он мужчина. — Сузив глаза, она взглянула на Крис'фера. — А что это он — так, просто для понта? Или была какая-то более веская причина?

— Думаю, он вдруг решил найти себе срочное дело в Марин-Каунти. За ним гналась орава рыл пятьдесят.

Посол скривила губы.

— Вот урод. Опять по барам шляется. У негодяя только и интереса, что к человеческим задницам. А теперь он, кажется, получил свое. Что ж, садись. Теперь придется пытаться улаживать все с полицией. — Она подняла старомодную трубку и попросила связать ее с муниципалитетом. Крис'фер тем временем ухватил единственный в помещении стул, подтащил его поближе к столу и устроился там. Пока Кантата разговаривала, он оглядывал кабинет.

Кабинет был велик, как это и предполагалось, чтобы вместить туда титаниду. Там было навалом всяких древностей и произведений искусства девятнадцатого и двадцатого столетий, но совсем мало мебели. В одном из углов помещения к полу был привинчен водяной насос с длинной ручкой, а голая лампочка, что болталась по центру, была оснащена лишь освинцованным абажуром Тиффани. Рядом с единственным окном кабинета располагалась свободно стоящая печка для топки древесиной. По стенам висели картины и плакаты: Пикассо, Уорхол, Джейэнд-Джи Минтон, а также небольшая черная табличка, где оранжевыми буквами значилось: «Когда-нибудь я непременно ВОЗЬМУСЬ ЗА УМ!» Позади стола висели две фотографии и портрет. Там были изображены Иоганн Себастьян Бах, Джон Филип Соуза и вид Геи из космоса. На столе стояло серебряное ведерко с лимонами.

Половина пола была покрыта сеном. Повесив трубку, посол Кантата потянулась к початой бутылке текилы и ведерку с лимонами. Потом кинула в пасть целый лимон, захрустела им и треснула полбутылки текилы.

После столь приятной процедуры титанида вопросительно взглянула на Крис'фера.

— У тебя случайно соли с собой нет? Тот помотал головой.

— Вот жалость-то. Дернешь текилы? А как насчет лимончика? Где-то у меня тут, по-моему, нож… — Она принялась шарить по ящикам стола, но прекратила, когда Крис'фер вежливо отказался.

— А мне он показался женщиной, — сказал затем Крис'фер.

— Мм? А-а, ты про Цыгана. Нет-нет, мне уже приелась эта ошибка. Тебя одурачили груди. Но у нас у всех они есть. Груди-грудями, но он мужчина. Все определяют передние органы. Ну между передними ногами. У Цыгана такая внешность, что издалека не очень и разглядишь — с этим узором из квадратиков. Вот я, к твоему сведению, женщина, и ты можешь звать меня Валторной. Но как зовут тебя, и что я могу для тебя сделать?

Крис'фер сел прямее.

— Меня зовут Крис'фер Минор, и мне нужна виза. Хочу посмотреть на Гею.

Валторна вписала его имя в бланк из кипы у себя на столе. Потом посмотрела на Крис'фера и убрала бланк.

— Мы рассылаем визы во все главные аэропорты, — сказала она. — Нечего было ко мне заявляться. Просто возьми наличные и топай к торговому автомату.

— Нет, — дрожащим голосом возразил Крис'фер. — Мне нужно лично увидеться с Геей. Я должен с ней увидеться. Она — мой последний шанс.

ГЛАВА II

Безумный мажор

— А-а, так тебе чуда хочется, — с безупречным ирландским акцентом заметила титанида. — Тебе страшно необходимо встать где повыше и попросить Гею выполнить твое заветное желание. Ты хочешь, чтобы она тратила свое драгоценное время на то, что тебе кажется важным.

— Да вроде того. — Он замялся, прикусив нижнюю губу. — Да, пожалуй именно это мне и нужно.

— Хочешь, догадаюсь? Медицинская проблема. Точнее, фатальная медицинская проблема.

— Медицинская. Но не фатальная. Понимаете, у меня…

— Потерпи, погоди минутку. — Титанида подняла руки и обратила их ладонями к нему. «Да, теперь точно отошьет», — решил Крис.

— Прежде чем мы продолжим, давай я все-таки заполню твою анкету. Крис'фер пишется с апострофом? — Облизнув кончик карандаша, она проставила дату вверху страницы.

Следующие несколько минут были заняты переписью той же самой информации, которую запрашивают во всех государственных конторах мира: личный номер, имя супруги, возраст, пол… «(WA3874—456—11093, отсутствует, двадцать один, гетеро-мужской…»). К возрасту шести лет любой человек цитирует такое даже во сне.

— «Причина желания увидеться с Геей», — прочла титанида.

Крис'фер сплел пальцы и почти скрыл за ними лицо.

— У меня бывает такое состояние. Это… довольно тяжело описать. Там что-то с железами или с нервами; никто толком не знает. Пока есть только около сотни таких случаев, и единственное их название — «синдром 2096 тире 15». А случается, собственно говоря, то, что я теряю контакт с реальностью. Иногда это предельный ужас. В других случаях я ухожу в иллюзорные миры и тогда могу черт-те что натворить. Порой я просто ничего не помню. Я галлюцинирую, говорю на незнакомых мне языках, и мой потенциал Райна резко обостряется. Хотите верьте, хотите нет, но я становлюсь страшно везучим. Один врач считает, что как раз эта добавочная пси-энергия до сих пор меня и выручала. Я никого не убил и не попытался полетать, прыгнув, к примеру, с крыши небоскреба.

Титанида фыркнула.

— А ты уверен, что хочешь вылечиться? Большинству из нас лишний фарт совсем бы не помешал.

— Мне это, знаете ли, не смешно. Никакие лекарства не помогают; все, что можно сделать, когда это случается, — накачать меня нейролептиками. За эти годы мне уже переставили все психиатрические диагнозы, какие только существуют в природе, но доказать удалось только одно — проблема эта медицинская. В моем прошлом не было травмы, которая могла бы такое вызвать. Никаких текущих проблем тоже нет. Лучше бы что-нибудь такое было. А так — психиатрия тут бессильна. Гея — моя последняя надежда. Если она меня отвергнет, мне придется отправиться в дурдом и быть там до конца дней. — Тут пальцы Крис'фера непроизвольно сцепились в тугой узел у подбородка. Потом он заметил и разжал хватку.