Адвокат дьявола - Найдерман Эндрю - Страница 22

– Так вы говорите, мужья не в курсе?

– Ну, то есть не совсем, – объяснила Норма.

– Ты же не рассказываешь своему супругу обо всем? – спросила Джин.

– Но мы же близкие люди...

– И мы близкие, – ответила Норма, – но Джин права. У женщин есть свои секреты. Нас трое и у нас своя компания. Мужчины – это прекрасно, особенно наши мужчины, но они, помимо прочего, – все же мужчины!

Говоря это, она для пущего убеждения округлила глаза.

– Вообще-то нас не трое, а четверо, – поправила ее Джин. Норма озадаченно сморщила лобик. – Нас же четверо – ты забыла про Хелен.

– Ах да, Хелен. Что-то ее последнее время совсем не видно. Она стала... уходить в себя... – Норма сделала театральный драматический жест. И снова обе рассмеялись.

– Что значит – "ушла в себя"?

– Ладно, давай начистоту. Не хотелось посвящать тебя в это, да уж какие секреты у подруг. Хелен никак не может прийти в себя после смерти Глории Джеффи и сидит сейчас на таблетках. Она вылечится – и ты увидишь, что это прекрасная девушка, добрая, и к тому же очень привлекательная.

– Глория Джеффи? Мне о ней ничего не говорили.

Норма переглянулась с Джин.

– Прости, – сказала Джин, – я думала, ты знаешь про семейство Джеффи. – Она повернулась к Норме, – кажется, я проговорилась.

– Ну теперь, чего уж там, валяй до конца.

– Кто такие Джеффи? – с обостренным интересом спросила Мириам, предчувствуя недоброе. Что скрывает от нее Кевин? Что, в самом деле, здесь происходит?

– Тем более что я не представляю, как такое можно долго скрывать. Рано или поздно ты все равно бы обо всем узнала. Просто не хотелось охлаждать ваш энтузиазм, – поморщилась Джин.

– Нет уж, давайте, выкладывайте. Я не настолько наивна, чтобы строить замки из песка.

– Я тебя понимаю, – вставила Норма.

– Расскажите мне о Джеффи, – настаивала Мириам.

– Это адвокат, на место которого приняли твоего мужа. Он покончил жизнь самоубийством.

– Как?

– После смерти жены во время родов, – торопливо сказала Джин.

– Боже мой!

– Да. Так случилось. У них было все. Ребенок родился совершенно здоровым, сын, – рассказывала Норма. – И Ричард был прекрасным человеком. Дейв говорит, что это лучший адвокат, которого он когда-либо встречал, включая мистера Милтона.

– Какая трагедия. – Мириам задумалась. – Так они, получается, жили в наших апартаментах? – Девушки закивали. – Так я и думала... детская.

– Ох, я тебя расстроила этой новостью, – простонала Джин.

– Нет, все в порядке. И как же мистер Джеффи... наложил на себя руки?

Норма ухмыльнулась и покачала головой.

– Он спрыгнул с террасы, – затараторила Джин. – Ну вот, теперь я тебя окончательно расстроила, Тед меня точно убьет.

– Нет, ничего...

– Дейв тоже будет не в восторге, если узнает, что я в этом участвовала, – скуксилась Норма.

– Нет, что вы, в самом деле, вы здесь ни при чем. Я смогу с этим справиться. Просто Кевин должен был заранее предупредить меня.

– Как ты не понимаешь, – жарко зашептала Норма, – он же пытался уберечь тебя. Как любящий муж. И Дейв, и Тед поступили бы точно так же, верно, Джин?

– Абсолютно. Не следует винить его в этом, Мириам.

– Но мы же не дети! – воскликнула она.

Однако, вместо того чтобы обидеться, обе подружки расхохотались.

– Конечно, не дети, – отвечала Норма. – Но нас любят, холят, лелеют. Может, ты не понимаешь, как это важно, только, Мириам, поверь мне... поверь нам, со временем ты поймешь, как это здорово, когда о тебе заботятся и защищают от любых проблем. Вот мы с Джин никогда не спрашиваем мужей о работе, о подробностях этих грязных уголовных дел, и даже газет не читаем, только журналы и каталоги.

"Что они несут?" – с досадой подумала Мириам.

– И они в нашем присутствии тоже не обсуждают свои дела. Разве это не забота о близком человеке – избавить его от этой грязи? – спросила Джин.

Мириам перевела взгляд с одной на другую. Затем устало откинулась на спинку дивана. Может, они и правы: не знай она подробностей дела Лоис Уилсон, у нее не лежал бы сейчас камень на сердце. И она бы только наслаждалась будущим.

– К тому же, – продолжала развивать тему Норма, – они так изматываются на работе, чтобы сделать нас счастливыми...

– И мы должны стараться, – заключила Джин, – облегчить им жизнь.

Обе рассмеялись в унисон и так же дружно пригубили вино.

Мириам помолчала некоторое время.

– А что Хелен Сколфилд? Расскажите о ней, – попросила она. – Как она себя сейчас чувствует?

– О, ей становится лучше. Идет на поправку. Курс лечения ей здорово помог. Мистер Милтон нашел первоклассного специалиста, как только узнал, что с ней происходит.

– Она снова рисует, – добавила Джин. – Ей это помогает.

– Да, и обязательно покажет тебе свои картины, как только окончательно поправится.

– Да, картины у нее просто сказка. Чем-то напоминает Шагала, с примесью Гудфеллоу. Помнишь, Норма, выставку абстракциониста в галерее Симмонса в Сохо, куда мы ездили в прошлом месяце?

Норма закивала.

Мириам покачала головой, и на лице ее возникла печальная улыбка.

– Что-то опять не так? – спросила Джин.

– Вы все такие... городские... столичные, – сказала она, припоминая слова Кевина. – Ко всему относитесь так ... спокойно... ничего не боитесь. Это замечательно. Я вами просто восхищаюсь.

– Знаешь, по-моему, вы и впрямь там на своем Лонг Айленде варитесь в собственном соку, – сказала Джин, вдруг посерьезнев. – Я права?

Мириам задумалась. Иногда ей тоже казалось, что это так. С двенадцати лет родители определили ее в частную школу, потом колледж для "особо одаренных", после школа моделей. И всегда о ней заботились, всегда опекали. В общем-то, она и не знала настоящей жизни.

Потом, после свадьбы, она перешла под опеку Кевина. Тогда он мечтал об одном – обрести права полного партнерства в фирме "Бойл, Карлтон и Сесслер" и прочнее обосноваться в Блисдейле. И все только потому, что она так привыкла? Но разве она удерживала его? Может, если бы не она, он бы скорее попал в этот столичный мир? Как же она была эгоистична, и сейчас не могла себе этого простить. И все же...

– Наверное, ты права.

– У нас с Нормой детство было тоже беззаботное и идиллическое. У Нормы отец – пластический хирург на Парк-авеню. Она жила в фешенебельном Истсайде, пока не выскочила замуж. А я родом из графства Суффолк, и мои родители тоже люди не бедные. Отец брокер, а мать агент по торговле недвижимостью, причем такого размаха, что могла бы продать и Бруклинский мост.

– Она бы точно могла, – подтвердила Норма. – Я с ней встречалась.

– Ничего, – успокоила Джин. – Со временем станешь такой, как мы. Будешь так же маяться дурью. Хочешь-не хочешь, а будешь, – пророчески закончила она.

Последовала пауза – и Норма расхохоталась. Джин присоединилась к ней, и, словно следуя предсказанию, Мириам тоже стала смеяться.