Битва королей. Огонь эльфов - Хеннен Бернхард - Страница 168

Эльфийка вынула камень, висевший на тонком кожаном ремешке, из-под доспеха. Олловейн смотрел на нее недоверчиво.

— Больно не будет, — произнесла Эмерелль, хоть и не была в этом уверена.

Она мягко коснулась камнем его лба и прошептала слово силы. Затем коснулась его воспоминаний. Увидела, как он выполняет самую грязную работу, увидела его бой с Мелвином. Ганда ухаживала за ним, когда он был ранен. Во взгляде лутинки она прочла, как много эльф для нее значит. А потом воспоминаний не стало. Со всей своей силой, со всей яростью устремилась Эмерелль против заклинания, лежавшего на Олловейне. От собственной жизни его отделяла стена темноты. Эмерелль представила себя тараном. Силой, которой ничто не может противостоять. Но стена осталась нерушима.

Потом она подумала обо всем невысказанном. О своей любви к Олловейну, у которой никогда не было жизни. Подумала о Фальрахе и обо всех других, в ком рождался с тех пор Фальрах. Самоотверженный воин, умерший от удара, который должен был убить ее.

Камень альвов был холодным.

— Отойди от него, женщина! — прошипела Сканга. — Он наш! Убирайся! Теперь ты никто!

— Не оскорбляй Эмерелль. — Олловейн поднял меч. — Убирайся ты!

— Но, мальчик, ты ведь наш.

— Я бы знал!

Голос показался королеве знакомым, несмотря на то что она уже давно не слышала его.

— Фальрах?

— Нам стоит отступить, сестра по мечу, — негромко произнес он. — Там, наверху, слишком много троллей. В одиночку их не остановить. А здесь нам не найти укрытия, если им придет в голову швыряться камнями.

Это Фальрах! Его не спутать ни с кем! Он снова заслонил ее собой. Где же Олловейн? Почему Фальрах вышел вперед, а Олловейна она найти не смогла?

— Что ты наделала, безмозглая эльфийская шлюха? — закричала Сканга. Голос ее стал пронзительно-звонким от страха.

Эмерелль оглянулась, но ничего не увидела.

— Они пришли, проклятые! Они нашли ворота, которые ты открыла для них!

Как Кадлин к Луту ходила

«Ловить каждое слово народа» — истории крестьян, живущих в глуши на севере Фьордландии,

собранные и записанные Свейном Эйриксоном, с. 72

В сердце тьмы

Нельзя доверять эльфам! Никогда! Если Сканга чему и научилась за свою жизнь, то именно этому. Не случайно подчиняется Эмерелль, и уж точно не от большой любви. Королева знала, что ингиз придут. Знала и то, что сама не справится с порождениями тьмы, если они повалят валом.

— Лес выглядит жутко, — шептала шаманке на ухо Бирга. — Трава завяла, словно жарким летом. С деревьев отслоилась кора. Их силуэты, похожие на кости, торчат на фоне неба.

«Довольно», — проворчала троллиха. Ей не хотелось знать, чего боится ученица.

— Смотри, чтобы я не споткнулась о ветку, а так помалкивай!

Лес выглядит жутко. Смешно! Если бы Бирга могла видеть то, что видит она, то сразу поняла бы, что такое жуть. Например, ауру Алатайи. Сканга никогда прежде не видела ничего подобного.

Или аура этого эльфийского рыцаря Олловейна. Когда троллиха увидела его впервые днем, голова у него была размером с большой палец. А теперь казалось, будто у него выросла новая.

Или разрушительные силовые линии, создаваемые ингиз. Они скользили от замка к небу, подобные щупальцам гигантского кракена. А там, где они падали на землю, из нее уходила вся жизнь. Мертвый лес вовсе не жуток. Его опустошили ингиз.

Сканга поглядела на небо. Похоже, остальные не могли видеть происходящего там. Может быть, так оно и лучше. Оба войска получили приказ отойти на расстояние дневного марша. И подумать страшно, что случится, если щупальца коснутся воинов.

— Мы прошли путь к замку, — прошептала Бирга.

Сканга плюнула на попытки поставить молодую шаманку на место. Ей нужна была вся сила для поддержания магического кокона. Он защищал маленькую группу: Эмерелль, Алатайю, дитя человеческое, эльфийского рыцаря с новой головой и болтливую Биргу.

Интересно, что произойдет, если тентакль коснется кокона? Нет, лучше об этом даже не думать! В Ничто это заклинание хорошо защищало ее и Бранбарта. Впрочем, ингиз в Ничто и не объединяли свои силы, как делали это Сейчас.

Алатайя что-то говорила о разбитом камне альвов. Третий камень, сейчас бы он им пригодился! Когда все это закончится, она займется эльфийской потаскухой.

Взгляд Сканги остановился на ауре княгини-ведьмы. Нет, возможно, разумнее будет быть с ней поласковей. В ней таилась какая-то странная тьма. Лучше ее не злить. И без камня альвов сила ее велика.

Теперь ингиз были повсюду. Они целыми полчищами прятались в тенях вокруг них. В замке Эмерейль было холодно. Магический блеск, будто старая штукатурка, осыпался со стен. Не важно! Подобные безделушки им ни к чему. Вполне вероятно, что Гильмарак выберет себе в качестве резиденции какое-нибудь другое место. Она будет настоятельно советовать ему так поступить. К счастью, чаще всего мальчик слушает ее советы. Войска Эмерелль, похоже, приняли исход дуэли. В этом был единственный плюс появления ингиз. Тени всех напугали настолько, что никто даже не вспоминал, что битвы не было. Эмерелль в конце концов просто отдала корону. Сканга не верила, что королева сделала это исключительно из-за эльфийского рыцаря. Наверняка за этим кроется что-то!

Что-то ощупало кокон. Шаманка крепко обхватила камень альвов. Чужая сила снова отступила. Щупальца, которые видела старая троллиха, тянулись далеко за пределы замка. Вообще-то здесь им должно было быть спокойнее, чем где-либо снаружи. Земля обещала ингиз славную добычу. Что значат кучка женщин и один мужчина в сравнении с жизненной силой, которую несет в себе лес?!

— Мы проходим мимо фонтана с драконом и приближаемся к высоким дверям, — шептала на ухо Бирга. — Думаю, мы почти дошли до тронного зала.

«Да, да», — думала Сканга. Она видела тропу альвов, проходившую прямо через двери в тронный зал. Теперь она рассмотрела и остальные линии. Их было шесть. Нужно бросить эту одержимую властью эльфийскую шлюху на поживу ингиз! Как Эмерелль могла осмелиться разорвать часть золотой паутины?! И что это ей дало? Несмотря на все беды, это будет славный день в истории народа троллей. Гильмарак стал королем Альвенмарка. Никогда прежде так не почитали серокожего! И Эмерелль унижена!