Битва королей. Огонь эльфов - Хеннен Бернхард - Страница 145

— Фенрил?

Взгляд эльфа прояснился.

— Они там, я имею в виду людей. Их много. Очень много. Тролли идут им навстречу. Я был к ним настолько близко, что смог подслушать. Ими командует вожак стаи Горнбор. Их около тысячи. В одиночку люди не смогут победить. Здесь гораздо больше троллей, чем мы ожидали. Можно подумать, что Оргрим опасался нападения.

Элодрин раздраженно отмахнулся.

— Чепуха! Откуда ему знать об этом? — Он сам до последнего не знал, стоит ли восставать против Эмерелль. — Как думаешь, сколько троллей осталось в Нахтцинне?

— Воинов? Вряд ли больше сторожевого отряда. Остальные уже слишком далеко, чтобы заметить, что мы атакуем башню. Очень скоро они наткнутся на людей. Но, быть может, до битвы дело вообще не дойдет. С востока приближается буря. Если люди не найдут укрытия, они будут гибнуть сотнями.

Элодрин скрыл раздражение. Этот Альфадас и его солдаты постепенно превращаются в обузу. Впрочем, троллей они из замка выманили. Все остальное второстепенно. Если налет удастся, они смогут найти пристанище в крепости троллей.

— Мы атакуем, граф. Настоящим я передаю тебе командование флотом. — Элодрин обернулся к воинам, стоявшим у поручней. — Много лет назад герцог Оргрим возглавил атаку на Филанган, проникнув с горсткой отборных воинов в сердце крепости по тайным путям. Сегодня мы таким же способом атакуем его замок. Отомстим троллям за Филанган!

Не было ликования и самоуверенных ухмылок, с которыми, как доводилось видеть Элодрину, шли на битву кентавры. В глазах тех пятидесяти, которых князь отобрал для первой атаки, горела холодная ярость. Они потеряли родных и близких в боях за Снайвамарк. В каждом из присутствующих Элодрин был уверен: они утратили чувство романтического рыцарства.

— Следуйте за мной! — приказал он, перемахнул через поручни и нырнул в ледяную воду.

Холод обжег кожу, но уже через удар сердца согревающее заклинание, с помощью которого командующий защитился, подстроилось под изменение температуры. Вокруг него образовались тысячи серебристых водяных жемчужин, создавая изолирующий слой.

Вокруг элегантно входили в воду воины. Словно тюлени на охоте, скользили они вверх по фьорду. Ночь и туман скрывали их от взглядов троллей.

Отряд вела Шалавин. На руках и ногах у нее были браслеты со светящимися перламутровыми янтаринами, и все могли следовать за ней в темных водах фьорда.

Фингайн разведал путь, по которому они шли, два года назад. Легендарный герой Фародин рассказывал сокольничему, как попал в Нахтцинну, когда убил Оргрима в его предыдущем воплощении. Эти тайные тропы приведут их теперь в сердце крепости.

Туман над ними рассеялся. Элодрин видел, как покачиваются на волнах корпуса кораблей. Он вынырнул и с любопытством поглядел на Нахтцинну, возвышавшуюся над каменным молом, выходившим далеко в воды бухты. Крепость Оргрима представляла собой огромную, до самого неба, башню, росшую из отвесных выступов скалы. Свинцово-серое небо поглощало все цвета. Казалось, мир состоит только из оттенков черного и серого. Слабый свет пробивался через оконные ниши, занавешенные тонко выскобленными звериными шкурами, чтобы защитить жителей от зимнего ветра. Башня Оргрима отличалась от остальных тролльских крепостей, которые видел князь. Она походила на более грубую, мрачную копию замка Эмерелль в Сердце Страны. Окруженная по сторонам колоннами и арочными контрфорсами, башня поднималась к облакам, которыми было затянуто небо. В некоторых местах колонны торчали из стен, точно огромные шипы. Сотни окон пронизывали постройку совершенно бессистемно. Кто бы ни создал эту крепость, он был великим архитектором, но все свое умение потратил на то, чтобы творение выглядело мрачным и угрожающим.

Пять черных тролльских галеас были пришвартованы вдоль длинного причала. До сих пор Элодрин цеплялся за слабую надежду на то, что, возможно, Фенрил ошибся, летая в образе сокола. Ведь птицы не умеют считать! Но теперь стало ясно, насколько надежда беспочвенна. На пяти галеасах можно было перевезти даже больше воинов.

Князь снова нырнул. Остальные пловцы виднелись вдали размытыми силуэтами. Он отогнал все тревоги и сосредоточил силы на плавании. Размеренными, сильными движениями он стал нагонять своих. А затем прошел через темное отверстие в портовом волноломе, построенном прямо над скалистым дном бухты.

В узком туннеле Элодрина накрыла паника. Легкие горели, воздух скоро закончится. Его окружала полнейшая темень. Плечи царапала грубая скала. Князь повернулся и ударился головой о край. Испуганно выдохнул. Попытался выпрямиться, упершись руками и ногами. Он потерял ориентиры. Где верх, где низ? В каком направлении он попадет глубже в скалу? Какой путь ведет назад в бассейн гавани?

В темноте загорелся свет. Матовый, далекий. Делая неловкие движения, Элодрин поплыл ему навстречу. Свет стал ярче. Матово-желтое мерцание… Над ним заблестела гладкая поверхность воды.

Оттолкнувшись в последний раз, князь наконец снова смог дышать. С трудом переводя дух, он жадно хватал воздух. Эльф оказался в просторном гроте. Вода поблескивала, словно черное зеркало. Стены вокруг были белыми от извести. В скалы были вставлены янтарины, источавшие теплый желтоватый свет.

Князь ощупал лоб. Он кровоточил. На несколько ударов сердца закрыл глаза. Элодрин пытался не думать о том, что над этим гротом возвышаются зубец скалы и огромная башня. Он заперт в камне, точно крохотное животное, которых иногда находят в прозрачном янтаре.

Глупости, мысленно отругал князь себя. Есть туннель в гавань и дюжины других туннелей, ведущих из грота наверх, в башню троллей. Как и в большинстве замков, построенных кобольдами, здесь был лабиринт переходов и потайных комнат. Второй скальный замок, где слуги могли передвигаться, скрытые от взглядов господ. Кобольды, создавшие это место, давно исчезли. Но их наследие обречет троллей Нахтцинны на погибель.

Элодрину удалось подавить приступ паники. Он заставил себя дышать ровно. Повсюду вдоль берега двигались эльфийские воины.

Размеренными гребками князь подплыл к плоскому камню и подтянулся. Ему навстречу поспешила Шалавин. Она взглянула на ранку на голове Элодрина, но воздержалась от замечаний.

— Неожиданная трудность, князь.

Элодрин раздраженно нахмурился. Гулкая боль напомнила о ране.

— Какая?

— Кобольдский туннель. Кто-то заполнил его камнями. До сих пор мы не сумели найти пути наверх.

На шелковых веревках

Кадлин натянула тетиву до самой щеки, а затем оперенная черным стрела отправилась в полет. Девушка целилась в тролля с огромной головой, который, размахивая оружием в обеих руках, прорвал строй воинов с длинными копьями.

Порывистый ветер принялся трепать плащ Кадлин, закрутил стрелу. Та пролетела более чем в шаге от тролля. Беспомощно ругаясь, девушка нащупала колчан, висевший у нее на боку. Половину стрел она уже выпустила, и они не причинили никакого вреда.

Охотница чувствовала себя жалкой. Она стояла на краю отвесного утеса в более чем сотне шагов над полем битвы. Здесь она была в относительной безопасности, но вынуждена была беспомощно наблюдать за бойней.

Король Альфадас привел более трех тысяч воинов в узкую, окруженную скалистыми утесами долину, расположенную неподалеку от замка троллей. Когда они вернулись в Фирнстайн, призвали всех мужчин в окрестностях, способных держать оружие. Многие из них были простыми крестьянами или ремесленниками. Большую часть воинов составляли копьеносцы. Их оружие было в полтора раза длиннее роста взрослого мужчины. Копьеносцы выстроились в плотные соединения и выставили копья вперед. Они представляли собой практически непреодолимое препятствие, пока им удавалось держать строй.

За стеной копий ждали три подразделения алебардщиков. Это оружие было придумано для боя против троллей. Топор насаживали на очень длинное древко, чтобы получить дополнительное пространство между собой и троллем в бою. Воины должны были атаковать, если троллям удастся прорвать боевой строй копьеносцев. И работы у них было полно, поскольку все больше и больше троллей прокладывали себе дорогу сквозь ряды детей человеческих; распространяющаяся паника продолжала увеличивать бреши в строю.