Речные заводи (том 2) - Най-ань Ши - Страница 150

Однако мы оставим пока Сун Цзяна с его пятью отрядами и расскажем о том, как разведчики из Цзэнтоуши, разузнав о приготовлениях разбойников, отправились с докладом к начальству. Когда эти сведения дошли до Цзэна-старшего, он пригласил к себе на совет наставника Ши Вэнь-гуна, а также Су Дина, чтобы обсудить с ними важные военные вопросы. И тут Ши Вэнь-гун сказал:

– Когда отряды из Ляншаньбо будут приближаться, необходимо устроить для них побольше ям-ловушек. Только таким способом можно будет выловить их сильных бойцов и грозных начальников. Для борьбы с подобными разбойниками это самый подходящий план.

Цзэн-старший тут же послал поселян и жителей городка с мотыгами и лопатами вырыть около предместья несколько десятков ям-ловушек. Сверху эти ямы прикрыли землей, кругом устроили засады и стали ждать прихода противника. Часть поселян была отправлена также и к северу от Цзэнтоуши, чтобы и там приготовить несколько десятков ям-ловушек.

И вот Сун Цзян со своими отрядами выступил в поход, а У Юн тем временем тайно послал вперед на разведку Ши Цяня. Через несколько дней Ши Цянь вернулся и сообщил:

– К северу и югу от Цзэнтоуши повсюду вырыты ямы-ловушки. Их так много, что и не перечесть. В настоящее время противник ждет подхода наших отрядов.

– Что ж, ничего удивительного в этом нет! – сказал, рассмеявшись, У Юн.

Отряды двигались вперед и вскоре достигли окрестностей Цзэнтоуши. Был как раз полдень. Вдруг впереди показался конь с медным колокольчиком на шее и с пучком фазаньих перьев, привязанных к хвосту. На коне сидел человек в белом халате, с темной повязкой на голове и с копьем в руках. Бойцы хотели было погнаться за всадником, но У Юн остановил их и приказал здесь разбиться лагерем. Вокруг он велел вырыть ров и по краям утыкать его колючим кустарником. Остальным отрядам он также велел вырыть канавы и утыкать их колючками.

Прошло три дня, но из Цзэнтоуши никто не показывался, чтобы вступить в бой. Тогда У Юн, который был в полном недоумении, позвал Ши Цяня и приказал ему ползком проникнуть в. неприятельский стан, разузнать обстановку, а также точно установить, где устроены ямы-ловушки, сколько их всего, и на каком расстоянии они находятся от лагеря.

За день Ши Цяню удалось все подробно узнать и даже тайком расставить опознавательные знаки. Вернувшись, он доложил обо всем военному советнику.

Назавтра У Юн отдал приказ передовому пешему отряду вооружиться мотыгами и разбиться на две группы. Кроме того, он распорядился взять более ста подвод из-под провианта, нагрузить их сухим камышом и тростником и спрятать в центре лагеря. В тот же вечер он велел командирам всех лагерей наблюдать на следующее утро за тем, как пешие части с восточной и западной стороны будут вести наступление.

Находившиеся к северу от Цзэнтоуши Ян Чжи и Ши Цзинь, согласно приказу, также должны были начать наступление. Сун Цзян предложил им выстроить конный отряд в одну линию, размахивать боевыми знаменами, бить в барабаны, – словом, делать вид, что они приготовились к бою, но ни в коем случае не двигаться вперед. На этом У Юн закончил все свои распоряжения.

Между тем Ши Вэнь-гун хотел лишь одного, чтобы наступление на Цзэнтоуши вел сам Сун Цзян, так как он надеялся заманить Сун Цзяна в яму-ловушку. От лагеря шла теперь лишь узкая тропинка, и отступать, если это понадобится, было некуда.

Утром следующего дня в лагере раздался взрыв ракеты, и в тот же миг большой отряд двинулся по направлению к южным воротам. Вскоре после этого из лагеря, расположенного у восточных ворот Цзэнтоуши, прибыл гонец и сообщил о том, что какой-то монах, вращая над головой огромный железный посох, а вслед за ним странствующий монах с двумя мечами избивают всех без разбора. Один из них действует впереди, а другой – сзади.

– Это, несомненно, разбойники из Ляншаньбо – Лу Чжи-шэнь и У Сун, – сказал Шй Вэнь-гун.

Опасаясь, как бы они не натворили бед, он послал Цзэн Кую в помощь подкрепление. Но не успел он сделать этого, как прибыл гонец из лагеря у западных ворот и сообщил о том, что какой-то огромный бородач вместе с другим, лицо которого напоминает морду тигра, ринулись в наступление. Они несут знамена с надписями: «Бородач – Чжу Тун» и «Крылатый тигр – Лэй Хэн». Выслушав это сообщение, Ши Вэнь-гун послал подкрепление также и Цзэн Со.

Вскоре разорвалась еще одна ракета, однако Ши Вэнь-гун со своим войском не двинулся с места. Он ждал, пока противник пойдет в наступление и попадет в приготовленные ямы-ловушки. Тогда бойцы, спрятанные в засадах под горой, могут ринуться вперед и переловить разбойников.

А У Юн между тем приказал своим бойцам идти двумя тропинками, которые начинались в северной стороне холма, и соединиться вблизи неприятельского лагеря. Находившиеся в передних рядах вражеские солдаты наблюдали за их передвижением, не смея и шагу ступить вперед. Засевшие в засаде по обеим сторонам лагеря бойцы тоже оставались на своих местах.

Между тем отряды У Юна продолжали прибывать с тыла и все больше теснили своего противника вплотную к ямам. И в тот момент, когда Ши Вэнь-гун уже решил было выступить, чтобы схватиться с врагом, У Юн взмахнул своей плеткой и указал вперед. В тот же миг в его лагере забили в барабаны и ив рядов выкатили более ста пылающих тачек. Камыш, тростник, сера и селитра, находившиеся в них, были разом подожжены, и густые клубы дыма подымались прямо в небо.

Когда Ши Вэнь-гун вывел свои войска, путь им преградили эти пылающие тачки. Выхода не было. Пришлось спешно отвести своих бойцов назад и спасаться бегством. Но в этот момент Гун-Сунь Шэн взмахнул своим волшебным мечом и произнес заклинание. Сейчас же поднялся ураган, который подхватил пламя бушевавшего огня и перебросил его на южные ворота. Все деревянные укрепления моментально сгорели. Победу одержали воины Ляншаньбо. Забили в гонг, после чего все отряды были отозваны в лагерь и весь вечер отдыхали.

Что же касается лагеря Ши Вэнь-гуна, то там всю ночь шли работы по ремонту укреплений. Итак, противники расположились друг против друга укрепленным лагерем.

На следующий день Ши Вэнь-гун держал совет с Цзэн Ту.

– Если мы в первую очередь не уничтожим их главаря, – сказал Цзэн Ту, – то нам трудно будет справиться и с остальными.

Он посоветовал военному наставнику Ши Вэнь-гуну остаться в городе и охранять его. Сам же Цзэн Ту оделся в боевые доспехи, сел на коня и во главе отряда выехал из города, чтобы дать бой противнику.

Узнав о том, что Цзэн Ту вызывает их на бой, Сун Цзян, вместе с Люй Фаном и Го Шэном, выехал на передний край. Когда, стоя под знаменами, Сун Цзян увидел впереди Цзэн Ту, ярость охватила его, и, указывая вперед плеткой, он воскликнул:

– Кто хочет первым схватить этого мерзавца и отомстить за нанесенное оскорбление?!

В тот же момент Люй Фан подстегнул коня и, взяв наперевес свой трезубец, ринулся прямо на Цзэн Ту. И вот оба всадника, взмахнув оружием, вступили в бой. После того как они съезжались уже более тридцати раз, находившийся под знаменами Го Шэн понял, что один из соперников скоро проиграет. А надо вам сказать, что и по мастерству и по ловкости Люй Фан, конечно, уступал Цзэн Ту. И если в предыдущих тридцати схватках он с большим трудом отбивался от своего противника, то после уже действовал оружием как попало, мог только защищаться и избегать ударов. Опасаясь, что Люй Фан потерпит поражение, Го Шэн вылетел на своем коне вперед и, вращая трезубцем, помчался прямо на Цзэн Ту. Теперь уже три всадника сплелись в один клубок.

Между прочим к трезубцам, которыми бились бойцы, были подвязаны хвосты золотистого леопарда. Люй Фан и Го Шэн, стремясь захватить Цзэн Ту живым, одновременно подняли свои трезубцы. Но Цзэн Ту, который был очень прозорливым человеком, сразу заметил этот маневр и, подняв свое копье, выбросил его вперед и зацепил своей пикой хвосты леопардов на трезубцах противника, так что их уж никак нельзя было разъединить. Как ни бились Люй Фан и Го Шэн, чтобы высвободить свое оружие, они ничего сделать не могли.