Речные заводи (том 2) - Най-ань Ши - Страница 136

– Взгляните на наших братьев! Почти все они служили командирами в императорской армии. Но император не желает ничего знать и позволяет бесчинствовать разложившимся и корыстолюбивым чиновникам, которые угнетают народ. Все нашн люди по своей доброй воле согласились оказывать мне помощь, сеять правду и справедливость на земле. Если вы не сочтете, господин военачальник, для себя унизительным, то можете вместе с нами бороться за высшую справедливость.

В этот момент появился Ян Чжи и приветствовал Со Чао. Он сказал, что с тех пор как они расстались, он не переставая думал о нем. Оба командира взялись за руки и даже прослезились. После этого Со Чао волей-неволей пришлось подчиниться настояниям Сун Цзяна. А тот несказанно обрадовался и приказал в честь успешного завершения дела подать вина и устроить празднество.

На следующий день все держали совет, как напасть на город. Сколько времени уже прошло, а они до сих пор никак не могли овладеть городом. Это обстоятельство очень огорчало Сун Цзяна. И вот как-то ночью Сун Цзян сидел в своей палатке. Вдруг налетел порыв холодного ветра и чуть было не погасил фонаря, пламя его стало величиной с горошину. Когда ветер утих, перед Сун Цзяном в свете фонаря появилась человеческая фигура. Он поднял голову и увидал… как бы вы думали, кого? Самого Небесного князя – Чао Гая. Он, казалось, хотел подойти ближе, но почему-то не решался.

– Дорогой брат! Как поживаете? – раздался голос. Сун Цзяна охватил страх, и, быстро поднявшись, он спросил:

– Уважаемый брат! Откуда вы явились? Я не успел еще отомстить за нанесенную вам обиду, и потому сердце мое не знает покоя ни днем, ни ночью. Все это время я был настолько занят, что не мог даже принести вашей душе жертву. И вот сейчас ваш светлый дух явился ко мне напомнить об этом.

– Не для того пришел я сюда, – отвечал призрак. – Ты, дорогой брат, не подходи ко мне. Природа давит на меня, и я не могу приблизиться. Брат мой! Над тобой нависла страшная беда, и только звезда «духа земли» из Цзяньнани может спасти тебя. Немедленно отведи свои войска. Это будет лучшим для тебя выходом.

Сун Цзян собрался задать еще какой-то вопрос и, подавшись вперед, сказал:

– Дорогой брат, я хотел бы, чтобы твой дух, явившийся мне, сказал всю правду!

Но призрак исчез, и Сун Цзян очнулся, словно после чудесного сна.

Он тотчас же пригласил к себе в палатку У Юна и рассказал ему о своем видении.

– Раз приходил дух самого Небесного князя, – выслушав его, сказал У Юн, – то, значит, так оно и будет, как он – сказал. В такой лютый холод, как сейчас, когда замерзла даже земля, трудно будет долго держать здесь бойцов. Поэтому нам лучше отвести наши отряды в лагерь и подождать, пока наступит весна, сойдет снег и растает лед. Ведь и тогда еще не будет поздно вернуться сюда и взять город.

– Слова ваши, без сомнения, справедливы, господин советник, – сказал на это Сун Цзян, – но нельзя все же забывать о том, что наши братья Лу Цзюнь-и и Ши Сю все еще томятся в заключении. Каждый день, проведенный в тюрьме, кажется им годом, и они живут лишь надеждой на то, что мы придем и освободим их. А если мы вернемся сейчас обратно, так эти мерзавцы, конечно, погубят их. Да! в тяжелое положение мы попали. Просто ума не приложу, что делать.

Так в эту ночь они и не пришли к окончательному решению.

Весь следующий день Сун Цзян чувствовал себя совершенно разбитым. Тело его горело, голова трещала, будто по ней ударяли топором, и он не мог подняться с постели. Все главари пришли навестить его.

– Я чувствую жар и сильную боль во всем теле, – пожаловался Сун Цзян.

Когда осмотрели его спину, то обнаружили там опухоль величиной с противень. Увидев это, У Юн сказал:

– Эта опухоль бывает наружной, бывает и внутренней. Мне приходилось читать медицинские книги, и из них я узнал, что предупредить такого рода болезнь, не дав ей распространиться до сердца, можно лишь мукой из зеленого горошка. Она не дает ядовитым газам проникнуть вглубь организма. Поэтому надо сейчас же найти этот горох, приготовить лекарство и дать нашему уважаемому брату. Мы попали в очень тяжелое положение, а у нас даже врача нет!

Тут выступил вперед Чжан Шунь – Белая лента в воде и сказал:

– Когда я жил на реке Сюньянцзян, у моей матери была такая же болезнь. Мы перепробовали все лекарства, но так и не вылечили ее. Наконец, мы пригласили ив Цзяньнани доктора по имени Ань Дао-цюань. И стоило ему только приложить руку, как болезни не стало. Как только у меня будут деньги, я обязательно пошлю ему их. Мне кажется, что вылечить нашего уважаемого брата может только этот врач. Ехать туда, правда, далеко, но ради нашего уважаемого брата я готов сейчас же отправиться в путь.

– Наш дорогой брат, – молвил У Юн, – видел во сне Небесного князя Чао Гая, который сказал ему: «Над тобой нависла страшная беда, и только звезда “духа земли” из Цзяньнани может спасти тебя». Я думаю, что дух Чао Гая говорил именно об этом человеке.

– Дорогой брат, – обратился Сун Цзян к Чжан Шуню, – если вы знаете такого человека, то не откажите ради меня взять на себя труд сходить за ним. Я надеюсь, что вы, человек с высоким чувством долга, сейчас же отправитесь к этому врачу и пригласите его сюда, чтобы он спас мне жизнь.

У Юн тут же распорядился, чтобы принесли сто лян золота в слитках формы долек чеснока специально для доктора, а также лян двадцать – тридцать серебром Чжан Шуню на дорожные расходы.

– Сегодня же отправляйся, – приказал он ему, – и сделай все, чтобы доставить этого доктора сюда! Ни в коем случае не задерживайся! Мы сегодня покинем наш лагерь и вернемся в Ляншаньбо. Так что будем ждать тебя с доктором уже там. Поскорее возвращайся, дорогой брат!

Чжан Шунь со всеми распрощался, взвалил себе на спину дорожный узел и двинулся в путь.

Между тем военный советник У Юн отдал всем главарям приказ немедленно собрать все отряды, прекратить сражения и возвращаться в Ляншаньбо. Сун Цзяна уложили на подводу и в тот же день двинулись в обратный путь.

А находившийся в городе противник, попав уже раз в ловушку, решил, что и на этот раз его задумали провести какой-ьибудь коварной выдумкой, и не рискнул больше пускаться в погоню.

Мы не будем подробно останавливаться на том, как У Юн вел свои отряды, а расскажем вам лучше о Лян Чжун-шу. Узнав о том, что Сун Цзян со своими отрядами отошел от города, он ломал себе голову над тем, что бы это могло значить. Но тут к нему обратились Ли Чэн и Вэнь Да.

– Этот мошенник У Юн, – сказали они, – хитер и коварен. Мы должны крепко оборонять наш город и оставить противника в покое.

Но здесь наш рассказ снова пойдет по двум направлениям. Мы вначале последуем за Чжан Шунем, который, сгорая от нетерпения спасти Сун Цзяна, шел, не останавливаясь, вперед. Зима была уже на исходе, временами шел то дождь, то снег, и поэтому продвигаться было очень трудно. Но Чжан Шунь шел вперед, не обращая внимания ни на ветер, ни на снег. Наконец, он дошел до реки Янцзы и там стал искать переправы. Но на берегу он не увидел ни одной лодки. Тогда Чжан Шунь стал громко кричать, но никто не откликнулся. Выхода не было. Пришлось пойти вдоль берега реки. Вдруг в камышах он заметил полуразрушенный шалаш, из которого шел кверху дым.

– Перевозчик! – позвал Чжан Шунь. – Подавай лодку и перевези меня на тот берег. Только побыстрее.

Раздался треск, и из камыша вышел человек в широкополой конусообразной дождевой шляпе из бамбука и дождевом плаще из травы.

– А куда вас везти, господин? – спросил он Чжан Шуня.

– Мне надо переправиться через реку, – отвечал Чжан Шунь. – Я очень тороплюсь по срочному делу в Цзяньканфу. Не сможешь ли ты сейчас же перевели меня? Я хорошо заплачу.

– Да перевезти-то вас не трудно, – отвечал лодочник. – Но сегодня уже поздно. Если я вас даже и перевезу, то вы все равно не найдете там ночлега. Переспите лучше в моей лодке, а в четвертую стражу, когда ветер и снег утихнут, я вас перевезу. Только вы уж заплатите мне побольше.