Волшебница-самозванка - Набокова Юлия - Страница 95

Я чуть не застонала. Из всех видов экзекуций моя родная сестричка выбрала самый чудовищный.

– Что-то ты не больно радуешься, а зря. Ведь сначала я хотела убить тебя, так, чтобы Ив этого не видел, и занять твое место. Я даже подговорила этого скрягу Лютия, чтобы он заманил тебя на Вурдалачью пустошь. Но все пошло не так.– Селена помрачнела.– Если бы я только могла представить, кто в это вмешается… После того, что случилось, я пообещала: если ты вернешься живой с этого дежурства, я не буду отнимать у тебя жизнь, заберу только память. Ты вернулась – я держу слово.

– Но зачем тебе нужен этот спектакль?

– Это же просто. Совет не оставит меня в покое, пока я представляю для него опасность. А какая опасность от волшебницы, которая не помнит, кто она такая? Все будут думать, что добрая сестричка победила злую, хорошенько прочистив ей мозги, так что той начисто отбило память. И только я буду знать правду.

– Что будет с Ивом? – с замиранием сердца выдохнула я.

– А что будет с Ивом? Ив будет жить счастливо, но недолго. Будет уверен, что женится на тебе, когда поведет под венец меня. А когда правда откроется, думаю, все разрешится само собой. И Ив как благородный кавалер избавит меня от необходимости прервать его полную заблуждений и лжи жизнь. Думаю, он уедет на войну с гоблинами и умрет на поле боя, поразив с полсотни врагов. Или отправится прямиком в пасть к дракону, терроризирующему какую-нибудь из богом забытых окраин. В любом случае, смерть его будет достойной, героической, и о ней станут слагать легенды.

– Ошибаешься.– Приподнявшись на локтях, я рывком вскочила с земли.

– Что?! – Брови Селены поползли наверх.– Заклинание огня должно действовать еще десять минут!

Наверное, мне стоит ее поблагодарить за содействие. В моей душе плескался страх, когда она сообщила о своих планах в отношении меня. Но когда сестричка поведала об участи, которая уготована Иву, тут меня захлестнула такая ярость, что ноги тотчас пронзили сотни крошечных укольчиков, а руки сжались в кулаки, и мое тело избавилось от плена немоты, а по венам вновь зациркулировала магия.

– Грош цена твоим предсказаниям! – Я помассировала затекшее запястье и поморщилась от покалывания в ногах.– Ив будет жить еще очень долго, но в другом мире, за тысячи миль и сотни лет отсюда. И под венец, то есть в ЗАГС, он поведет меня. Впрочем, есть в твоих прогнозах и доля правды – ты станешь помогать беднякам и творить добро. Но не для того, чтобы обмануть Совет, а по велению собственного сердца.

– Это ты ошибаешься! – зло выкрикнула Селена и скомкала лист с заклинанием в кулаке.

Пальцы разжались, с ладони вспорхнула крошечная желтая птичка. Вместо того чтобы защититься, я как завороженная смотрела на пушистого птенчика, зависшего в воздухе. Селена что-то прокричала, и из всех слов, сорвавшихся с ее уст, я поняла только одно, последнее. Мое имя.

Птичка встрепенулась и понеслась ко мне, как ракета, нацеленная на истребление. Я выбросила вперед руку, собираясь повторить фокусы Нео и ожидая, что пташка замрет в воздухе передо мной, как замерли перед киногероем пули.

Но на этот раз чуда не произошло. Птица уклонилась в сторону набрала высоту и буравчиком влетела в мой висок. В голове что-то взорвалось, в глаза хлынула тьма. Жизнь покинула меня, и я упала на землю сломанной куклой. Откуда-то издалека раздался торжествующий возглас Селены:

—Ну что я говорила?!

Самого страшного не произошло – все мои воспоминания остались со мной. Случилось нечто более ужасное: я была в здравом уме и в твердой памяти, я чувствовала свое тело, но я не могла ни вздохнуть, ни шевельнуться, ни открыть глаза. Моя душа оказалась заключенной в бездвижную оболочку, и всякий, кто бы меня увидел, не сомневался, что я мертва.

Селена удовлетворилась результатом. От души похлестав меня по щекам, она оттянула веко и заглянула в мои ставшие стеклянными глаза.

– Что ж, это не то, чего я ожидала,– задумчиво произнесла она.– Видно, вместе с воспоминаниями заклинание выбило из тебя жизнь. Не поверишь, но мне и в самом деле жаль. Из нас могла бы получиться прекрасная команда. С моей помощью ты бы получила все, что хотела. За исключением Ива, разумеется. Ну и я бы кое-что приобрела, не спорю. Мы могли бы подружиться, мы ведь так похожи. Но ты сделала свой выбор, встала на сторону Совета. Я лишь защищала свою жизнь, свою магию и свою любовь. Извини, сестричка. А теперь настало время мне превратиться в тебя.

Взвыл ветер, и руки Селены вновь обхватили мои плечи. Похоже, мы вернулись в кабинет. Потому что теперь я ощущала под собой не острые камни, а ровные доски.

Селена перевернула меня на живот, изрядно помучилась с молнией, но все-таки умудрилась расстегнуть ее.

Я чувствовала себя куклой в руках капризной девочки. Меня вертели из стороны в сторону снимали с меня одежду и просовывали мои негнущиеся руки в рукава другого платья. Через несколько минут все было кончено.

Селена надела мой сарафан, распустила волосы и превратилась в точную копию меня, о чем не преминула мне сообщить. А я лежала на полу в платье, в котором была Селена, когда ее похитили, и из моих волос сестричка соорудила небрежный пук, заколов его булавками. В это время моя душа металась в неподвижной оболочке, словно заживо погребенный в склеп человек, и мне было по-настоящему страшно. Я не могла дышать, не могла видеть и говорить, мое тело не слушалось меня. Для всех я умерла, и ждать помощи было совершенно неоткуда.

Интересно, Мертвая царевна чувствовала то же самое, или она просто спала все долгие месяцы, пока царевич Елисей, помутившись рассудком, рыскал по свету, заговаривая с солнцем, луной и ветром?

– Чуть не забыла! – Селена склонилась надо мной, как будто изучая, отошла в сторону и пробормотала: – Что за дурацкая мода!

Несколько раз щелкнули ножницы. Челку отрезала, догадалась я. Осталось только каким-то образом отрастить мою, убрать в пучок – и все, даже Ив не догадается, кто на самом деле есть кто. И действительно, сестричка вернулась ко мне, присела рядом, что-то пробормотала и провела рукой по лбу. На лицо мне упали длинные волосы.

—Ну вот! – заколов мою отросшую челку в прическу, перевернув меня на бок и раскинув мои руки в разные стороны, Селена удовлетворилась результатом и поднялась с пола.– Игра начинается.

Она прошлась по комнате, остановилась там, где должно было стоять зеркало, и взволнованным голосом произнесла:

– Ив, скорее! Там – Селена! Я убила ее!

Ее голос, так тщательно копировавший мои интонации и мою манеру речи, сорвался, и я услышала свой всхлип, а затем металлический голос Селены спокойно произнес:

– Тут мне следует броситься ему на шею, дать волю своим чувствам и разрыдаться. Это мы пока опустим. А дальше надо разродиться каким-нибудь сентиментальным монологом в духе «О, как же я могла! Ведь она – моя сестра! Я хотела помочь ей, вырвать из этого порочного омута, но вместо этого я убила ее. Нет мне прощения» и так далее в том же духе. С заламыванием рук, размазыванием слез и громким сморканием в заботливо протянутый платок Ива. Я бы, конечно, предпочла другой способ утешения, но не будем торопиться, у меня еще вся жизнь впереди. А потом я притащу его сюда, пусть убедится, что злодейка Сэл повержена и бездыханна, и мы порыдаем над ее телом вместе. Должно же у Ива быть хоть какое-то сострадание ко мне, в самом деле! Ведь мы столько времени были вместе. Он, конечно, предатель, и как это я сразу не поняла? Но ведь его заставил Совет. Да, сестренка, я верила в то, что это настоящая любовь, а он просто обманывал меня. А тебя действительно полюбил. Это больно, очень больно. И он мне еще за это заплатит. Но не сейчас, сперва я сполна наслажусь его обожанием и нежностью, а потом отплачу ему той же монетой. Он тоже узнает, каково это, когда твой любимый – лгун, обманщик и совсем не тот, за кого себя выдает. Что-то я заболталась с тобой. Пора начинать мой лучший спектакль. О, я могу быть гениальной актрисой! Тем более что моя роль проста, как медный грош. Поверить не могу, что Ив смог полюбить тебя – такую наивную и такую безыскусную. Что ж, тем проще будет обвести его вокруг пальца. Жаль, что ты этого не увидишь, малышка.