Побег из сказки - Набокова Юлия - Страница 77

– А он тоже обладает какими-нибудь полезными свойствами? – поинтересовалась Глаша, скорее чтобы разрядить обстановку, нежели из любопытства.

– Конечно! – чуть ли не со слезами на глазах воскликнула волшебница.– Это один из моих лучших товаров! Я добавляю в него частичку бодрящего зелья, и он улучшает настроение и придает сил.

– Я его возьму,– сообщила девушка, отбирая сыр у повеселевшей Лауриты.– Оливье, ты изверг! Мало того что поднял спозаранку, так еще и этого чудесного сыра, улучшающего настроение, меня задумал лишить. Может, хотя бы он примирит меня с необходимостью трястись в седле трое суток.

Оливье обреченно вздохнул и проворчал:

– Потащишь его сама.

– Да уж тебе не дам, не надейся,– весело огрызнулась она, намазывая маслом булочку и отпивая ароматный цветочный чай, заваренный Лауритой.

– Я и не возьму,– рассерженно заявил маркиз, крепко завязывая сумку и выходя за дверь.

Таким образом конфликт был улажен, мир восстановлен и, когда путники покидали гостеприимный дом, добродушная Лаурита крепко обняла Глашу и назвала ее дочкой.

– Плохо, что Арина рыбалкой не увлекается,– вздыхала Лариса на утро.

– А то что бы,– иронически поинтересовалась Настя, с энтузиазмом наворачивая обезжиренный йогурт,– ты бы ей улов из золотых рыбок обеспечила?

– Да хоть из бриллиантовых щучек, лишь бы помогло!– безнадежно сказала Лара и, не удержавшись, добавила: – Как ты можешь есть эту гадость?

– Очень даже вкусно,– пожала плечами Настя и воскликнула: – А что, щука – это идея!

Волшебница недоверчиво уставилась на подругу:

– Издеваешься?

– Ничуть! Каждые выходные Арина ходит на продуктовый рынок и частенько берет там свежую рыбу! – сообщила Настасья.

– И что с того?

– Щуки там тоже есть! – торжествующе провозгласила Настя.

– Предлагаешь воспользоваться антифризом и оживить одну из них? – уныло осведомилась Лара.

– Балда,– ласково пропела любовная фея,– рыба там плещется в больших тазиках.

– Так она живая?

– Конечно, живая! Тебе только и надо, что последовать за Ариной, когда она пойдет на рынок, воспользоваться заклинанием для отвода глаз, чтобы она тебя не заметила, и заклинанием мысленной трансляции, чтобы щучьих слов никто, кроме Нарышкиной не слышал. Убедишь ее купить щучку, пусть притащит домой, выпустит в ванну, а там поговоришь с ней по душам и исполнишь ее желания.

– А заклинания укрощения щук в твоем арсенале не завалялось? – скептически уточнила Лариса.

– Это еще зачем? – удивленно моргнула Настасья.

– А если якобы волшебная щучка ей полруки оттяпает в процессе общения?

– Да, проблема,– призадумалась подруга.– Вот была бы здесь Ксюня, она бы ей мигом пострадавшие полруки обратно притяпала.

– Но поскольку Ксюши нет, то рисковать не станем,– поспешно вставила Лариса, которой страшно не хотелось плестись за Ариной на рынок, одновременно удерживать два не самых простых заклинания и изображать сказочную щуку, каким-то чудом втиснувшись вместе с Нарышкиной в крошечную ванную комнату.

– Слушай! – озарило неугомонную Настасью.– Помнишь, был такой фильм «Настя», как девушка помогла старушке, а старушка оказалась волшебницей и исполнила ее желание стать красавицей?

– Не напоминай мне про старушек,– мученически простонала Лариса.– Никак не забуду Гасанычев радикулит и гипертонию крестной феи.

– Терпи, Ларчик,– сочувствующе произнесла подруга.– Похоже, это единственный не вызывающий подозрений вариант. Тем более что кассету с этим фильмом я у Нарышкиной среди сказок видела. Да и внешне они с героиней чем-то похожи – обе такие же невзрачные тетехи. Наверняка она себя с ней ассоциирует и в душе надеется на встречу с волшебницей.

– Тебе напомнить, почему старушка исполнила желание твоей тезки? – возразила Лариса.– Думаешь, наша Арина так и ринется на помощь неизвестной бабусе?

– А кто не так давно говорил, что мы недооцениваем Огрызкину и на самом деле она просто клад добродетелей?– насмешливо прищурилась Настя.

– Что-то я уже в этом сомневаюсь,– хмуро призналась Лариса.

Настя только ухмыльнулась, мол, что я говорила, а вслух сказала:

– Арина очень привязана к Степаниде, возможно, она не откажется помочь беспомощной старушке, которая напомнит ей бабушку.

– Мне что, теперь искать родственниц Степаниды? – безо всякого энтузиазма поинтересовалась Лариса.

– Зачем? – удивилась Настя.

– Чтобы изобразить фамильное сходство.

– Достаточно будет возраста с поведением,– убежденно заявила подруга.– Ну и, чтоб наверняка, добудем тебе какую-нибудь похожую деталь, такой же платок, как у бабули, или авоську.

– Ты думаешь, Арина это оценит? – недоверчиво спросила Лара.

– Не оценит сознательно, так заметит подсознательно,– оптимистично заявила Настасья.

– Где ж мы такую рухлядь найдем? – продолжила сомневаться исполнительница роли беспомощной бабули.

– Воспользуемся копиркой,– махнула рукой Настя.

Копирка была иллюзорным заклинанием, которая на основе похожей вещи позволяла создать видимость желаемого предмета на срок до десяти часов. Студентки школы обожали пользоваться копиркой для создания роскошных драгоценностей на основе бижутерии и улучшения вида одежды, которая после применения заклинания превращалась в изысканные туалеты светских львиц. Но на этот раз заклинание собирались использовать для прямо противоположного эффекта…

В тот вечер, когда Глаша с Оливье подъезжали к финальному пункту своего путешествия, перед зеркалом в комнате Насти, критически оглядывая себя со всех сторон, вертелась юркая старушонка. Образ ее Лариса позаимствовала у школьной уборщицы. Одежду, доставшуюся волшебнице вместе с воспоминанием о прообразе, дополняли «обновки»: стильный летний френч Насти, который она пожертвовала ради благого дела, превратился в поношенный старушечий плащ а-ля Степанида Ильинична, модная пляжная сумка – в протертую тряпичную сумку времен коммунизма.

– Бабулька получилась – что надо,– восхищенно оценила Настасья, по такому случаю вернувшаяся пораньше с работы.

– Думаешь? – скрипучим голосом кокетливо поинтересовалась пенсионерка.– По-моему, я выгляжу недостаточно старо…

И, подхватив с тумбочки баночку с магическим гримом, зачерпнула оттуда пригоршню тягучей коричневой мази и щедро растерла по щекам и лбу. Мазь высохла на морщинистом лице пигментными пятнами – и старуха удовлетворенно улыбнулась.

– Вот теперь то, что надо! Осталось только придумать правдивую легенду о несчастной бабульке – и вперед. Скорей бы уж осчастливить эту Нарышкину по полной программе, а то уже сил моих нет!

– Рано сдаешься,– поддела ее Настя,– я с Нарышкиной три недели возилась, в одной квартире с сумасшедшей бабкой жила, такие притеснения терпела, а ты вон только маскарадами развлекаешься.

– Знала бы ты, как непросто даются эти маскарады,– прокряхтела старушка.

– То что бы? – полюбопытствовала Настя.

– То сливок мне бы побольше в чай доливала – за вредность! – объявила та.

– Ах, я тебе еще и сливок недоливаю, неблагодарная! – шутливо вскричала любовная фея, замахиваясь на подругу диванной подушечкой.

– Не бей бабульку! – жалобно прогундосила та и, довольная собой, еще разок крутанулась перед зеркалом.– Пожалуй, мне станет плохо… с сердцем, я упаду прямо в ноги Арине, которая будет идти навстречу, и у той не останется иного выхода…

– Как сделать тебе дыхание рот в рот, призвав на помощь проходящего мимо дедульку? – ухмыльнулась Настя.

– Брр! – Ларису аж передернуло от такой перспективы.– Надо будет выбрать какой-нибудь безлюдный переулок, безо всяких гуляющих дедулек, владеющих техниками искусственного дыхания.

– Что ж, желаю удачи.– Настя щелкнула пальцами и сопроводила пожелание простым заклинанием успеха.

– Спасибо,– с чувством поблагодарила волшебница.– Она мне понадобится. Ох!

– Что такое? – обеспокоенно кинулась к ней подруга.