Покушение на Тесея (др. изд.) - Булычев Кир - Страница 24

– Десять монет. Авансом.

Кора отсчитала деньги.

– Каждый мальчишка знает, что Густава хотят убить.

– Вы не ответили на вопрос. Мальчишки знают об этом сегодня. Но когда все затевалось, мальчишек и близко не подпускали.

– Я почти уверена, что дама Рагоза хорошо заплатила оракулу, чтобы он сделал такое предсказание. Как бы судьба устами оракула выносит приговор. Красиво?

– Это значит, – заметила Кора, – что ваш друг оракул становится заинтересованным лицом.

– Почему?

– Он не выносит, если его предсказания не сбываются. Его лозунг: «Все мои предсказания сбываются!» Он и меня ненавидит за то, что я ему порчу статистику.

– Во-первых, – заявила официальным тоном Кларисса, – этот оракул мне не друг. Просто он очень навязчивый и умеет пользоваться моей бедностью. Он способен только шипеть из угла или подсыпать людям в чай английскую соль.

– Это теперь называется английской солью?

– Проверьте. Там под окном.

– Молодец, – похвалила Клариссу Кора. – Вы знаете, что наш разговор я записываю.

– Ты была бы кретинкой, если бы не записывала. Твое начальство тогда тебя съест.

– Вы с оракулом надеялись потом забрать запись. Теперь же тебе хочется оставить потомству что-то вроде признания в своей невиновности. Может быть, вы просто хотели пошутить?

– Мы просто хотели пошутить, – послушно ответила Кларисса.

– Последний вопрос, – сказала Кора, – и я вас покину.

– Жалко, – вздохнула красавица. – В мешочке еще столько всего красивого!

– Какую роль в заговоре играет ваш друг Кларенс?

– Не буду снова утверждать, что этот человек мне не друг. Вы все равно не поверите. Но он оскорбил меня, потому что ему нужно мое прекрасное тело, а к моей душе он был равнодушен, представляете?

– Нет, этого я представить не могу. Так он участвует в заговоре?

– Десять золотых.

– Держи.

– А еще лучше пятнадцать.

– Нет.

– Ну хорошо, хорошо! Хотя мне неприятно видеть молодую женщину до такой степени охваченной бациллой жадности.

– Это подотчетные деньги, – сказала Кора.

– Я пошутила.

– И что же с Кларенсом?

– Он слишком глуп, чтобы участвовать в заговорах. Его не позовут.

– А пошел бы?

– Он не выносит всех очкариков и отличников. Густава в первую очередь.

– Спасибо, – сказала Кора. – Мне было приятно с вами познакомиться. Должна признаться, что еще не видела такой красивой женщины.

– От вас это мне особенно приятно услышать, потому что у меня есть основания верить в вашу объективность, – ответила польщенная Кларисса. – Разрешите провести вас через чердак?

– Зачем? – спросила Кора.

– Я хочу, чтобы у вас был хоть малюсенький шанс выжить.

Они поднялись на третий этаж. Маленькая дверца вела на чердак, заваленный старой мебелью и ящиками.

– Ужасно не люблю выкидывать старые вещи, – сказала Кларисса. – Наверное, с возрастом из меня получится скряга.

В темноте белки глаз и зубы Клариссы отсвечивали жемчужно-голубым цветом. Свет ночного городского неба проникал сквозь полукруглое чердачное окошко.

Чердачное окошко заскрипело, заныло так, что слышно было, наверное, за три квартала. Они подождали еще несколько секунд. Кора нащупала в темноте длинные холодные пальцы Клариссы и пожала их.

Крыша была скользкой и мокрой от росы или недавнего дождя. На соседней крыше орал кот, облака неслись стайками, по очереди показывая обе Луны: розовую – побольше и маленькую – голубую. У пожарной лестницы в переулке Кору поджидали. Но ей повезло, они были так уверены в своем успехе, что не стреляли, пока она не опустилась на землю, – видно, хотелось потешиться. Так что Кора, почувствовав их тени и дыхание, прыгнула со второго этажа и застала их врасплох. Она кинулась бежать по переулку, ей стали стрелять вслед, но опоздали.

На улице ее поджидала машина – черная, низкая, бронированная. Она перекрывала выезд из переулка. Кора разбежалась и прыгнула руками вперед; пролетев над машиной и опустившись на землю, она клубком покатилась в подворотню.

Прицельно по ней стрелять не могли, но нападавших было так много, что кто-то обязательно в нее попадет. За подворотней был проходной двор, в нем преследователи потеряли ее – на две или три секунды.

У следующих ворот, выходивших на параллельную улицу, стоял микробус. Дверца с ее стороны была открыта. Кора с разбегу прыгнула в дверь, и микробус рванул вперед, набирая недозволенную скорость.

Кора спросила Мишеля:

– Как вы меня нашли?

– А мы решили, что если вы будете убегать от Клариссы, то обязательно побежите этим двором, – сказала Вероника. – Я училась здесь в школе, и мы всегда бегали в кино этими дворами.

Кора не стала больше ничего выяснять. Она не решила для себя достаточно важный вопрос: оказались ли убийцы возле пожарной лестницы, потому что Кларисса подсказала им, что Кора будет уходить по крыше? А может быть, Вероника и Мишель оказались у этой подворотни, потому что Кларисса бегала в кино из школы вместе с Вероникой?

До Космопорта они домчались без приключений. Там Мишель провел Кору служебным ходом к местному рейсу, уходившему через полчаса к соседней планетной системе. Ждать более удобного рейса было нельзя, потому что по радиосвязи уже был объявлен розыск жительницы Земли Коры Орват, которая в припадке безумия пыталась ограбить и убить бывшую мисс Рагозы Клариссу К.

* * *

– Как мне сказал агент Космофлота, моя несбывшаяся смерть – первое неудачное предсказание оракула Провала за последние годы, – сказала Кора, заканчивая доклад Милодару о краткой командировке в королевство Рагоза.

Комиссар слушал Кору не очень внимательно – какая-то часть его сознания была занята мыслями о невестах-пловчихах, о чем он намеревался рассказать Коре, как только она закончит отчет о командировке. Он находился в трех тысячах километрах от московской базы ИнтерГпола «Узкое», где Кора приходила в себя в массажном кабинете после рискованных приключений в Рагозе, поэтому голографическое изображение комиссара порой начинало дрожать или даже двоиться. Вернее всего, комиссар опять укрылся в бассейне для синхронного плавания в Таганроге. А связь с Таганрогом всегда плохая.

И тем не менее комиссар не упустил главного в докладе Коры.

– Итак, – сказал он, дослушав ее до конца, – ты не выполнила задания. Как всегда.

– Не выполнила, – согласилась Кора. – Как всегда.

Массажистка Татьяна, женщина добрейшей души, фигурой и силой схожая со штангистом тяжелого веса, перевернула Кору на спину, чтобы пересчитать ребра с передней стороны тела. Тут она увидела на боку пациентки кровоподтек такого размера и интенсивности, что воскликнула:

– Ратуйте, люди добрые!

Родом Татьяна была из-под Николаева, и, хоть жизнь и профессия кидали ее из конца в конец Солнечной системы и даже за ее пределы, каждое лето она проводила отпуск в родном селе, где ее муж ловил бычков в лимане, а все три дочери умело сводили с ума местных парубков.

Милодар вздрогнул и схватился за бластер, но тут же вспомнил, что ему ничто не грозит, и пригляделся к Коре. Нельзя сказать, чтобы он ее пожалел, – сердцу комиссара Милодара чужда жалость. Если будешь жалеть каждого агента, некогда будет работать и расправляться с врагами Галактического союза, но удивление он все же выказал.

– Чем они тебя так? – спросил он. – Бульдозером?

– Честное слово, я не запомнила, – призналась Кора. – Я там успела попасть в несколько переделок. Вероятнее всего, это от последней. Они взяли меня в кольцо ротой снайперов, а я, как назло, спускалась по пожарной лестнице.

– Возвращаемся к делу, – сказал комиссар, взглянув на часы. Тренировка его невест заканчивалась, и ему хотелось проводить их до гостиницы, чтобы они не успели познакомиться с кем-нибудь из приезжих турецких спортсменов. – Ты уверяешь, что оракулу сообщила о покушении дама Рагоза, а я тебе говорю, что ты пошла на поводу у дезинформаторов. Дама Рагоза произвела на меня приятное впечатление.