Сказочная фантастика - Желязны Роджер Джозеф - Страница 174

— Но с другой стороны, ваше высочество, — сказал Эвдорик, — если дело станет процветать, вы сможете когда-нибудь обложить его налогом.

Глаза-бусинки вспыхнули.

— Ага, молодой сэр! Вы умеете попадать в самую точку! Если учесть это обстоятельство, то я уверен, что Его Императорское Величество не будет иметь возражений против вашей идеи. Я в этом уверен. У Его Императорского Величества завтра в десять утра прием. Будьте во дворце с этим пропуском, и я представлю вас моему брату-императору.

На следующее утро Эвдорик, подтянутый, неулыбчивый, со сжатыми челюстями и серьезным выражением на лице, одетый в строго коричневое с черным платье, стоял в одном ряду с полусотней других дворян Империи. Император Торар IX и его брат медленно продвигались вперёд, а придворный чиновник вещал:

— Ваше императорское Величество, позвольте представить вам барона Гатолфа Дринского, сражавшегося в императорских войсках при подавлении последнего бунта в Авионе. Сейчас он занят реконструкцией своего поместья, а также рытьем и осушкой новой польдеры.

— Прекрасно, мой лорд Дринский! — воскликнул император. — Мы должны показать нашим обманутым подданным, подвигнутым к бунту мерзкими агитаторами, что мы их любим, несмотря ни на что.

Торар был высок, худ и немного горбат, с седой козлиной бородкой и говорил скрипучим голосом. Он был затянут во все черное, поверх одежды блестело несколько украшений из драгоценных камней.

— Ваше Императорское Величество, — сказал чиновник, — это сэр Эвдорик Дамбертсон из Ардуэна. Он основал регулярное каретное сообщение между Зургау и Кромницем.

— Это тот самый, о котором я говорил, — вставил архидюк.

— А, сэр Эвдорик! — проскрипел император. — Мы знаем о вашем предприятии. Мы вскорости обсудим с вами эту тему. Но… не тот ли вы Эвдорик, что одолел дракона в Патении, а потом победил чудовищного паука в лесу у Димшоу?

Эвдорик выдавил из себя улыбку.

— Истинно так, это был я, Ваше Императорское Величество, хотя удалось это мне большей частью за счет везения, чем способностей.

Он не стал добавлять, что дракона убил Жилло, и то практически случайно, и что он сам, уже нацелив арбалет на гигантского паука, едва не отвел его в сторону в порыве сентиментальности.

— Ерунда, мой мальчик! — сказал император. — Удача приходит к тому, кто готов ею воспользоваться. Раз вы проявили такое мужество в схватках с этими чудищами, то у меня найдется для вас задача. — Император повернулся к архидюку. — Сможете вы уделить мне полчаса, когда все кончится, Рольганг?

— Да, сэр.

— Тогда отведите парня в покои для Частной Аудиенции. И велите Хейнмару отыскать досье сэра Эвдорика.

И император продолжил свой путь.

В покоях Частной Аудиенции Эвдорик обнаружил императора, архидюка, министра общественных отношений, секретаря императора и двоих телохранителей в серебряных кирасах и шлемах с плюмажем. Император перелистывал страницы тощего досье.

— Садитесь, сэр Эвдорик, — сказал Торар. — Дело обещает продлиться достаточно долго, а мы не любим зря утомлять ноги верных подданных. Вы, я вижу, неженаты, хотя вам скоро тридцать. Почему?

“Вот прицепился старикан”, — подумал Эвдорик, однако ответил спокойно и ясно:

— Я был обручен, Ваше Императорское Величество, но судьба каждый раз разлучала меня с моей избранницей. То, что я одинок, вовсе не из-за моего равнодушия к другому полу.

— Гм. Это следует исправить. Рольганг, ваша младшая дочь уже обещана кому-нибудь?

— Нет, сэр.

Император повернулся к Эвдорику.

— Сэр Эвдорик, дело вот в чем. В следующем месяце нашу страну посетит Великий Хам Панторозии, он привезет молодого дракона для пополнения императорского зверинца. Как вы, может быть, слышали, после благополучия Империи зоологическая коллекция — наша вторая страсть. Но ради чести и славы Империи, мы не можем позволить этому азиату превзойти нас в щедрости.

Драконы редки в Империи, их осталось лишь несколько штук, и те рыщут в диких зарослях. Нам, однако, говорили, что к западу от Хессаля, в ваших краях, находятся Брикенские пущи, где скрывается много странных зверей. Водится там и единорог.

Брови Эвдорика поползли вверх.

— Ваше Императорское Величество желает преподнести Хаму Панторозии единорога?

— Именно так, вы угадали, сэр. Как вам это нравится? Вы получите вполне достаточно за свои труды, как и мы все, хотя нам, голубой крови, следовало бы быть выше этой материальной суеты. А, Рольганг?

Император подмигнул и продолжил:

— Так, сейчас у нас нет вакантных графств или баронств, но у моего брата есть взрослая дочь. Она не из самых красивых…

— Петрилла хорошая девушка! — вмешался архидюк.

— Никто с этим не спорит, никто. Но никто и не присуждал ей Корону Красоты на турнирах. Ну, сэр Эвдорик, что вы на это скажете? Всего один единорог за руку Петриллы, дочери Рольганга, идет?

Эвдорик поразмыслил, прежде чем ответить.

— Юная леди сама должна сделать выбор, без принуждения. Буду ли я иметь честь встретиться с ней?

— Конечно. Рольганг, устройте это, если вас не затруднит.

За свою жизнь Эвдорик был влюблен несколько раз. Он никогда не находил полных девушек привлекательными, а Петрилла была полна — не слишком, но это прибавляло к ее внешности пару лет. Она оказалась брюнеткой с пухлым, невыразительным лицом и часто хихикала.

Вздохнув, Эвдорик принялся перебирать преимущества и недостатки брака с этой непривлекательной, но зато из такой знатной семьи девушкой. Для карьеры придворного и магната быть зятем архидюка значило практически все. В конце концов, Петрилла выглядела здоровой и добродушной. Если же она окажется непереносимо скучной, он, несомненно, сможет найти утешение где угодно.

Вернувшись в Ардуэн, Эвдорик отыскал своего старого наставника, доктора Лысониуса, жившего теперь полуотшельником в лесной хижине. Бывший преподаватель магии, подрабатывавший к пенсии случайной ворожбой, Лысониус достал огромную энциклопедию и расстегнул ее железные замки.

— Единорог… — пробормотал он, переворачивая страницы шуршащего пергамента. — Ага, вот. “Единорог, Dinohyus Helicornus, последний живой представитель семейства Entelodonitiae. Спирально закрученный рог, торчащий из его лба, на самом деле не одиночный. В действительности это пара рогов, сросшихся в один. Легенда о том, что девственница может заставить это животное стать послушным и кротким, кажется, имеет под собой практическое основание. В соответствии с общеизвестной версией…” Но ты знаешь эту легенду, Эвдорик.

— Да, — ответил Эвдорик. — Возьмите девственницу — если сможете ее найти — и посадите под деревом в лесу, где водятся единороги. Зверь придет и положит голову ей на колени, а охотники выскакивают из засады и связывают его. Может ли быть такое, и почему?

— Мой коллега доктор Бобрас издал монографию — дай-ка мне взглянуть — ага, вот она, — Лысониус извлек из шкафа свиток. — По его теории, это происходит оттого, что единорог чрезвычайно чувствителен к запахам. Судя по размерам его рыла, это вполне может оказаться истиной. Бобрас предположил, что девственницы пахнут не так, как женщины, и что этот запах усмиряет буйные повадки зверя.

— Ну, хорошо, — сказал Эвдорик. — Допустим, я смогу найти, девственницу, которая согласится участвовать в этом эксперименте, а что дальше? Одно дело наброситься на усыпленного зверя и поразить его в уязвимые места, а совсем другое — поймать его целым и невредимым и привезти в Согамбриум.

— Увы! Боюсь, у меня нет опыта в подобных делах. Как вегетарианец, я избегал всего, что связано с преследованием и пленением.

— Тогда кто же сможет дать мне совет?

Лысониус задумался, потом улыбнулся сквозь густую бороду.

— Есть один необычный эксперт, живущий во владениях барона Райнмара — моя кузина Сванхалла.

— Гессельбурнская колдунья?

— Только не вздумай произносить эти слова при ней. Она считает, что колдун — это некто, занимающийся черной, незаконной магией, в то время как она всеми уважаемая специалистка, чья магия законна и полезна. Моя энциклопедия разъясняет значение этих слов…